Летучий самозванец - Дарья Донцова

Сначала я пошарила в буфете, затем переместилась кнебольшому столику возле одного из иллюминаторов, нашла пластиковую бутылку,свернула пробку, сделала пару глотков и без всякой цели глянула в круглое окно.

Луна продолжала ярко сиять на небе, и мне показалось, что изводы кто-то вылезает. Темная тень уцепилась за перила, ограждавшие борт,подтянулась, перебросила ноги и очутилась на палубе. Я снова испугалась. Натеплоход решил напасть житель Козловска? Он горбатый и с огромнымиперепончатыми лапами?

Неожиданно на палубе появилась еще одна тень, и я поняла: натеплоход взобрался аквалангист. Два человека, один худощавый, второй болееплотный и коренастый, явно о чем-то спорили. Лиц я не видела, голосов неслышала. Потом спортсмен с баллонами опрокинулся в воду, а второй началнаклоняться и выпрямляться. Я приникла к иллюминатору, пытаясь сообразить, чтопроисходит. Человек поднял с палубы сверток, напоминающий ковер, прислонился кперилам и… бросил его вниз, в реку, а затем повернул направо и исчез из зонывидимости. Я кинулась к иллюминатору, расположенному на противоположной сторонестоловой, и разглядела нечто темное, тихо скользившее по воде. Это был предмет,похожий на тарелку, он двигался рывками, внутри лежал тот самый сверток, позадиплыл небольшой мяч. Луна спряталась за набегающей тучей, но в тот момент, когдаее свет окончательно померк, я поняла: скорее всего, это резиновая лодка, вкоторой лежит сброшенная вещь, а «мяч» – голова аквалангиста, который толкаетшлюпку. Что увозят с теплохода? Кто приплыл сюда ночью?

Дверь в столовую деликатно заскрипела, я шмыгнула за одно изкресел и попыталась дышать как можно тише. Вошедший зажег небольшой фонарик,яркое пятно заметалось по стенам, спустилось почти на уровень пола, раздалоськряхтение, шорох, позвякивание… У меня затекли ноги, колени заломило,тазобедренные суставы превратились в раскаленные головешки. Если я непошевелюсь – сойду с ума, а незнакомец не собирался уходить.

В конце концов, я рискнула подвигать правой ногой, вытянулаее, наткнулась на какую-то преграду и услышала оглушительный звон. Свет потух,в столовой стало тихо, но если навострить уши, то легко можно было разобратьмое нервное дыхание и напряженное сопение незнакомца. Когда пауза затянулась, яне выдержала:

– Кто там? Ау! Отвечайте!

– Никого нет, – прошептали из темноты. – А выкто?

– Меня тоже нет, – обозлилась я. – Здесьбеседуют два эха! Хватит придуриваться, зажги электричество!

– Не надо, – испугался невидимка. – Ещеувидит кто! Люстра яркая!

– У тебя есть фонарь, – напомнила я.

– Ага, но включать его не буду, – проявилстроптивость мужчина. – Лучше уходи!

– Фиг тебе, – ответила я. – Пока не узнаю,что ты делаешь в столовой, с места не сдвинусь! Небось с нехорошими намерениямисюда пришел! Зачем приличному человеку по ночам шастать?

– Сама-то чего приперлась? – огрызнулся баритон.

– Пить захотела, – честно ответила я.

– Ну, а мне пожрать приспичило, – хрюкнулнезнакомец.

Снова стало тихо, и снова я не выдержала:

– Послушай, если мы будем здесь тупо сидеть, тодождемся рассвета и все равно увидим друг друга. Ты хочешь быть застигнутымпассажирами или прислугой?

– Нет, – вякнули из темноты.

– Я тоже. А ну, зажигай фонарь!

– Пошла ты, – гаркнул мужчина. – Нашладурака! Ща наподдам, выкатишься отсюда колбасой!

Я готова договориться с любым человеком, но откровенноехамство меня взбесило. Я моментально вспомнила о торшерах и сообразила, чтонахожусь около одного из них. Рука нащупала выключатель. Вспыхнул свет. Яркостьбыла невелика, но после темноты мои глаза на секунду ослепли, а потом я увиделаофицианта, одетого в спортивный костюм темно-синего цвета, отодвинутую всторону часть стены и помещение, заполненное самыми обычными стекляннымибанками, прикрытыми железными крышками. Несколько из них лакей успел вынуть ипоставить на пол.

– Немедленно погаси свет, – зашипел он.

– Как бы не так! – возразила я. – Предлагалатебе компромиссное решение, ты не согласился. Чем занимаешься?

Официант потряс головой, навесил на лицо вежливую улыбку истал общаться со мной как с пассажиркой.

– Доброе утро! Раненько вы встали!

– Вы тоже, похоже, бессонницей мучаетесь, – неосталась я в долгу и быстро подползла к банкам. – Это что там такое?

– Я готовлю завтрак, – прокурлыкал нахал. –Уважаемая Виола, давайте я проведу вас в каюту, принесу воду, не стоит ваммерзнуть в столовой.

– Спасибо за любезное предложение, – протянула я,изучая сквозь стекло содержимое тары. – Как вас зовут?

– Антон, – представился официант.

– Икра! – ахнула я. – Черная! Сколько ее тут!Целый склад! Ты браконьер!

– Тише, тише, – залепетал Антон, – зачемшуметь? Я помогаю людям. Икорка – целебная вещь, ее больным прописывают, детямослабленным, тем, кто облучился, операцию перенес. Не для обжор стараюсь.

– Черной икрой торговать запрещено, – заявила я.

– Депутаты сволочи, – жарко зашептал Антон. –Сами жрут, а у простого народа деликатес отняли, да и заработка людей лишили.

Я молча его слушала. То, что в России развитобраконьерство, – не секрет, сама иногда покупаю баночку лакомства уВалечки, которая привозит икру из Астрахани.