Летучий самозванец - Дарья Донцова

– Тем не менее Леонид нас свел. Я сказал Зарецкому, чтохочу устроить семейную поездку, дескать, в последнее время сотрудники жили нанервах, надо расслабиться. Лучше всего поплавать на теплоходе с любимымилюдьми. А с Иваном Васильевичем был другой договор. Мы решили, что по дорогесудно «сломается», пришвартуется в укромном месте, и там будет разыгранспектакль.

– Козловск подошел идеально, – снова не выдержалая. – На острове одни развалины, земля тут заросла, полное впечатлениенеобитаемости, да еще Иван Васильевич изложил местную легенду, правда, наврал стри короба. Небольшую научную лабораторию превратил в целый завод, живописалстрашную катастрофу, наболтал о «жителях, которые ходят на поиски«омолодителя». Люди любят подобные истории и в глубине души верят в них.

Василий повернулся к Юре:

– Твоя баба молчать умеет?

Шумаков обнял меня и прижал к себе. Хозяин кондитерскогопроизводства неожиданно улыбнулся:

– Впрочем, Виола права. Козловск – идеальная декорация.А теперь оцените хитрый психологический ход. Кто первым предложил искать«омолодитель», разве я?

– Манана, – мрачно ответила Аня. – Я ещеподумала: бедная мать, может, еще и не так плохо, что я не имею детей, родитсятакая, как Тина, вот где горе-то!

Самойлов поднял указательный палец:

– Во! А кто принес «омолодитель»?

Никита повернулся к Алине:

– Блин! Ты тоже с ним заодно?

– Нет, – покачала головой диетолог. – Явидела ангела!

Василий Олегович засмеялся, а я вскочила на ноги.

– Поняла! Алина очень критична, постоянно поучаетлюдей, делает всем замечания и не терпит возражений. Реакция, извините, как уподростка: вместо того чтобы не обратить внимание на поведение другого человека,она начинает обсуждать чужие ошибки. Бортникова считает себя истиной впоследней инстанции, не упустит возможности высказаться. Василий Олеговичрасчудесно об этом знал и не ошибся в своих расчетах. Едва в воздухе повислослово «омолодитель», как Бортникова кинулась в бой. Она в пух и прах разбиваетодноклассника, смеется над его коллегами-дураками, готовыми поверить в чепуху.В конце концов, мы все же отправляемся на прогулку, и Василий Олеговичпредлагает разделиться на группы. Немного странная идея: бродя по незнакомомуместу без проводника, лучше держаться вместе, но наш хозяин дробит компанию.Более того, он так умело строит разговор, что Алина обижается и уходит в глубьострова одна. Самойлов достигает своей цели: ему и нужно, чтобы Бортникова осталасьбез спутников.

– Зачем? – пискнула Аня.

– Ей предстояла встреча с ангелом, – пояснилая. – Вдумайтесь в ситуацию. Алина бредет по лесу, кругом тишина, остров«овеян легендами», тут обитают то ли мутанты, то ли бессмертные люди.Бортникова не верит в охотничьи истории, но даже самый храбрый человек испытаетв Козловске небольшое смятение. Мы ведь все суеверны, просто одни честнопризнаются в своих страхах, а другие их тщательно скрывают. Алина навернякаощутила легкую тревогу. Внезапно она натыкается на ангела. Устроитель спектаклярешил не оригинальничать: херувим выглядит так, как его принято рисовать накартинках: белая одежда, крылья и нимб. Впрочем, я не уверена, положен лиангелочку по статусу светящийся круг над головой, от кого-то я слышала, что этотзнак отличает лишь святых, но Алина не церковный человек, поэтому и застывает вудивлении.

– Откуда нимб? – прошептала Бортникова. –Если все это подстроил Василий, то как он устроил свечение? Поверьте: я отличнорассмотрела посланца неба. Он был настоящим.

Мне стало почти до слез жаль Алину:

– Увы, никто не знает, как выглядит настоящий ангел.Вероятно, у него вовсе нет крыльев. Может, мы каждый день сталкиваемся сосвоими хранителями и не понимаем, кто они. Но существует, как я уже говорила,стереотип. Вы увидели человека. Вопрос о нимбе несущественный, предполагаю, этонекая конструкция на прозрачном креплении, работает от батареек. В столицеоткрыта сеть магазинов, торгующих маскарадными костюмами, если обойти их все,то в каком-нибудь опознают по фото Василия Олеговича.

– Умна не по годам, – издевательски заметилдиректор. – Юра, на сколько лет твоя любовница старше тебя?

Я не обратила внимания на этот выпад.

– Но главное у ангелочка – не одежда, а его слова проДениса. Манана недавно говорила, что мать больного ребенка поверит любомушарлатану, обещающему помочь. А мать умершего мальчика? Поставьте себя на местоАлины, которой в свое время пришлось принять ужасное решение. Денис былобречен. Продлить его бесполезные мучения или… Не дай бог никому оказатьсяперед таким выбором. И тут херувим! С таблетками! С сообщением от сына! Дажесамый оголтелый атеист получит шок.

– Никто, ни одна душа не знала о том уколе, –прошептала Алина. – Это моя страшная тайна! Я сумела уговорить себя: Денисскончался сам, ушел без страданий и страха. Не было ничего, ни шприца, ниинъекции, ни моих переставших трястись рук. Вообще ничего! И вдруг – серафим,который знает все.

– «И шестикрылый серафим на перепутье мнеявился», – вдруг заявила Тина. – Простите, не уверена, что точноцитирую Пушкина. Хочу лишь сказать, что херувим, серафим и ангел – это разныесущества!

– Лучше заткнись, – велел Никита.

– Поосторожней, я могу и ответить, – набычиласьТина.

– Вы вкололи Денису морфий, – вздохнула я. –Это строго учетное средство. Просто так его в аптеке не приобрести. Где вывзяли ампулу?

– Купила, – ощетинилась Алина, – у кого, нескажу! Человек мне помог, он не имеет отношения к наркодилерам.

– Нам не нужна фамилия, – пояснил Юра. – Но,если вы проследите цепочку, вспомните, кто посоветовал вам продавца, и поймете,где течь.

– Это я! – воскликнула Катя. – Алина пришла кнам в очень плохом состоянии, ее колотило, как под током. Василия не было дома,я налила Але сто граммов, она выпила и начала плакать, все повторяла: «Не могувидеть его мучения. Разве это жизнь? Врачи говорят – сыну осталась максимумнеделя. Почему Денис должен так умирать?» Ну, я и дала ей телефон доктора,который людям помогает.

– Не помню, – прошептала Бортникова. –Ей-богу, позабыла. Утром очнулась дома, смотрю – в сумочке бумажка, на нейномер и слова «сильное обезболивающее». У меня тогда в голове туман клубился.