Вояж на Кудыкину гору - Дарья Калинина

– Что? Он еще когда-то приходил к Нонне домой? – ахнула Мариша. – И ты это скрыла?

– Ну, я же говорю, он мне денег дал и молчать велел, – смутилась Верка. – Сказал, что когда уходил, то папку, мол, с очень важными документами по своей фирме забыл. А Нонна ему теперь из вредности не отдает.

– Так! И дальше что?

– Он мне денег дал, я его впустила, а он сразу к шкафчику в прихожей полез. Повозился там, я за ним зорко следила. Действительно, бумаги какие-то достал. Ничего интересного. Бумага такая желтая, старая. Ни обложки, ничего. Я сразу же успокоилась. Думала, что драгоценности, золото там или деньги взять захотел. А раз старые бумаги, так и бог с ним.

– Ой, Верка! – только и смогла произнести Мариша.

– За что же тебя Валера бил, если ты ему сразу же рассказала про то, что Никита еще раньше тайник обчистил? – удивилась Юля.

– Да в том-то и дело, что он меня бить начал, ничего не спрашивая. Сначала избил, а потом уже допрашивать начал. Ну, тогда я ему все про Никиту и рассказала. Только морду он мне уже расквасить успел.

– Понятно, а сама ты смекнуть, что к чему, не могла?

– До того ли мне было, чтобы мозгами шевелить? – простодушно заметила Верка. – Я как в тумане была. До последней минуты не верила, что все это по-настоящему. И что Нонну они действительно убить хотели. И квартиру обыскивали. Думала, это он постановку такую устроил, чтобы меня потом от этих бандитов спасти и сердце мое завоевать. Это уж после того, как он меня первый раз об стену приложил, у меня в башке просветлело. А так все думала, что у нас с Валеркой будет, прямо как в любовных романах написано.

Все промолчали. Что ответить на этот бред? Одна Наталья выразительно покрутила пальцем у виска. Похоже, и она устала упрекать подругу за глупость и доверчивость. А уж последняя Веркина фишка, в которой та призналась, и вовсе лишила ее дара речи.

– Выходит, эта рукописная книга без обложки, которая так нужна была арабам, оказалась у Кураева? – произнесла Мариша. – Но когда его убили, при нем никаких бумаг менты не обнаружили! На арабском языке тем более.

– Значит, он ее где-то спрятал! – сказала Юля. – Или кому-то передал!

– Ой, чует мое сердце, что знаю я, кому он ее передал! – воскликнула Мариша. – Не иначе, как муженек мой книгой этой завладел, да и смылся куда-то. Верка, что хоть за книга была? О чем? Зачем дед этого араба ее внуку-то своему завещал? Что в ней ценного было?

– Или это их мусульманская святыня? – спросила Юля.

– Нет, ни о какой святыне речи не шло, – покачала головой Верка. – А в чем ее ценность, мне не доложили. Уж извините! Рожей не вышла.

– Если книга у Смайла, то пусть он с ней сам и разбирается, – подумав, сказала Мариша. – Но что если эта книга осталась на той квартире, где Никита с Ириной жили?

– Вряд ли, – покачала головой Верка. – Я точно знаю, что после того, как я рассказала Валере, что Никита к Нонне в тайник лазил, они сразу же к нему домой поехали. То есть не все, а один только. И с этой Ириной общался. Ну, вы понимаете как. Всю ночь его не было, а утром он заявился, но без книги.

– Вот о каком Гасане Ирина речь вела! – воскликнула Юлька. – Выходит, этому Гасану от Ирины просто были нужны бумаги из квартиры Нонны.

– Так это же получается, что Гасан у нее уже после смерти Кураева появился! – задумалась Мариша. – А она нам сказала, что была с ним знакома еще раньше, до убийства Кураева.

– У такой оторвы, как эта Ирина, мог быть и еще какой-нибудь восточный мужчина в любовниках, – возразила Юля.

– Не знаю, не уверена, – пробормотала Мариша. – И если у Ирины не было любовника, к которому бы она могла уйти от Никиты, а она заподозрила Кураева в измене, то вполне могла убить его.

– Из ревности! – воскликнула Юля.

– Или еще из каких-нибудь соображений, – задумчиво добавила Мариша. – Только все равно не понятно, откуда Кураев про этот тайник и про эту книгу узнал. И зачем он ее у арабов перехватить стремился.

– И кто же его в таком случае убил? – добавила Юля. – Вера, а Валерка ничего про убийство Кураева тебе не говорил?

– Это не они, – покачала головой Вера. – Точно! Они сами недоумевали, кто Никиту убил. У них вроде бы договор с Кураевым был. Что он им книгу из тайника достанет и принесет. Валерка с ним лично договаривался. А тот книгу взял, а сам убить себя позволил. Валерка с арабами очень по этому поводу сокрушались. Не потому, что Никиту убили, а потому, что книга куда-то снова задевалась! Они честно хотели ему за нее деньги заплатить.

– Все это очень странно, – пробормотала Мариша. – Вера, а куда этот Гасан Ирину увез, ты не знаешь?

– Понятия не имею, только думаю, что они ее уже допросили, как и меня, – сказала Верка. – Хорошо, если жива осталась. Хотя им ее убивать вроде бы и не за что. Разве что сгоряча, силы не рассчитают, когда допрашивать будут, не видела ли она у Никиты этой книги.

– А как она выглядела? – спросила Мариша.

– Кто? – не поняла Верка.

– Книга!

– Да никак не выглядела. Говорю же, без обложки. Просто тощая стопка листов. Довольно желтых. Ничего ценного.

– И однако же из-за этой книги такой сыр-бор поднялся, – пробормотала Мариша. – Значит, что-то ценное в ней все же было. Знать бы, что?..

Но никого, кроме Юльки, это не интересовало.

– Так вы пойдете в милицию? – требовательно спросила у подруг Наталья. – Расскажете про то, как дело было? Пусть менты этих бандитов ищут, а не Верку.

– М-да, только где они их искать будут? – спросила Мариша. – Адрес того дома, где Верку в плену держали, мы ведь не знаем. И она дорогу описать не может.

– Что-нибудь ты толком про этих бандитов сказать можешь? – набросилась Наталья на Верку. – Машина, на которой они ездили. Ее номер? Как их зовут? Как они выглядят? В конце концов, из какой страны они к нам пожаловали?

Но Верка по части конкретных показаний оказалась совсем уж аховым свидетелем. И на все вопросы в ответ бормотала лишь о том, что никаким языкам, кроме русского, не обучена, потому извиняется, а из разговоров Валеры с мусульманами ровнехонько ничего не поняла.

– Хорошо, но тогда почему ты решила, что они точно мусульмане? – устав, задала ей Мариша последний вопрос. – Только по их внешнему виду?

– Да, то есть нет, – помотала головой Верка. – Они молились. Коврики расстилали, на колени бух и молились. Ну, как по телевизору в мечетях верующих показывают.

– Оставь ты ее в покое, – попросила Маришу Юлька. – Ей отдохнуть надо. Может быть, потом успокоится, чего и вспомнит.

Верка обрадовалась и поклялась, что если вспомнит хоть что-нибудь еще полезное, обязательно сразу же перезвонит подругам. А Наталья лично пообещала этот процесс проконтролировать. Так что Юлька с Маришей в относительно умиротворенном состоянии отправились в милицию, извещать усатого Женю и его коллег, что Верка вовсе не преступница, а самая настоящая жертва. Впрочем, в милиции к их словам отнеслись скептически.