Ошибка Купидона - Марина Серова

Он появился, как Бельмондо в финале крутого боевика. С улыбкой победителя на губах и одетый с иголочки. Безусловно, он был красив, причем той красотой, что вроде бы и не пристала мужчине. Абсолютно правильные черты лица, ухоженная кожа, светлая с рыжеватым оттенком шевелюра, постриженная волосок к волоску.

В таких обычно влюбляются девочки в седьмом классе. Взрослые женщины чаще их избегают, а некоторые относятся с нескрываемым пренебрежением, называя всякими обидными кукольными именами. И в этом есть определенный резон. Мужчина должен выглядеть мужчиной, а не переодетой в мужской костюм конфеткой.

Ален Делон, напуганный подобной перспективой, полжизни проходил небритым.

Даже Сильвестр Сталлоне был бы немного «сладковат», несмотря на бугры мышц и тяжелую челюсть, если бы не добавлял постоянно во взгляд вселенской скорби.

А наш местный «супермен» не комплексовал по этому поводу и не пропускал ни одной витрины, чтобы не полюбоваться на свое отражение.

Я не случайно вспомнила о Сильвестре Сталлоне, поскольку любовник Светланы ко всему прочему был еще и прекрасно сложен. Правда, опять же — слегка чересчур.

Сильный, физически развитый мужчина со спортивной фигурой производит приятное впечатление на всех без исключения. И на меня в том числе. А вот разглядывать фигуры культуристов, которые доводят рельеф своей мускулатуры до патологии и проводят перед зеркалом большую часть свободного времени, — это, я вам скажу, удовольствие на любителя. Более того, мне кажется, внешность для мужчины вообще не имеет решающего значения. Тот же Бельмондо… Внешне — чуть ли не уродец, извините. Во всяком случае, красавцем его назвать трудно, с его-то длинным поломанным носом и оттопыренными ушами. И ведь несмотря ни на что — чертовски привлекателен!

Размышляла я о мужских достоинствах довольно долго. Потому что должна была самой себе объяснить, почему, несмотря на внешне безукоризненные данные, мужчина, за которым сейчас следила, не вызывал у меня никаких положительных эмоций. Я, например, при всем своем богатом воображении не могла представить себя с ним в более или менее интимной обстановке. А обтянутая белыми брюками попочка, именно «попочка», а не «задница», подобающая мужчине, так и вовсе вызывала у меня почти отвращение. Тем более что «любоваться» видом парня со спины мне пришлось довольно долго, поскольку он не пожелал воспользоваться никаким видом городского транспорта, и около часа я вынуждена была тащиться за ним по раскаленному городу. Последней каплей, заставившей меня почти возненавидеть этого человека, стал приторный запах его одеколона, как по своему качеству, так и по количеству, потому что употреблял он его без всякой меры.

Одно обрадовало — оказались мы буквально в двух шагах от моего дома. «Красавчик» подошел к телефонной будке и набрал какой-то номер. Судя по тому, что во время недолгого разговора он посматривал на часы, я сделала вывод, что он назначает кому-то встречу и договаривается о времени свидания.

«Надеюсь, это не женщина, — подумала я, — только сексуального маньяка мне не хватало».

Тем временем «красавчик» с довольным видом направился к ближайшему скверу и уселся на одной из скамеек.

Я поняла, что свидание состоится через несколько минут, и у меня появилась надежда, что я попаду все-таки домой. Чем скорее это произойдет, тем лучше. И не только потому, что за несколько часов на свежем воздухе мой голод разыгрался не на шутку (хотя это тоже достаточно веская причина).

Но главное — скоро должен позвонить Вениамин, чтобы договориться о передаче ключа от квартиры. Если со вчерашнего вечера ничего не изменилось, то через несколько часов ему предстояло отправиться на вокзал.

Я не собиралась посвящать его в предварительные результаты моих наблюдений, так что ключик вполне мог пригодиться. Установить скрытую камеру в квартире значительно легче, чем в офисе, а судя по тому, что Светлана не отменила свидания даже в день отъезда мужа в командировку, она вполне могла привести любовника в квартиру мужа. И это значительно облегчило бы мне задачу.

Я расположилась в максимально удобном для наблюдения месте, откуда хорошо была видна лавочка. А за густыми зарослями кустарника сама я оставалась «невидимкой». В скверике почти не было людей, несмотря на воскресный день. Все нормальные люди старались в такую жару оказаться поближе к воде или уезжали «пастись» на дачные участки.

Я бы тоже с удовольствием оказалась в эти минуты где-нибудь на берегу Волги, часик поплескалась бы в прохладной воде. А потом с комфортом устроилась бы в шезлонге, умиротворенная и немногословная. И не покинула бы его до тех пор, пока чья-то добрая, скорее всего мужская, рука не протянула бы мне огромный шампур с нанизанными на него ароматными кусочками вымоченной в уксусе свинины.

Шашлык — какое аппетитное слово. Особенно если с самого утра у тебя во рту не было ничего, кроме мороженого и кваса. При одной мысли об этом я чуть не захлебнулась собственной слюной. И чтобы хоть немного отвлечься от навязчивой идеи, достала из пачки сигарету.

Но прикурить мне ее не пришлось.

Потому что именно в этот момент на лавочке «красавчика» появился второй человек. Я так и продержала сигарету незажженной, напрочь забыв про нее, пока счастливый любовник Светланы что-то оживленно обсуждал со своим знакомым, которым оказался… Вениамин.

Меня поразил не сам факт их знакомства. В наше время никого не удивишь тем, что любовником жены становится приятель ее мужа. Но их встреча сразу же после «рандеву» навела меня на чудовищные подозрения. В голове вертелись… даже не мысли, а какие-то обрывки, несвязные и слишком мерзкие, чтобы оформиться в законченную мысль. Вспомнился рассказ, кажется, Куприна о том, как молодожен продает невинность своей жены за большие деньги. Этот кошмар я отбросила сразу же, потому что не могла соотнести его с реалиями жизни Вениамина и Светланы. Тем более что в этом случае он не стал бы обращаться к частному детективу.

Более достоверным был ошметок мысли о нанятом любовнике. Вениамин договорился с ним, может быть, даже заплатил ему… «Но зачем? — пыталась я уцепиться за новую версию, чтобы как-то объяснить себе происходящее. — Для чего ему это нужно?»

Встреча продолжалась достаточно долго, чтобы я успела перебрать несколько вариантов.

«Таким образом можно уличить жену в неверности и развестись с ней… Но ведь он так любит Светлану!»

— Да кто тебе это сказал? — опровергла я сама себя. — Он сам? Но ведь он режиссер и наверняка изучал актерское мастерство, поэтому разыграть мексиканскую мелодраму ему ничего не стоило.

«Правильно, но для этого должно быть веское основание. Если, например, в случае развода Вениамину причиталась бы значительная сумма… Но это что-то из западной жизни. Или такое уже возможно и у нас?»