Летучий самозванец - Дарья Донцова

Яркая брюнетка со слишком большим для ее возраста бюстом ихуденькая, похожая на встрепанного воробья рыжеволосая девочка послушноприблизились к хозяйке. Екатерина Максимовна начала толкать речь, Света,навесив на лицо улыбку, автоматически кивала в такт ее словам. Она знала, о чембудет говорить Самойлова. «Вас вырастили, одели-обули, дали образование, теперьработайте в полную силу, чтобы оправдать вложенные деньги».

Но Екатерина Максимовна озвучила другой текст:

– Аллочка решила стать медсестрой, она уже поступила вучилище и получила место в общежитии. Но Земцова может быть уверена: сюда, вродные стены, она может прийти в любое время, здесь ей всегда помогут добрымсоветом.

Присутствующие зааплодировали, брюнетка встала и толкнулаответную речь. Света постаралась незаметно зевнуть – ничего интересного непроисходило. Когда Алла села, Екатерина Максимовна торжественно провозгласила:

– Ну, а теперь о нашей Гале! Вы все знаете, насколькоона талантлива! А как говорится, таланту надо помогать, бездарность пробьетсясама. Галочка, для тебя у меня есть невероятный сюрприз, ты приглашена на рольв телесериале. Конечно, главной героиней ты пока не станешь, но после окончанияинститута кинематографии, куда ты с блеском поступила, непременно будешьзвездой. А я стану гордиться, что вырастила новую Мэрилин Монро!

Присутствующие забили в ладоши, и тут сидевшая на диванепочти впритык к Свете Ася Винокурова буркнула себе под нос:

– Сволочин Мурло, а не Мэрилин Монро.

Светлана покосилась на Асю: та с самой приветливой улыбкойхлопала в ладоши, а Галина почему-то хмурилась. Внезапно она вскочила и крикнула:

– Я не хочу уходить!

Екатерина Максимовна кашлянула.

– Галя, тебе пора начинать самостоятельную жизнь.

– Нет, не хочу, – повторила воспитанница.

– Ты уже взрослая, – терпеливо сказалахозяйка, – пора вылетать из гнезда.

– Не хочу, – твердила Степанова. –Пожалуйста, не выгоняйте меня.

На лице владелицы приюта буквально на секунду появилосьраздражение, но Света успела заметить его и сообразила: будущая кинозвездавовсе не является любимицей Самойловой.

– Сейчас мы будем пить чай с праздничным тортом, –влезла в разговор мать Аглая. – Ради выпускного вечера накрыли стол вгостиной, прямо тут и побалуемся!

Присутствующие демонстративно выражали радость.

– Ой, как здорово! – запрыгала на диване Ася.

– Торт! – зааплодировала Регина Маркова. – Скремом!

– И конфеты! – подхватила Марина Рогачева.

– Какие мы счастливые! – излишне радостновоскликнула Ната Калугина.

Света, сидевшая молча, вдруг ощутила толчок в бок и уловилабыстрый шепот Аси:

– Эй, не сиди кучей, радуйся громко.

Света растерялась, но потом спросила:

– А сладкое всем дадут? Или только выпускникам?

Воспитанницы захихикали, на этот раз, похоже, искренне. МатьАглая горестно вздохнула, потом подошла и погладила своей мягкой рукой плечоСветы.

– Ну, конечно, торт получит каждая. У нас одна семья,здесь никого не угощают тайком.

Вдруг Галя рванулась к накрытому столу, схватила со скатертидлинный острый нож, которым мать Аглая собиралась нарезать свежеиспеченный«Наполеон», и полоснула себя по сгибу локтя левой руки. Из раны потекла кровь.Девочки замерли, Екатерина Максимовна и мать Аглая тоже обомлели, но потомкинулись к Гале, а та поднесла лезвие к горлу и заявила:

– Или оставляете меня здесь, или я отчекрыжу себебашку!

Хозяйка и монашка умудрились скрутить Степанову, отняли урыдающей девочки нож и почти вынесли ее из гостиной. Света приблизилась к Асе испросила:

– Почему Галя устроила этот шум?

Та отреагировала странно.

– Конечно, можно, – кивнула она. – Сейчаспокажу, где аптечка висит. У меня тоже голова заболела. М-м-м!

Картинно схватившись за лоб, Ася выскользнула в коридор.Света двинулась следом. Не успела она очутиться около Винокуровой, как тасхватила ее за руку и шепнула:

– Сегодня, в час ночи, я приду к тебе в спальню.Увидишь меня, лежи тихо, не шевелись, ничему не удивляйся. Сейчас двигаем каптечке и изображаем мигрень.