Вояж на Кудыкину гору - Дарья Калинина

– Что, поймал? – издевался Глеб.

Крученый содрал со стены ковер и принялся ломиться в дверь. Штукатурка сыпалась, люстра под потолком угрожающе раскачивалась, а дверь трещала, но держалась.

– Убью! – ревел Крученый. – Жаль, в детстве я тебя, гаденыша, не прикончил. В колыбельке! Прямо в тот день, будь он проклят, когда мама тебя из роддома домой принесла!

Совершенно обалдевшая от всего этого Юлька вжалась в угол и начисто отказалась от попыток понять что-либо в происходящем. Наконец Крученому удалось мощным ударом плеча высадить дверь в Иннину квартиру. Но Глеба там уже и след простыл. Крученый обежал все вокруг, убедившись, что Глеб удрал через входную дверь, вернулся к Юльке.

– Собирайся! – хмуро велел он ей.

– Куда это? – с трепетом поинтересовалась Юля.

– Убивать тебя повезу! – сообщил ей Крученый. – Как неверную невесту.

Тут его налитые кровью глаза остановились на злосчастном кольце, которое Юлька приняла от Глеба. Крученый взревел и содрал его с Юлькиного пальца, зашвырнув в двойной стеклопакет, в котором немедленно образовалась дырочка с красивой паутинкой трещинок.

– Собирайся, – уже значительно спокойней повторил Крученый. – И Марише позвони, чтобы тоже собиралась.

– А ее-то за что? – только и спросила Юлька, но Крученый ничего не ответил.

Он сам позвонил Марише и велел быть готовой через полчаса. А за это время никого к себе домой не пускать и самой никуда не ходить. Юля порывалась к телефону, чтобы предупредить Маришу о грозящей ей опасности, но у нее ничего не вышло. Крученый собрал кое-какие Юлькины вещи, а потом, крепко взяв ее за руку, потащил вниз, где запихнул в недра своего огромного джипа. Через полчаса к Юльке присоединилась встрепанная и недоумевающая Мариша.

– Что произошло-то? – спросила она у Юльки. – Что за спешка? Я уже спать собиралась, когда Крученый позвонил. Вы что, помирились?

Юлька только всхлипнула.

– Прости меня, Мариша. Прости.

– А за что? – наивно поинтересовалась Мариша.

– Я собралась замуж за Глеба, а Крученый об этом узнал и теперь везет нас убивать, – объяснила ей Юлька.

– А меня за что? – мигом просекла Мариша.

– Как мое доверенное лицо, – пояснила ей Юлька.

Мариша в ответ пробормотала что-то, из чего можно было понять, что, если бы ей давали по рублю каждый раз, когда Юлька собирается замуж, то она бы уже давно купила себе дачу на Канарах. В общем, пояснения Юльки ее явно не удовлетворили, и она полезла за дополнительной информацией к Крученому. Но тот лишь страшно сопел, вцепившись в руль, и молчал. Однако никаких действий пока что не предпринимал. Да и привез он подруг к себе домой. То есть выбрал самое неподходящее место для казни неверной невесты и ее подруги, о чем Мариша ему немедленно и сообщила.

– Я передумал! – коротко произнес Крученый. – Посидите у меня под домашним арестом, пока я своего братца разыщу. Вот ему точно не жить! Гаденыш!

Но, поднявшись к Крученому, подруги с удивлением обнаружили, что в квартире их уже ждут. Там сидела маленькая сухонькая дамочка, за спиной которой стоял Глеб с обиженным лицом и надувающимся синяком под глазом. Видимо, Крученый все же зацепил жениха, когда гонялся за ним по Юлькиной кухне с ножкой от стула.

– Как тебе не стыдно обижать своего младшего братика! – набросилась на Крученого сухонькая дама. – Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не смел трогать Глебушку.

– А чего он первый? – надулся Крученый, метнув на Глеба злобный взгляд. – Чего он к моей невесте полез?

– Глеб! Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не трогал девушек брата? – набросилась теперь уже на Глеба мать.

Это было сказано таким тоном, словно речь шла об игрушке, которую не могли поделить два ее мальчика. Впрочем, Крученый быстро осадил маму.

– Юля не моя девушка, она моя невеста! – воскликнул он. – И Глеб об этом прекрасно знал! Я специально его предупредил, чтобы он не думал к ней лезть со своим дурацким кольцом. А тут прихожу, а он уже напяливает ей его на палец! Мерзавец! Я тебя поселил в соседнюю квартиру, чтобы ты охранял Юльку. А ты чего надумал?

– Мама, она сама! – заныл Глеб.

– Врет он, я его замашки знаю! – задохнулся от возмущения Крученый.

Воспользовавшись тем, что братья чуть было снова не сцепились, а сухонькая дамочка, оказавшаяся их мамой, вклинивалась между ними, Мариша потянула Юльку за руку.

– Ты и в самом деле приняла кольцо от этого Глеба? – шепотом спросила она у нее. – И обещала выйти за него замуж?

Юлька молча кивнула.

– Тогда сматываемся отсюда! – прошептала Мариша. – А то сейчас Крученый со своим братом разберется и за тебя примется. Честное слово, я его впервые в такой ярости вижу.

Юлька и сама подумывала о подобном исходе сегодняшнего вечера. Мысль о том, чтобы слинять по-тихому, приходила ей в голову уже неоднократно. А по мере того, как Крученый тряс своего брата как грушу, это мысль начинала казаться ей все более и более привлекательной. Поэтому подруги потихоньку начали сдавать назад. А оказавшись в холле, повернулись и обратились в бегство. В себя они пришли только оказавшись за три квартала от дома Крученого.

– Уф! – остановившись, произнесла Мариша. – И куда нам теперь деваться?

– Может быть, к тебе? – нерешительно предложила Юля.

Мариша ее предложение жестоко высмеяла.

– Ни ко мне, ни к кому-либо из наших подруг соваться нам нельзя! – заявила она Юльке. – Всюду нас может поджидать Крученый.

– А куда же тогда? – растерялась Юлька. – В гостиницу?

– Туда тоже нельзя, – покачала головой Мариша. – Там надо под своими именами регистрироваться, так Крученый нас в два счета найдет, если захочет.

– А что же делать? – спросила Юля и тут же возмутилась: – И о чем ты думала, когда меня к побегу склоняла?

– Лучше ты мне скажи, чем ты думала, когда принимала кольцо от этого подозрительного Глеба? – рассердилась в ответ Мариша.

– Не знаю, само как-то получилось, – растерянно произнесла Юля.

– Вот то-то и оно, – удовлетворенно кивнула Мариша. – А кстати, где кольцо? Оно бы нам сейчас здорово пригодилось.

– Зачем? – не поняла Юля.

– У тебя сколько с собой денег? – спросила у нее Мариша.

– Ни копейки, – с гордостью сообщила Юля. – Я же думала, что Крученый меня убивать везет. Поэтому деньги не взяла.

– Похвальная предусмотрительность. Жаль только, что и у меня на пластиковой карте осталась от силы десятка, – вздохнула Мариша. – Как ты думаешь, долго мы продержимся, имея на двоих меньше десяти тысяч? Рублей, что характерно.