Мифы Туринской плащаницы - Евгения Грановская

– Персея нет в зодиакальном круге, – сказала Женя. – Нужно было указать ближайшее к нему созвездие.

– Созвездие Овна! – воскликнул Рашидов. – Как же я сам не догадался!

– Могли бы нанять хорошего хакера, и он бы просто взломал вам программу, – сухо сказала Женя, поглядывая на людей в белых халатах и прикидывая в уме план побега.

Фарук Маратович поморщился.

– Это не мой метод, – сказал он. – Я привык делать ставку на интеллект, а не на грубую силу.

– Я это заметила, – с усмешкой сказала Женя. – Связать девушку по рукам и ногам может только человек с высоким уровнем Ай-Кью – коэффициентом интеллекта… Послушайте… А все эти люди – они генетики?

– Не просто генетики, а лучшие специалисты на планете, – с гордостью сообщил Рашидов. – Знали бы вы, сколько сил и времени я потратил, чтобы собрать их здесь и сейчас.

– Кишлевский с Абрикосовым тоже тут?

– Да. Нам не хватало рабочих рук, и мы решили обратиться к ним за помощью. Но они оказались страшными упрямцами. Пришлось прибегнуть к радикальному средству и состряпать «вудуистский порошок»…

– Рецепт которого вы нашли в дневнике Гумилева?

– Совершенно верно, – кивнул Фарук Маратович. – Вы удивительно сообразительная девушка.

– Как вы раздобыли дневник? – сурово спросила Женя.

Рашидов вынул изо рта трубку, задумчиво на нее посмотрел и проговорил:

– Это длинная история. Впрочем, мне все равно нужно как-нибудь скоротать время. Видите ли, милая девушка, я охотился за дневником больше пятнадцати лет. Установил, что в двадцать первом году он попал к поэтессе Анне Ахматовой. А в шестьдесят третьем она передала эту тетрадку Франклину Риву, американскому писателю и журналисту, который приезжал в Ленинград в качестве переводчика. Франклин подарил дневник своему сыну, Кристоферу, известному голливудскому актеру. У этого парня я и выкупил дневник, заплатив за него сумму… достаточную для покупки роскошного особняка на берегу озера Комо.

– Вы богач? – поинтересовалась Женя, исподволь глядя на дьякона, над которым уже склонились люди в белых халатах.

– Так уж получилось, что да, – ответил Рашидов, попыхивая трубкой.

Женя посмотрела на него жестко и насмешливо.

– Но я никогда не видела вашей фамилии в списке российских миллиардеров.

– И не увидите, – усмехнулся Фарук Маратович. – Большие деньги не любят огласки. Самые богатые люди на Земле всегда остаются в тени. Их всего шестеро, и в сравнении с ними султан Брунея или Билл Гейтс – сущие голодранцы.

– И вы один из шестерых?

Рашидов выпустил облачко ароматного дыма, посмотрел, как оно расплывается в воздухе, и сказал:

– Именно. Но это не моя заслуга. Состояние сколотил мой отец. Для этого ему пришлось прожить долгую и тяжелую жизнь.

Женя попробовала ослабить петлю на запястьях, но это ей не удалось.

– Послушайте, господин Ротшильд, почему бы вам не развязать меня?

Рашидов прищурил на Женю темные глаза, затем поднял руку и взглянул на часы.

– Развяжу, – мягко сказал он. – Но не сейчас. Потерпите еще два часа. Я вас ненадолго оставлю. Посмотрю, как продвигаются дела у моих эскулапов.

Фарук Маратович поднялся с кресла и неторопливо двинулся к людям в белых халатах. Но не успел он пройти и нескольких шагов, как дверь лаборатории с грохотом распахнулась и на пороге возникла огромная фигура.

Охранники вскинули автоматы, однако незваный гость оказался быстрее и сильнее. Громыхнул пистолетный выстрел, и один из охранников рухнул на пол, не успев нажать на спусковой крючок автомата. Второй дал короткую очередь, но секундой раньше громила ударил снизу по дулу автомата, и вся очередь ушла в потолок. Рукоять пистолета обрушилась охраннику на голову. Он пошатнулся, но устоял. Второй удар сшиб охранника с ног, а рифленая подошва тяжелого ботинка намертво припечатала его голову к бетонному полу. Вся схватка заняла всего несколько секунд.

Верзила нагнулся, поднял с пола автоматы и небрежно забросил их на плечо. Затем обвел спокойным взглядом испуганные лица генетиков, усмехнулся в косматую бороду и громогласно объявил:

– И сказал Господь: это хорошо!