Как холодно в земле - Энн Грэнджер

Мередит зашагала следом за зайцем. Дойдя до живой изгороди, она вдруг услышала с той стороны монотонный характерный рев. Это не бульдозеры; вся строительная техника мирно отдыхает на площадке в километре отсюда. Рев то нарастал, то делался тише — наверное, кто-то то подъезжал ближе к изгороди, то удалялся от нее. Мередит осторожно поднялась к живой изгороди по откосу и принялась продираться сквозь переплетенные ветви боярышника и ежевики.

Второй луг, раскинувшийся за живой изгородью, уже пал жертвой внимания застройщиков. Правда, здесь пока не было ни кирпичей, ни извести, но строители успели разметить будущий поселок узкими асфальтированными дорожками. Они образовывали странный узор; некоторые заканчивались холмиками глины, другие сбегали вниз, на выпас, где и обрывались. Печальное зрелище! Как будто какой-то великан начал строить у себя в саду лабиринт, но, потеряв к нему интерес, забросил, почти закончив. По узким дорожкам раскатывали туда-сюда двое юнцов на мопедах. Время от времени они съезжали с асфальта и атаковывали глинистые холмики — наверное, учились ездить по пересеченной местности. На поворотах они упирались ботинками в грязь. Маломощные моторы кашляли, захлебываясь от усилий. Взобравшись на холм, мотоциклисты почти ложились на сиденье, слетали вниз и разражались радостными криками.

Заметив Мередит, парень, что был поближе, развернулся и поехал к ней, подскакивая на ухабах и кочках. Он затормозил перед самым ее носом, выпрямился в седле и поднял козырек шлема, словно средневековый рыцарь, который перед поединком приветствует свою даму.

— Здрасте! — закричал он.

Мередит вгляделась в бледное молодое лицо.

— Барри? — закричала она.

— Точно! Мы с вами виделись у нашего священника. Что, присматриваете себе домик? — Наверное, Барри так шутил. Он широко ухмыльнулся, снял шлем и, прижав его к груди, мотнул головой в сторону видневшихся вдали строений.

— Нет, спасибо. А начальство на стройке не возражает против того, что вы тут раскатываете?

Барри снова расплылся в улыбке.

— Да, их прораб вечно гоняется за нами, грозится вздуть как следует, да только где ему нас догнать! Как-то раз мы ему отомстили. Взяли и загнали его прямо в реку. Он стоял на берегу и ругал нас на чем свет стоит, вот мы и покатили прямо на него, и ему пришлось прыгнуть. Ну и плюхнулся в воду. Вот посмеялись мы тогда!

— Но ведь он мог простудиться, — с сомнением сказала Мередит. Интересно, подумала она, знает ли Барри, что прораб погиб. А может, он не знает, что покойный Герси и их обидчик-прораб — одно и то же лицо.

— Ничего, ему полезно! Он болван и настоящая сволочь.

Хотя Мередит в общем была согласна с оценкой характера покойного мистера Герси, она все же спросила:

— А вы знаете, что он умер?

— Ну да! — В глазах Барри мелькнуло удивление. Вдруг он встревожился. — Мы тут ни при чем!

— Я ни в чем вас и не обвиняла. Просто… неужели вы не слышали об убийстве рядом с пабом «Лис и гончие»?

— А, вот вы про что. Да. Значит, это его кокнули? — Барри задумался. — Ну надо же, — выдал он наконец на удивление тихо. — Надо сказать моему дружку.

— Возможно, когда вы за ним гнались, он записал ваши номерные знаки и сообщил в полицию, — заметила Мередит.

Барри пожал плечами.

— Мы ведь только шутили. Да и потом, он все равно не настучал бы на нас. Ни за что не настучал бы!

— Почему?

Барри посмотрел на нее с таким видом, словно она вчера родилась на свет.

— Он не из тех, кто любит стучать. То есть он таким не был, — поправился Барри. — Точно знаю, если бы он нас поймал, он был нас убил! Но бывают типы, которые стучат в полицию, а бывают — которые не стучат.

«Что ж, верно», — подумала Мередит. С таким утверждением и Алан вряд ли поспорит.

— Вы с приятелем часто выбираетесь сюда на мотоциклах?

— Да, если погода позволяет.

Мередит осторожно подбирала слова, чтобы не спугнуть Барри, он привык к тому, что его первого обвиняют, если что-то происходит.

— Значит, вы были здесь и перед теми выходными, когда на стройке нашли труп? Я хочу сказать, если вы здесь были, вы могли нечаянно наткнуться на убийц, и тогда вам было бы несдобровать.

Барри подышал на козырек шлема и заботливо стер с него полосу грязи.

— В те выходные мы и правда здесь были, но ничего такого не видели. — В его голосе слышалось искреннее сожаление. — Не повезло! Бамфорд — настоящая дыра, здесь никогда ничего не происходит, а уж если происходит, то мы пропускаем все самое интересное!

— А незнакомые машины вам здесь не попадались? — вспомнила вдруг Мередит. — Например, БМВ или другая машина с иностранными номерами?

— Нет, мы видели только старый «лендровер», весь заляпанный грязью. Но его я видел и раньше, много раз. Он принадлежит парню, который пасет тут овец. Мы с приятелем стараемся объезжать его стороной.

— Вы имеете в виду такого высокого рыжего парня?

— Точно, его! Как-то он напустился на нас, мол, мы пугаем его овец. Еще до того, как здесь проложили дорогу, мы гоняли напрямик, по полям. Случалось, задевали какую-нибудь старую овцу, которая плохо бегает, но насмерть не сбивали. А рыжий схватил дробовик да как начал целиться! В общем, после того случая мы, как видим, что он идет, прячемся за изгородью и ждем, пока он пройдет мимо.

— Алвин угрожал вам дробовиком? — ахнула Мередит.

Да, Алвин вспыльчив, она сама была тому свидетельницей в «Лисе и гончих». Должно быть, напугались мальчишки, когда увидели, как он целится в них из ружья! Фермеры имеют право отстреливать диких собак, которые задирают овец. Барри и его дружку крупно повезло, что Алвину хватило выдержки. Он вполне мог бы подстрелить их.

— Да, он нас здорово напугал! — с жаром закивал Барри. — Поэтому с ним мы не связываемся!

Приятель громко окликнул Барри. Он нетерпеливо ждал в нескольких метрах позади.

— Ладно, пока, — бросил Барри, надевая шлем. — Может, еще когда увидимся у нашего отца Голланда.

— Ты по-прежнему работаешь у него в саду?

— Да так, скорее вид делаю. Но отец Голланд парень что надо. Все понимает и не суетится. Видели, какая у него «ямаха»? Мощная машина. Ужас, как мне хочется на ней прокатиться!

— По-моему, не стоит, Барри. Иначе тебе грозят крупные неприятности! — без обиняков заявила Мередит. — Отец Голланд тебя защищает… Тебе вряд ли стоит ссориться с ним.

— Да ладно, ладно, не трону я его байк! Пока! — Барри ухмыльнулся, надвинул шлем на глаза, помахал рукой и покатил прочь.

Мередит пошла назад, глядя под ноги. Из глины и строительного мусора тянулись к солнцу чахлые ростки: желтые цветочки чистотела, ветреница дубравная, крапива, лопухи, клевер, пучки осоки. Растения словно жались друг к другу, вылезая из покореженной земли. Их мужество и цепкость невольно внушали уважение и трогали до глубины души. Скоро здесь все зальют бетоном, по цветам пройдет каток и похоронит их навеки, похоронит, как чуть было не похоронили того мертвеца.