Пусть ты умрешь - Питер Джеймс

Понедельник, 4 ноября

Гленн Брэнсон немного нервничал, проводя утреннее совещание в отсутствие Роя Грейса. По правде сказать, Рой пропустил уже два вчерашних, но тогда хотя бы он находился неподалеку от Брайтона и был в пределах доступа. Теперь же молодожены, должно быть, уже собирались выезжать в аэропорт, в свадебное путешествие, и он не мог и не хотел их беспокоить.

Большую часть воскресенья Брэнсон провел с детективом-инспектором Полом Уильямсоном из отдела убийств полиции Суррея за разбором операции «Муравьед». Обычная практика — регулярно проводить разборы с человеком со стороны с целью убедиться, что старший следователь ничего не упустил.

Хотя Уильямсон и согласился с тем, что улики указывают на Мэтта Уэйнрайта, он, однако же, отметил: ничего в прошлом этого человека не позволяет сделать вывод, что он мог бы так поступить. В пожарной бригаде Уэйнрайт имел безукоризненную репутацию, его отношения с родными также не были отмечены какими-либо эксцессами. Да, у него наличествовал мотив, но они оба чувствовали, что мотив довольно-таки слабый. Детективы просмотрели отчет о первом допросе Уэйнрайта, и Гленну пришлось согласиться, что заявления парня о собственной невиновности выглядят весьма убедительными.

Хотя Уэйнрайт и не был исключен из расследования и отпущен под залог, основное внимание решили сосредоточить на поисках Брайса Лорена.

— Так, начнем, — сказал Брэнсон, обводя взглядом коллег, собравшихся за столом в конференц-зале. — Что у нас нового со вчерашнего вечера?

Руку поднял Хейдн Келли, начавший новую неделю в черном, в тонкую полоску, костюме, белой рубашке и черном шелковом галстуке.

— Гленн, — сказал криминалист-ортопед, указав на новую белую доску, установленную рядом со щитами, на которых висели фотографии с поля для гольфа, где был обнаружен обгоревший труп доктора Карла Мерфи, и организационные схемы, — я бы хотел, чтобы все посмотрели на эту доску.

Левую сторону доски занимали две фотографии крупного плана: одиночного отпечатка обуви на мокрой траве и цепочки следов на той же мокрой траве. Справа располагались профильное фото сапога пожарного и увеличенный снимок подошвы этого сапога. Чуть ниже нашлось место для двух распечатанных графиков, помеченных буквами А и В.

Вооружившись лазерной указкой, Келли сначала поставил красную точку на фотографии следа с поля для гольфа.

— Прежде всего, давайте рассмотрим одиночный отпечаток обуви в траве. — Он сделал небольшую паузу, давая аудитории возможность усвоить увиденное, потом переместил точку на снимок сапога пожарного. — Это фотография одного из пары сапог, найденных в машине Мэтта Уэйнрайта. Совпадение с отпечатком обуви, оставленным на поле для гольфа, полное. — Он перевел луч на вереницу следов. — Как и с этими. Нет никакого сомнения, что эти следы, обнаруженные на месте преступления, оставлены данной парой сапог. — Он снова выдержал паузу.

— Таким образом, мы связываем Мэтта Уэйнрайта с местом преступления, правильно? — подал голос сержант Батчелор.

Келли наградил его той снисходительной улыбкой, какой учитель мог бы наградить ученика, давшего хороший, но неверный ответ на поставленный вопрос.

— А теперь давайте взглянем на эти два графика. — Он опустил красную точку на тот, что был помечен буквой А, и пробежался по графику лазером, вычерчивая зигзагообразный рисунок. — Я взял запись с камеры наблюдения блока предварительного заключения, на которой есть Мэтт Уэйнрайт, прогнал ее через мою программу анализа походки и получил вот этот график.

— Похоже, кто-то малость помочился, если хотите знать мое мнение. Сплошные зигзаги! — заметил Норман Поттинг. Пара-тройка человек из присутствующих засмеялись, и он с ухмылкой огляделся.

— Я так не думаю, — вежливо ответил Келли. — А теперь — самое интересное. — Он перевел точку на график В и также вычертил зигзагообразную линию. — Выглядит совсем иначе, не так ли? — Он обвел аудиторию вопросительным взглядом.

Несколько человек кивнули.

— И на то есть причина, — сказал Келли. — Те из вас, кто входил в команду детектива-суперинтендента Грейса в других расследованиях, знают по моей прошлой работе, что по оставленным следам мы можем идентифицировать походку данного человека. — Он переместил лазерный луч на график А. — Это — походка того, кто оставил следы на месте преступления в гольф-клубе «Хейуордс-Хит». На нем были ботинки Мэтта Уэйнрайта — это сомнений не вызывает. — Для выразительности он сделал паузу. — Но следы эти оставил не Уэйнрайт.

— Тогда кто же? — спросил Дэйв Грин.

— Ну, — промолвил криминалист-ортопед, — вы уж простите, что порчу вам картину, но, похоже, это был убийца.

— Стало быть, Уэйнрайт — не наш парень?

— Вполне возможно, — кивнул Келли.

После воскресной работы и некоторых изысканий заявление криминалиста-ортопеда не застало Гленна врасплох.

Доктора убили, его тело сожгли; ресторан спалили дотла; в супермаркете — задымление; сгорели машина и дом. Яхта — потенциальная плавучая бомба замедленного действия — взята под наблюдение морским ведомством. Броский заголовок в утреннем «Аргусе» гласил: ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ В СУССЕКСКИХ ПОДЖОГАХ АРЕСТОВАН.

Только теперь он понял, что Рэд Уэствуд по-прежнему находится в смертельной опасности.

— Насколько вы уверены, Хейдн? Ведь должна же быть какая-то погрешность для ошибки, не так ли?

Прежде чем Келли смог ответить, зазвонил внутренний телефон. Трубку взял констебль Александер, сидевший ближе всех к аппарату.

— Да. О да, сэр. Здесь. — Он повернулся к Брэнсону и протянул трубку: — Босс, это старший суперинтендент Кемп.

Брэнсон нахмурился. Нев Кемп был дивизионным коммандером Брайтона и Хоува. Едва ли он стал бы звонить ему лично без серьезного на то повода. Пробормотав извинения команде, Гленн взял трубку.

— Детектив-инспектор Брэнсон, — произнес он почтительно. — Доброе утро, сэр.

В конференц-зале воцарилась мертвая тишина. Хотя в своей нынешней роли Кемп не касался напрямую оперативной работы, в свое время он побывал и в звании детектива-суперинтендента отдела тяжких преступлений, где показал себя умелым офицером.

После первых же слов собеседника, так еще ничего и не ответив, Гленн почувствовал, как у него холодеет внутри. Его взгляд упал на Нормана Поттинга, да так на нем и остался. Он попытался отвести глаза, но они сами возвращались к сержанту.

— Шансы есть, сэр? — спросил он у Кемпа.

— Боюсь, что нет, — сжато, с надломом в голосе ответил Кемп.

Гленн и сам держался из последних сил. Его трясло, к глазам подступили слезы. Вопреки услышанному, он пытался сосредоточиться на работе. Кого следует поставить в известность? Какие действия предпринять? И какие последствия будет иметь для дела случившееся?