Соль с Жеваховой горы - Ирина Лобусова

Письмо было закончено. У Тани потемнело в глазах. Скомкав его в руке, она помчалась к выходу из квартиры. Таня распахнула дверь, стремясь вырваться наружу. И напоролась на Зайдера, который стоял за дверью.

Увидев, что Таня открыла дверь, Зайдер поднял вверх правую руку, прицелившись в ее грудь дулом пистолета.

– Я пристрелю тебя, тварь, – глаза его были совершенно безумны, – ты за все ответишь.

Таня попыталась захлопнуть дверь, но, быстро просунув ногу, Мейер не дал ей это сделать. Отпихнув Таню к стене, он ворвался в квартиру. Вцепившись в волосы Тани, он приставил пистолет к ее голове.

– Мейер! Ты ненормальный! – Таня безуспешно пыталась вырваться из железных тисков. – Какая муха тебя укусила?!

– Ты еще спрашиваешь, тварь? Ты, это ты устроила ему побег! Из-за тебя он на воле, жив! И все сойдет ему с рук!

– Ты о Туче? – Таня начала понимать.

– Он все отнял! Мою власть в городе, Иду! А ты помогла ему сбежать! Говори, где он, иначе прострелю тебе башку!

– Ты ненормальный! При чем тут Туча?

– Ты издеваешься?

– Мейер, послушай! Мы с тобой столько лет знакомы. Туча не убивал Иду! Ты ведь знаешь сам, он не смог бы это сделать! Давай поговорим спокойно. Ты знаешь, что мне можно доверять.

– Я все потерял!

– Не по моей вине и не по вине Тучи! Я скажу тебе, кто виноват. Он тебя обманул! Его и убей!

К огромному удивлению Тани, эти слова подействовали. Мейер вдруг опустил пистолет и даже как-то отступил от нее.

– О чем ты говоришь? – голос Зайдера дрогнул.

– Где ты был, когда убивали Иду? Вот ты скажи! Кто позвал тебя на это время?

– Откуда ты знаешь? – У Мейера затряслись руки.

– Тебя позвал Котовский. А ты и заспешил, пытаясь похвастаться, что одним махом расправился и с Тучей, и с Пауком. Убил Паука, подставил Тучу. Ты думал, что займешь место Паука.

– Он сказал, что займу. Потому и позвал.

– Он позвал тебя, чтобы в это время убить Иду. Он послал своих людей. Ида – его рук дело!

– Ты врешь! Ненормальная!

– А ты дурак! Ты что, первый год знаешь Котовского? Кто Мишу убил? Да, не он нажал на курок. Но он убил Мишу так, как если бы застрелил своими руками! Ты ведь это знаешь! И ты думаешь, что Котовский ни с того ни с сего стал тебе другом? – Таня почти кричала, не спуская с его лица разъяренных глаз. – Поезжай и спроси! Ты увидишь, что я права! Спроси за то, что он смел так с тобой обращаться! Ты только перед женщиной пистолетом махать можешь! А ты возьми и его пристрели! Завали пахана! Что, слабо? Перед ним трусишь? Слабо пристрелить его за Иду, за Мишу? Сразу авторитет бы себе вернул! Занял бы в городе место Японца! Такой человек, самого Котовского завалил! Знаешь, каким бы ты после этого стал? Да Туче такое бы и в жизни не снилось!

– И пристрелю! – Руки Зайдера стали дрожать.

– Разве ты не видишь, как он тебя уделал? Он забрал твой авторитет! Он, чужой, приезжий, сделал тебя никем в городе! Это из-за него ты все потерял! Он теперь герой, красный командир, а ты никто! Дохлый швицер! Он имеет все, а об тебя вытирают ноги! Он же смеется над тобой на каждом углу! Как уделал человека Японца! При Мише ты был вторым человеком в городе, вся Одесса была твоя! Ты должен был стать после Миши! А он явился сюда и поставил какого-то безродного Паука, селюка вшивого! Сделал из тебя шавку! Все смеются за твоей спиной!

– Не смей! – Зайдер стал дрожать, как в приступе лихорадки, на глазах его выступили слезы. – Не смей… говорить… так…

– А ты ему это скажи! Поезжай и убей! Верни свое место в городе! Он сейчас в Чабанке живет. Или ты и дальше будешь оставаться ничтожеством?

Мейер вылетел из квартиры Тани как ошпаренный. От страха у Тани подкашивались ноги. Но падать в обморок было не время и не место.

Таня помчалась к Володе, в редакцию. Сосновский был на месте. Он насупился, увидев ее.

– А я чуть с ума не сошел, тебя разыскивая. Куда ты исчезла? Не знал, что и думать, – в его голосе как всегда было осуждение.

– Где сейчас Котовский? – буквально с порога крикнула Таня.

– Что с тобой? При чем тут Котовский? – Володя смотрел на нее во все глаза.

– Отвечай немедленно! Ну! Знаешь?

– Да в Чабанке он. Давно уже. У него жена беременная, должна скоро родить. Сегодня, вечером 5 августа, его пионеры на костер пригласили в соседнем Лузановском пионерлагере. Мне велели заметку об этом в газету тиснуть. А что такое?

– Мы немедленно должны ехать в Чабанку! Немедленно! – Таня едва не плакала.

– Да зачем? – Володя ничего не понимал.

– Сегодня ночью убьют Котовского.

– С чего ты это взяла? – опешил Володя.

– Знаю, что говорю. Один человек попытается его убить. И мы должны спасти этого человека!

– Ты хоть сама слышишь, что говоришь? – усмехнулся Володя. – Спасти не Котовского, которого хотят убить, а его предполагаемого убийцу?

– Его надо спасать!

– Не Котовского?! Таня, что с тобой?

– Едем! – вцепившись в руку Володи, она буквально тащила его за собой.

– Да куда ехать? Ночь уже! Ты на часы по­смотри – без десяти минут девять. Пока машину найдем или телегу какую… Давай хоть утра дождемся!

– Едем немедленно! К утру будет поздно!

– Ладно, – внимательно посмотрев на ее лицо, Володя уступил, – если ты так хочешь… Ты здесь жди. Сейчас буду что-то искать.

Искать пришлось долго. В девять вечера найти транспорт, на котором можно было бы отправиться в Чабанку, было почти нереально. Наконец, где-то около полуночи, Володе все же удалось найти какого-то шофера, который за тройную оплату согласился отвезти их в Чабанку. Таня заплатила без колебаний. Машина ехала очень медленно. Таня пребывала на грани отчаяния. Володя не понимал, к чему такая спешка, почему нельзя было поехать в Чабанку утром, поездом, как все нормальные люди.

Глава 25

Убийство Котовского. Странные обстоятельства. Медицинское заключение. Ссора с Володей

Рассвело, и почти сразу, на подъезде к центру села, стали видны вооруженные люди, оцепившие вход в дом. Солдаты. Все внутри Тани замерло. Они вы­шли из машины. Приблизились к оцепленному дому. Вокруг было очень много людей. Слышались крики, шум. В отдалении стояли машины. Быстрые, современные машины, на которых можно было добраться в Чабанку за час. Не чета тому старому драндулету, на котором они приехали.

С плачем пробежала какая-то женщина. Таня остановила ее на ходу.