Сменяя маски - Алекс Фишер

Для того чтобы выйти из комнатки, нужно было повернуть направо и подняться выше, но вместо этого я направилась к сумочке, которая притягивала меня, как магнит. Открыв ее, я увидела там две маски, которые до этого благополучно лежали в сейфе Antique Universal.

Эти ли?

Достав их, я некоторое время смотрела на формы ключей в нерешительности. Я не была уверена в том, что одна из них не новая — та, которую я еще не видела. С другой стороны, слова Альмова, что третья маска не у них, внушали некоторую уверенность.

О доверии кому я говорю?

Поколебавшись еще несколько мгновений и обдумав бесполезность своих попыток сломать чьи-то планы, я с силой швырнула маски об пол. Они глухо раскололись на несколько частей. Прыгая по ним и топча, я успокоилась только тогда, когда форму внутри невозможно стало восстановить, то есть когда они стали почти пылью. Совершая этот акт вандализма, я поняла, как же я ненавижу эти вещи. Ломая их сейчас, я мстила за то, что они сломали мою жизнь.

Но, рассуждая здраво, я могла опоздать, ведь Александр, наверняка, уже сделать ключи. Однако грела мысль о том, что я, возможно, лишила его плана дальнейших действий. А если так, то теперь меня было за что убить. Даже в случае, если я являлась средством воздействия на Кристофера.

Я отвлеклась от своего занятия, понимая, что легче мне от моих действий не стало, и начала подниматься наверх. Это были широкие ступени на балкон, где было достаточно людно. Я увидела какую-то женщину, стоящую ко мне спиной, которая о чем-то спорила с Александром. И это не считая нескольких вооруженных мужчин. Мне же нужно было пройти мимо них и спуститься вниз по единственной лестнице.

Мне снова нужен был отвлекающий маневр.

— Саша! — вдруг раздался истошный вопль. — Она сбежала!

Альмов, зараза, очухался. Хоть он и помог мне выйти из клетки, теплых чувств я к нему не испытывала.

Я в ужасе окинула взглядом помещение, из которого только что вышла, — мне некуда спрятаться. Ведь дураку понятно, что этот путь единственный, как для дороги вниз, так и для дороги наверх. Бойница с видом на море не подходила: до воды не допрыгнуть даже спортсмену на прыжки в длину. Это был верный путь для того, чтобы свернуть себе шею.

Под столом прятаться не было смысла, я была бы там как на ладони. Никакого подобия шкафов, которые к тому же проверили бы в первую очередь.

Что мне оставалось?

Инстинкт сработал мгновенно, — когда я услышала быстрые шаги со стороны балкона, то сиганула в окно, зацепившись за карниз.

— Что значит «сбежала»? — услышала я совсем рядом возмущенный голос Александра. — Как?

— Я не знаю, кто открыл ее клетку и перерезал гибкие наручники, но когда я там появился, она врезала мне по яйцам, и я просто ничего не успел сделать, — ответил Дмитрий.

— Где Роберто? — спросил кто-то.

— Я его не видел.

Послышались быстро удаляющиеся шаги. Видимо, охрана побежала искать того самого Роберто, который пропал, скорее всего, благодаря действиям Альмова.

— Что это? — спросил мой первый директор. Я услышала приближающиеся шаги и шуршащий звук подошвы, словно кто-то наступает на что-то рассыпанное по полу.

Вероятно, Александр увидел разбитые и растоптанные маски.

Торопливые шаги, и у меня над головой возник силуэт.

Сердце пропустило удар, я перестала дышать и что есть силы прижалась к массивным плитам стены, понимая, что это меня не спасет.

Ужас, что меня сейчас поймают, стал невыносимым и почти бесконтрольным. Нечто подобное я испытала в юношеском возрасте, когда мы с подругами в Хеллоуин на даче решили разыграть наших ребят. Они сидели у костра, на улице была ночь, а мы притаились в лесу, в котором я знала каждый кустик и деревце, потому что росла там и каждое лето проводила время на дачном участке и в близлежащих окрестностях. Разыграв сцену появления жестокой ведьмы и беспомощной жертвы, — удар толстой палкой по дереву и истошный крик, — мы стали ждать реакции наших друзей. Несколько минут они сидели не двигаясь, а потом пошли нас искать, ну а мы, естественно, убегать. Мы делали все, чтобы нас не поймали. Бежали и прятались так, словно за нами гонится сама смерть. Я не испытывала большего ужаса, чем тогда, убегая от них по лесу. Довольно странно, потому что нам ничего не грозило, ведь это были наши друзья, но убежать и скрыться было нужно во что бы то ни стало. Попасться нельзя — и точка.

Усиленное в несколько раз по сравнению с вспомнившимся чувство ужаса застилало глаза. Поэтому, когда чья-то рука коснулась моей, я чуть не закричала от страха. Но рука похлопала меня по тыльной стороне ладони, и я услышала уверенный голос Альмова:

— Тут никого нет.

— Найти ее! Найти немедленно! Я лично пущу ей пулю в лоб в ту же секунду, как увижу, — бушевал Александр. — И еще здесь наверняка шайка Криса и он сам, раз Кристина смогла сбежать. Не беспокойся, Инна, я поймаю ее.

— А ключи ты где возьмешь? — послышался взбешенный женский голос.

— У них же.

— Если бы кто-то не был таким придурком, то не допустил бы пропажи единственного доступного нам ключника на всем северном континенте, — продолжала злиться Инесс.

— Инночка, все в порядке, дорогая.

— Отвали, — послышался легкий удар, похожий на пощечину, и стук звонких каблуков стал удаляться.

Ладони ныли от врезающегося в кожу шершавого камня.

Когда в комнате стало тихо, я постаралась подтянуться. Благо была в кроссовках, а они обеспечивали отличное сцепление с покрытием стены. Мышцы рук ныли от попытки удержать вес собственного тела в течение этих минут. Ладони стали кровоточить от порезов о край бойницы.

Когда я почти подтянулась, чтобы залезть, мышцы от избыточного напряжения расслабились, и я от неожиданности соскользнула вниз, успев только затормозить подошвой кроссовок.

В ладони в этот момент еще сильнее врезались мелкие камушки бетона (или из чего там делали стены замка?).

Я медленно оглянулась, опустив глаза на подножие. У массивных камней плескались волны в нескольких десятках метров от стены, на которой я висела. Так что если буду падать, то умру быстро, разбившись в лепешку о волнорез.

Вот так вот и закончу свое путешествие. Столько раз выжила, чтобы грохнуться на камни у красивейшего замка в далекой Испании.

* * *

Я еще раз постаралась подтянуться.

Острый край бойницы врезался в ладони. Я почувствовала липкую жидкость, медленно стекающую по пальцам.

— Черт, — прошептала я, упираясь ногами в стену и делая еще один рывок, чтобы подтянуться.

Я как-то спрашивала себя, насколько высокий у меня болевой порог. Сейчас самое время проверить, подтягиваясь на окровавленных ладонях и стараясь не обращать внимания на ставшую почти невыносимой боль. Мозг усиленно отдавал команду разжать руки и дергал ноющие мышцы. Я прикладывала невероятные усилия, борясь с собственными рефлексами.