Соль с Жеваховой горы - Ирина Лобусова

– Скажешь. Еще как скажешь. Нет у тебя другого выхода!

– Меня убьют.

– Нет. Я дам тебе денег. Хочешь, пей, хочешь, беги. Но правду ты мне скажешь! – подскочив к кровати, Таня затрясла его за плечи. – Всю правду! Слышал?!

– Ладно, ладно, успокойся… – Димчар сел на кровати, опустив ноги, – воды хоть дай.

– Держи, – Таня подала полный стакан, – теперь я хочу поговорить об убийстве купца Бершадова.

– Я помню это дело, – вздохнул Димчар, – только не убийство это было… ограбление.

– Как ограбление? – не поняла Таня.

– Ограбление. Садись и слушай. Я расскажу, – Димчар снова вздохнул и заговорил.

– Я хорошо помню этот жуткий случай. Я уже тогда служил в полиции, и расследование этого дела поручили непосредственно мне. Молодой я был, неопытный. Но и расследовать тут особенно нечего оказалось. Убили только членов семьи – самого Бершадова, его жену и пятерых детей. Прислугу оставили в живых, в том числе и няню. Те разбежались и заговорили. Все рассказали. Но мы никого не поймали. Тогда уже волнения были, не хватало ни людей, ни сил. Но все знали, кто это сделал, кто убил семью купца Бершадова.

Бершадов был один из самых богатых людей в Кишиневе. Помимо торговли ему принадлежали два банка, еще и конный завод. Любовью его были лошади. У него были лучшие породы в округе, дававшие лучшее потомство. Деньги текли к нему рекой. Жил он на окраине Кишинева, в усадьбе рядом с Иванчевским лесом. Это был огромный дом, там же находились конюшни. Нападение произошло в ночь с 6 на 7 января 1906 года.

Бандиты собрали все семью в гостиной. Они пытали Бершадова, требуя выдать цифры от сейфов. На его глазах убили жену, а еще раньше застрелили старшую дочь. А затем перестреляли всех, в том числе и маленьких детей.

Но позже выяснилось, что один из детей Бершадова не был убит. Его сыну Григорию, которому в тот момент исполнилось восемь лет, удалось как-то выбраться из дома и побежать к лесу. Он пытался позвать на помощь. Это увидели бандиты и полоснули ребенка саблей по животу. Но он выжил.

Окровавленного ребенка увидела в снегу прислуга – работники Бершадова разбегались из дома. Они отнесли его в больницу, думая, что мальчик умер. Но Гриша Бершадов был еще жив. Он выжил каким-то чудом, несмотря на то, что рана была ужасна. Всю его семью убили на его глазах. От ужаса того, что он видел, мальчик перестал говорить. Я навещал его в больнице, и до сих пор не могу забыть этого несчастного малыша, израненного, в окровавленных бинтах, лежащего в огромной палате. Слуги рассказали, что даже его любимого Гнедка – жеребенка, которого он любил больше всех, сожгли на его глазах. Бандиты подпалили конюшню, и Гнедок не смог выбраться наружу, он был слишком мал.

Все слуги, как один, дали описание бандитов. Их было 18 человек. Все они были хорошо вооружены, на лошадях. Вот как мне описывали главаря: среднего роста, плотного телосложения, во время ходьбы покачивался. Голова круглая, глаза карие, маленькие усы. Волосы на голове брил полностью. Позже мне рассказывали, что бриться налысо этот человек стал потому, что начал сильно лысеть. Под его глазами были шрамы в виде черных точек – это были наколки блатного пахана, от которых позже он пытался избавиться, выжигая и вытравливая. Он был левшой. С бандитами вел себя надменно, всегда разговаривал командным голосом и был скор на расправу. Чуть что – сразу стрелял в голову. Его уважали и страшно боялись. Налеты его всегда были известны свирепой жестокостью.

Бершадовы были не единственной убитой им семьей. Позже я понял, что этот человек обладал очень завистливым характером и ненавидел тех, кто сумел устроиться в жизни, хоть в чем-то стоял выше него. Ведь именно по этой причине он возненавидел вашего одесского короля Мишку Япончика и помог от него избавиться. Но уже в тот год, когда происходили эти налеты, было ясно, что это страшный человек. Вы знаете, о ком я говорю?

– Знаю, – кивнула Таня, – Котовский.

– Все верно, это был Григорий Котовский. Человек, которого сейчас почитают как красного командира, героя войны. Вы представляете теперь, какая опасность мне угрожает?

– Нет, опасность угрожает не вам, – с горечью сказала Таня, – продолжайте.

– Отряд Григория Котовского базировался в Бардарском лесу у местечка Ганчешты. Именно в этом месте он впервые стал собирать свою банду. С января 1906 года в банде Котовского было 18 хорошо вооруженных человек на конях. Вскоре штаб-квартира переместилась в Иванчевский лес на окраине Кишинева. Для Бессарабии это было крупное бандитское формирование, которое соперничало с бандой бандита Бужора, где было 40 человек. Но, в отличие от Бужора, отряд Котовского отличался свирепостью, поэтому их стали бояться больше. Занимались они нападениями на купцов, царских чиновников, помещиков. Так, 1 января 1906 года было нападение на купца Гершковича в Ганчештах. Интересно, что из семьи Гершковича тоже выжил только один человек, маленький сын. Но от переохлаждения, от того, что выбежал раздетым в мороз, умер в больнице. Грише Бершадову повезло больше. Ночь с 6 на 7 января – нападение на купца Бершадова. И так далее по списку. За январь им было совершено 28 разбойных ограб­лений! Котовский стал называть себя атаман Ада. И за его голову полиция объявила награду в две тысячи рублей. Котовского вскоре удалось поймать. В феврале 1906 года он был арестован и отправлен в Кишиневский тюремный замок. Однако очень скоро ему удалось бежать. Подробностей я не знаю, но мне рассказывали, что он проломил камнем головы двум тюремным сторожам. Не ручаюсь за достоверность этой информации. Я не следил за ним больше. Знаю, что потом его ловили очень долго.

– Что произошло дальше с Гришей Бершадовым? – Таня проглотила горький комок в горле.

– После выздоровления Гриша Бершадов был отправлен в приют. Оттуда он бежал и находился на улице. Его подобрали цыгане, которые стояли табором под Кишиневом, и забрали к себе. И для несчастного мальчика начался ад. Слуги рассказывали мне о невероятной доброте купца Бершадова к детям. В семье были запрещены физические наказания, детей воспитывали только добротой и лаской. Подарки, лакомства, учителя, книги, доброта – всем этим Гриша был окружен с детства. И все это рухнуло в один день, он потерял все. И взрослому такое страшно пережить – а каково восьмилетнему ребенку? Методы воспитания цыган были другими. Мальчика стали бить. Цыгане избивали его и заставляли воровать. Воровать и попрошайничать он не мог – сказывалось благородное воспитание. Его избивали до полусмерти. Однажды избитого ребенка подобрал местный священник. Пригрозив цыганам полицией, он заставил их отпустить ребенка и оставил мальчика у себя. Этим он спас его жизнь. Рано или поздно цыгане забили бы его до смерти. Я знаю это потому, что мальчик говорил обо мне, в бреду он называл мое имя. Я ведь приходил к нему в больницу, в приют, приносил ему еду, подарки. Мне было очень его жаль, так жаль, что я не мог остаться в стороне. Он рассказал обо мне священнику, и тот пришел узнать его историю.

Священник стал учить мальчика. Обладая цепким, пытливым умом, тот делал очень большие успехи. Священник научил его читать по-древнегречески, мальчик увлекался историей Древнего мира, особенно Древней Греции. Мы со священником мечтали, что он обязательно будет учиться дальше, поступит в университет…