Каникулы в Лимстоке. Объявлено убийство. Зернышки в кармане - Агата Кристи

— А цепочку на входную дверь пробовали? — не унималась мисс Марпл. — Прислуга может спокойно приоткрывать дверь, чтобы понять, кто к вам пожаловал, а грабителям цепочка не дает возможности вломиться в дом.

— Пожалуй, нашей Мици эта идея пришлась бы по душе.

— Страшный был налет, да? — поинтересовалась мисс Марпл. — Банч мне рассказывала…

— Я чуть не умерла! — воскликнула Банч.

— Да, мы все переволновались, — призналась мисс Блэклок.

— Просто чудо, что он споткнулся, а пистолет выстрелил! Грабители пошли нынче такие кровожадные! А как ему удалось пробраться в дом?

— Боюсь, мы плохо запираем двери.

— О, Летти! — воскликнула мисс Баннер. — Я забыла тебе сказать, что инспектор сегодня утром вел себя как-то странно. Он требовал открыть вторую дверь — ту, которая не открывается. Потом выспросил все про ключ и заявил, что дверь недавно смазали. Хотя я лично ума не приложу зачем, ведь… — Банни слишком поздно заметила, что подруга делает ей знаки, и замерла с разинутым ртом. — О, Летти, я… прости… я хотела сказать… извини меня, Летти… Господи, какая я глупая!

— Ничего-ничего, — утешила Банни мисс Блэклок, но было заметно, что она раздражена. — Только, сдается мне, инспектор не погладит нас по головке, если об этом пойдут всякие слухи… А я и не знала, что ты видела его эксперименты. Но вы… надеюсь, вы меня понимаете, миссис Хармон?

— О да, — сказала Банч. — Не бойтесь, мы не пророним ни звука… Однако хотелось бы знать, зачем он…

Жена пастора впала в глубокую задумчивость. Мисс Баннер ерзала на стуле с несчастным видом. Наконец ее прорвало:

— Я все время болтаю что-то не то. Боже, какая мука тебе со мной жить, Летти!

Мисс Блэклок поспешно ответила:

— Ты для меня величайшая радость, Дора. Тем более что в таком маленьком местечке, как Чиппинг-Клеорн, невозможно хранить тайны.

— Что верно, то верно, — подтвердила мисс Марпл. — Слухи распространяются самыми невероятными способами. Конечно, прежде всего от прислуги, хотя сомневаюсь, чтобы это был единственный источник сплетен, ведь в наши дни слуг очень мало. Правда, люди нанимают домработниц, и в каком-то смысле это еще хуже, ведь приходящие домработницы могут за день обойти полпоселка и разнести уйму сплетен.

— Вот оно что! — вдруг вскричала миссис Хармон. — Я поняла! Ну, конечно, раз та дверь тоже открывается, значит, кто-то мог пробраться в темноте в гостиную и устроить налет… только никто этого, естественно, не сделал, потому что налетчик был из «Ройал Спа», так? Опять ничего не понятно, — снова сникла она.

— Стало быть, это случилось здесь? — спросила мисс Марпл и добавила извиняющимся тоном: — Наверное, вы считаете меня чересчур любопытной, мисс Блэклок, но, право, это потрясающая история! Сенсация, как в газетах, а произошло со знакомыми!.. Мне так не терпится услышать ваш рассказ и представить себе, как все было… надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду…

Тут же последовал пространный и сбивчивый рассказ Банч и мисс Баннер, изредка прерывавшийся уточнениями мисс Блэклок.

На середине повествования вошел Патрик. Он с удовольствием поддержал компанию и даже исполнил роль Руди Шерца.

— А тетя Летти стояла тут… в углу, у прохода под аркой. Станьте там, тетя Летти.

Мисс Блэклок послушно выполнила распоряжение племянника, после чего мисс Марпл продемонстрировали следы от пуль.

— Потрясающе! Прямо-таки божественное спасение! — изумилась старушка.

— В тот момент я как раз собиралась предложить гостям сигареты. — Мисс Блэклок указала кивком на большую серебряную сигаретницу, лежавшую на столе.

— Люди так неосторожно курят! — нахмурилась мисс Баннер. — Теперь никто не ценит хорошую мебель, не то что в старые времена. Вы только посмотрите на эту жуткую подпалину! Кому сказать — положили сигарету прямо на стол! Позор!

Мисс Блэклок вздохнула:

— Боюсь, мы слишком много заботимся о вещах.

Мисс Баннер любила вещи Летиции так страстно, будто они были ее собственными. Миссис Хармон считала это очаровательным, ведь при этом у Банни не было ни тени зависти.

— Миленький столик! — вежливо похвалила мисс Марпл. — А какая прелестная на нем лампа!

И опять мисс Баннер восприняла похвалу так, словно это она, а не мисс Блэклок, была владелицей лампы.

— Правда, восхитительно? Дрезденский фарфор. У нас таких две. Вторая, кажется, в кладовке.

— Ты все в доме знаешь, Дора… или думаешь, что знаешь, — добродушно улыбнулась мисс Блэклок. — Ты заботишься о моих вещах больше, чем я сама.

Мисс Баннер зарделась.

— Да, я люблю красивые вещи, — сказала она вызывающе, но с оттенком грусти.

— У меня, — заметила мисс Марпл, — немного вещей, но они мне тоже очень дороги. С ними связано столько воспоминаний! И с фотографиями, кстати говоря, тоже. Сейчас люди мало фотографируются. А я коллекционирую снимки моих племянников и племянниц с тех самых пор, когда они еще лежали в пеленках. Так забавно наблюдать, как ребятишки взрослеют!

— У вас есть и моя жуткая карточка, мне там три года, — напомнила Банч. — Я стою рядом с фокстерьером, такая косоглазая.

— Наверно, у тетушки Летти куча ваших фотографий, — сказала мисс Марпл, поворачиваясь к Патрику.

— О, мы всего лишь дальние родственники, — промямлил юноша.

— По-моему, Элеонора когда-то присылала мне одну твою детскую фотографию, Пат, — сказала мисс Блэклок. — Но боюсь, она не сохранилась. Я даже не помнила, сколько у твоей мамы детей и как их зовут, пока она не написала, что вы приедете.

— Еще одна примета времени, — закивала мисс Марпл. — Сейчас люди часто даже незнакомы со своими более молодыми родственниками. В старые добрые времена, когда так чтились семейные связи, это было невозможно себе представить!

— В последний раз я видела мать Пата и Джулии на свадьбе тридцать лет назад, — сказала мисс Блэклок. — Она была очаровательной девушкой.

— И поэтому у нее такие очаровательные детки! — ухмыльнулся Патрик.

— У вас такой красивый старинный альбом, — вставила Джулия. — Помните, тетя Летти, мы его смотрели на днях. Какие там шляпки!

— Да, мы тогда были модницами! — вздохнула мисс Блэклок.

— Не горюйте, тетя Летти, — сказал Патрик. — Когда лет тридцать спустя Джулия наткнется на свою юношескую фотографию, вряд ли она будет выглядеть, как свежая роза.

— Вы нарочно это делали? — спросила Банч у мисс Марпл по пути домой. — Нарочно завели разговор про фотографии?

— Да, моя милая. И, как видишь, выяснились прелюбопытные вещи: Блэклок не знает в лицо ни одного из своих племянников. Думаю, инспектора Краддока это заинтересует.