Вилла розовых ангелов - Антон Леонтьев

Когда она очнулась, то увидела Хорхе с картой в руке – видимо, он успел забрать ее с полки. А Саша направлял на него пистолет.

– Как долго я мечтал об этом моменте, – произнес молодой человек. – Ты убил моего брата Рауля, и я поклялся отцу, что когда-нибудь ты поплатишься за это, Хорхе...

Бандит замер и произнес совершенно спокойным тоном, как будто не совершил только что убийства:

– Знаешь, в чем твоя ошибка, молокосос? Когда я убивал твоего братца, то не болтал, а действовал. Ну что же, стреляй! Чего ты ждешь, стреляй!

Оля видела, как судорожно сжали пистолет пальцы Саши. Молодой человек, понимала она, никак не может решиться на то, что для Хорхе давно превратилось почти в развлечение, – на убийство.

Девушка, застонав, с трудом поднялась, Саша на секунду отвлекся, и этого мгновения Хорхе хватило, чтобы метнуться к Ольге. Его железные ручищи обвили ее горло.

– Ну что, щенок, понял, что если в руках у тебя оказалось оружие, то надо не ждать и болтать, а стрелять? – произнес он насмешливо. – Я помню твоего братца, он пытался бороться, но ему не повезло: он был один, а нас на яхте одиннадцать. Мы избили его до полусмерти ногами, затем сковали руки и ноги наручниками, привязали груз и столкнули в море. Видел бы ты, какими глазами он смотрел на меня в тот момент, когда полетел в воду! Клянусь, он бы родную мать укокошил ради того, чтобы не умереть столь страшным образом!

Оля не могла дышать, Хорхе, пятясь к двери спиной, продолжал говорить, и девушка поняла, что своими словами он сейчас как бы завораживает молодого Лопеса.

– Тебе не стоит и пытаться стрелять, все равно не попадешь, – заявил Хорхе. Он был прав: его прикрывало, как щитом, тело Оли. – Мне хватит трети секунды, чтобы свернуть девке шею. Ты когда-нибудь слышал, как хрустят человеческие позвонки? Могу тебе это продемонстрировать...

Оля увидела, что руки Саши дрожат. Она не могла пошевелиться, целиком находясь во власти бандита.

– И запомни – будь у меня больше времени, я бы расправился с вами обоими. Но сначала вы бы мне сказали, где находится третья карта. Ничего, мы в самое скорое время еще свидимся, и тогда, голубки, вы будете умолять меня убить вас поскорее. Впрочем, что касается девчонки, то я не буду откладывать дело в долгий ящик.

Они уже оказались у двери, и Оля вдруг поняла, что Хорхе сейчас убьет ее. Ему ничего не стоило свернуть ей шею, и вряд ли он откажет себе в подобном удовольствии. Дверь хранилища внезапно распахнулась, на пороге возникла девушка в очках. Увидев Хорхе, она дико завизжала. Ольга впилась ногтями в локоть бандита, тот выпустил ее, кинулся к дверному проему, который загораживала работница архива. Хорхе, схватив ее за шею, как куклу, отбросил в сторону, и Оля услышала то, о чем Хорхе только что вещал: хруст ломаемых позвонков. Грянул выстрел – Александр, выйдя из оцепенения, нажал на спусковой крючок. Но Хорхе уже и след простыл.

Саша подбежал к Оле, лежавшей на полу.

– С тобой все в порядке, Олечка? – спросил он встревоженно, склоняясь над девушкой. Повинуясь внезапному импульсу, Оля поцеловала Шурика в окровавленную щеку.

– У него карта, мы должны... – закричала Оля.

– Поздно, он наверняка уже на улице, – устало ответил парень.

Оля со страхом посмотрела на девушку, лежавшую на боку: очки отлетели в сторону, рука странно подвернулась, юбка задралась, обнажая бедро. Светло-синие глаза были широко распахнуты, нежно-розовые губы приоткрыты. Если бы не тонкая струйка крови, стекавшая из уголка ее рта, можно было подумать, что она спит. Но Оля знала, что девушка мертва. И если бы судьбе было так угодно, на ее месте могла бы сейчас быть она.

– Проклятые сокровища... – прошептала Оля. – Из-за них погибли уже четыре человека!

Саша помог ей подняться, и Оля отчего-то вспомнила о поцелуе. Как некстати!

– Сеньора Кортес! – вспомнила она о заместительнице директора. – Быть может, она еще жива и ей требуется немедленная медицинская помощь!

Оля, хромая, направилась к женщине, которая лежала в луже крови у стеллажа. Судя по всему, она была мертва. Внезапно Оля услышала окрик:

– Что вы делаете, мерзавец! Оставьте ее в покое!

Она вышла из-за стеллажа и увидела низенькую сеньору Суарес. Та в шоке смотрела на мертвую девушку. Затем женщина перевела взгляд на Сашу с пистолетом в руке, склонившегося над покойной, и завопила:

– На помощь! Он застрелил Сильвию! Боже мой, скорее!

Что-то звякнуло, и к стене вылетел окровавленный нож – Оля задела его носком туфли. Сеньора Суарес, в страхе пятясь, уставилась на кровавые разводы на Олиной одежде и продолжила кричать:

– Они кого-то зарезали! Неужели Матильду? Какой ужас! Охрана, полиция! Спасите меня от жутких маньяков!

Саша поманил к себе Олю, сунул пистолет в карман.

– Нам нужно как можно быстрее унести отсюда ноги. Иначе нас заберет полиция, и никто не поверит, что в убийствах виноват Хорхе. Оля, ты можешь идти?

Она не успела ответить. Саша подхватил ее на руки и выбежал в коридор. Там толпились сотрудницы архива, с любопытством пялясь на них. Сеньора Суарес, целуя нательный крестик, стонала:

– Вот они, убийцы Сильвии и Матильды! Какой ужас! Кто теперь займет место первого заместителя директора архива? Надеюсь, что за мой труд мне наконец-то будет воздано по заслугам!

Дамы расступились, Саша оказался перед лифтом и рванул дверцу кабины. Вместо того чтобы нажать кнопку первого этажа, он ткнул в кнопку последнего. Лифт заскрипел и пришел в движение. Оля слышала топот – кто-то несся по лестнице, крича и ругаясь, в отдалении слышалось завывание сирен.

– Ты спас мне жизнь, – прошептала Оля и вдруг обвила шею парня руками и поцеловала – на этот раз не в щеку, а в губы. Молодой человек застонал. Оля, ощутив соленый привкус крови, воскликнула: – Извини, пожалуйста!

Саша, облизав сочившуюся кровью губу, выдохнул:

– Оля, я хотел сказать, что... что... как же это сложно... что люб...