Попробуйте позвонить позднее - Наталья Андреева

— Прямо шпионский детектив, — усмехнулась Инна.

— Меня словно волной накрыло, да и он был в таком же состоянии. Поэтому, выйдя из мотеля, мы с Олегом почти не разговаривали. Сели каждый в свою машину и разъехались в разные стороны. Но эта ночь… Я ее никогда не забуду! — с чувством сказала Лида. — Я уже знала, что будет ребенок. Вот так оно все и случается, от большой и чистой любви. Он хотел мне отомстить за то, что я его хорошенько ощипала после развода, а сам налетел еще на один иск. О! Я уже предвкушала его бешенство! Я чувствовала себя победительницей! Ты не представляешь, как мне было сладко! А его через день убили…

— А то, за чем ты приехала в мотель, ты получила? Или это был только предлог?

— Отчего же? Олег мне все рассказал, но теперь я в это не верю. Какая-то чушь получается. Вроде бы Веня решил тебя проучить…

— Проучить?

— Ну, научить. Хотел, чтобы ты месяц пожила одна, узнала, что почем. И устроил себе эту командировку. Отключил мобильный телефон. Ни в какой Саратов он якобы не ездил, снял частную квартиру и сидел там. Мы с Олегом даже вместе над этим посмеялись. Мол, дурак Козлов. Кризис среднего возраста, вот и бесится, проверки жене устраивает. Но через два дня Олега убили. Говорят, исчезли какие-то деньги.

— Два миллиона долларов.

— Это уже не похоже шутку.

— Шутку?

— Ну, розыгрыш. По-моему, Веня Морозова надул. У него был какой-то план. Теперь говорят, что я была с ним в сговоре. Ха-ха! Ты представляешь, какое лицо будет у прекрасной вдовы, когда она узнает, что делить наследство придется не на троих, а на четверых! — рассмеялась вдруг Лида. — Она ведь сама отдала следователю фотографии, где запечатлены мы с Олегом во время незабываемой ночи в мотеле! Вот это она попала!

— Ты собираешься доказать, что это его ребенок?

— Конечно! — кивнула Лида. — Потребую генетическую экспертизу.

— Но ведь он… Он же умер.

— Сделаем эксгумацию. Я буду с ней судиться. Я пойду до конца. Из принципа. Она получит одну четвертую. И это будет справедливо.

— Получается, что ты больше всех заинтересована в наследстве Морозова. Все эти виллы, яхты, банковские счета…

— Получается так. Но я не имею отношения к убийству Олега. Для меня это был удар.

— Вы что, хотели опять сойтись?

— Ничего мы не хотели. Впрочем, хотели. Я его, а он меня. Это все. И я рада, что у меня будет ребенок. Да, это удар для Евдокии Германовны.

— Она уже знает?

— Узнает.

— Она ведь тоже его любила, — тихо сказала Инна.

— Тогда почему он умер? Не ее ли любовь его убила? У меня нет никаких доказательств того, что рыжая сучка приложила руку к покушению на Олега, я сердцем это чувствую. Под которым ношу его ребенка. Не без ее участия это случилось.

— Значит, Морозов сказал тебе, что Веня хотел меня проучить?

— Не проучить, — мягко поправила Лида. — А научить. И я его понимаю. Посмотри на себя! Какая ты стала! У тебя даже взгляд изменился. Попробуй тронь тебя теперь! Ты научилась защищаться.

— И пить коньяк, — горько улыбнулась она.

— Это не самое страшное. Лиха беда начало.

— Да, кстати — спасибо тебе.

— За что?

— За то, что не взяла к себе на работу. Я должна тебе денег…

— Потом отдашь.

— Хорошо. Деньги мне сейчас нужны.

— Инна… Я не хотела тебя расстраивать, но…

— Что еще? — насторожилась она.

— Плату за обучение в гимназии повысили. Желающих очень уж много.

— Господи, откуда у людей деньги?

— Об этом все спрашивают. Даже те, кто дома строит и квартиры покупает: «А у других-то откуда?» Все из одного источника пьют, — усмехнулась Лида. — Но каждый думает, что его местонахождение знает лишь он один, а другие на водопой еще куда-то ходят.

— И… сколько? Сколько я теперь должна платить?

— Пятьдесят тысяч. В месяц.

— Сколько?!

— Пятьдесят.

— Они что, с ума сошли?!

— Такие расценки. Я на днях туда ходила, в гимназию. Мне позвонили. Предупредили.

— Но у меня нет таких денег! — отчаянно сказала Инна.

— Тебе надо найти другую школу.

— Но я из-за этого вкалывала все лето! Экономила на всем!

— Успокойся.

— Нет, они с ума сошли!

— Это элитная гимназия. В классе не может быть тридцать человек. Даже двадцать не может. Все хотят, чтобы их дети изучали иностранные языки и попутно бальные танцы.

— Зачем я тогда это делала, а? Работала от зари до зари, пустила квартирантов?

— Инна…

— Зачем?!!

— Я должна была тебе сказать.

— Спасибо, — ответила она убитым голосом.

— Это не конец света.

— А что тогда конец? И где он, конец?

— Там, где свет в тоннеле, — усмехнулась Лида. — Думаешь, мне сладко? У меня впереди тяжелые роды, не менее тяжелая тяжба в суде. Мне троих детей растить, одной без мужа.

— У тебя хотя бы деньги есть.

— А легко они мне достались, эти деньги?

— Но они у тебя есть. Твоя Катя будет ходить в элитную гимназию, а моя Даша… Что же мне теперь делать?

— Ты уже задавала мне этот вопрос. И как видишь, выход нашелся. Ты сама все придумала.

— Куда же делись эти проклятые миллионы?

— Деньги «Бикини-Банка»?

— Да.

— Никто не знает.

— И где, в конце концов, мой муж? О чем он думает? И это Веня! Добрый, внимательный, чуткий! Идеальный муж, каковым я его всегда считала!

— Его милиция ищет, — тихо напомнила Лида.

— Но почему он не даст о себе знать, а? Ну, хоть намекнул бы, что он жив?

— Его и бандиты ищут. Ты знаешь, чьи деньги он взял.

— Но мне-то что делать?

— Если у тебя появятся средства, чтобы оплачивать элитную гимназию, все сразу поймут… — Лида замолчала.

— Поймут что?

— Ты сама знаешь. Мой тебе совет: пусть Даша пойдет в обычную школу. И… подальше отсюда.

— Подальше — это где?

— Хотя бы в городе, где живет твоя мама.

— Но что будет с ее языками? А уроки бальных танцев?

— Тебе что дороже — танцы или жизнь ребенка?

— Неужели все так серьезно?

— Более чем, — кивнула Лида. — Я сужу по тому, как они за меня взялись.