За все спрошу жестоко - Владимир Колычев

Март месяц. Зиме уже пора на покой до поздней осени, а она все еще злится. Ну, чисто по Пушкину. И морозно, и вьюга, и снег в лицо. Только Семену совсем не холодно. Хотя и шапки на голове нет, и кожаная куртка нараспашку. Стрелка у него, разбор с Нахрапом. Слоняка их вместе свел. Сам он в стороне, но Семен очень его подведет, если ситуация вдруг выйдет из-под контроля. Пока же все спокойно. Они стояли на берегу замерзшего пруда; за Семеном семь парней в кожаных куртках, и у Нахрапа столько же бойцов – все, как договорено.

– Я не знал, что ты с Наташкой жил, – сказал Нахрап без всякого ехидства, но и раскаяния в его голосе не угадывалось.

– А если бы знал? – холодно посмотрел на него Семен.

– Если бы да кабы... Не хочу оправдываться, но я Наташку на панель не вытягивал. Случайно все вышло. Ее вины в том нет. Я, может, и виноват – в том, что меня не так поняли...

– Кто тебя не так понял?

– Да был у нас один... Он уже ответил за косяк.

– Не верю.

– Мне все равно, – пристально глядя Семену в глаза, плавно повел головой Нахрап.

– Я так понял, она к тебе от Алекса попала?

– Ага, попала. Конкретно попала... Он ее на иглу вернул и выбросил. Я подобрал.

– Кто-то должен за все это ответить. Или ты, или Алекс.

Семен мог убить Нахрапа прямо сейчас. В рукаве у него заточка; одно движение плечом, и она упадет к нему в ладонь. И тут же последует удар по горлу... Семен представил, как Нахрап захлебывается своей кровью, и эта мысль через взгляд передалась противнику. Семен смотрел на него глазами убийцы, и Нахрап занервничал не на шутку.

– Ты можешь... – начал он, но в горле у него пересохло, и слова смешались с хрипом. – Ты можешь спросить с меня.

– Но лучше с Алекса, – подсказал Семен.

– Он твою Наташку опустил.

– Значит, с него и спрос... Отдай его мне.

– На раздербан?

– На расправу.

– Если ты ему башку скрутишь, как он отстегивать будет?

– А он отстегивает?

– Нет. Но бизнес мой раскручивает.

– Это он умеет.

– Я в курсе... Он уже раскрутил мой бизнес, всё на мази. Но я ему слово дал, что платить он мне не будет.

– А ты, я так понимаю, слово держать умеешь?

– Да. Если это слово пацана. А он лох, какое тут слово пацана? Я это слово могу обратно забрать... Но мне Алекс нужен. У него выходы на больших людей, и с охраной он что-то там мутит...

– С какой охраной?

– Ты же знаешь, КГБ больше нет. Есть Министерство безопасности и куча безработных конторщиков. Алекс одного такого к себе взял начальником охраны.

– Короче говоря, с ним лучше не связываться?

– Я этого не говорил.

– И мне на раздербан его не отдашь?

– Я же сказал, что могу забрать слово.

– Короче, хочется и колется, – усмехнулся Семен.

– Можно и так сказать.

– Давай я им займусь. На двадцать пять копеек поставлю. Пятнадцать копеек мне, десять тебе.

– Нет, давай наоборот.

– Хорошо, десять копеек мне и десять копеек тебе. Ни вашим, ни нашим...

– Забились.

Семен попрощался с Нахрапом скупым кивком. Не тот это человек, которому он хотел бы подать руку.

* * *

Сэм шел медленно, неторопливо, но Алекс почему-то все никак не мог от него убежать. Его ноги вязли в пустынных песках. Но почему тогда Сэм будто парит над барханами?

И все-таки Алекс от него убежал. Выбрался на ровную полосу дороги, присыпанной песком, сел в белый «Кадиллак» с открытым верхом. Только двигатель почему-то не заводится. А Сэм все ближе. И видны зеленые магические огоньки в его глазах. И щерится он, а зубы у него волчьи.

Но машина все-таки завелась и даже поехала. Только дорога вдруг куда-то исчезла, один сплошной песок вокруг. Хотя его уже не видно в кромешной мгле. Но песок есть, и теперь уже в нем вязнут колеса. А Сэм совсем рядом. Он уже и руки к Алексу тянет. Темнота вокруг непроглядная, но его волчьи лапы видны в отблесках магического сияния глаз. Страшно. Жуть как страшно.