Эта горькая сладкая месть - Дарья Донцова

В Женькиной квартире есть безумно идиотскаявещь – мусоропровод. Строители решили, что жильцам будет необычайно удобно,если разместить его не на лестнице, а прямо в квартире. Идея не новая, такделали в пятидесятых годах. Но архитекторы прежних лет планировалимусороприемники на кухнях, что, в общем, логично. Нынешние поступили круче. Вприхожей сделали дверку. Туда следовало опустошать помойное ведро. По мне ужлучше в таком случае на лестнице!

Подтащив ведро, я отвалила железный ящик иуслышала из глубины слабый голос:

– Помогите!

От неожиданности мои руки разжались, и мусорраскатился по полу.

– Помогите! – донеслось из вонючихглубин. Я понеслась на кухню.

– Воры!

Женька спокойным шагом приблизился к мусорникуи громко спросил, приоткрыв ковш:

– Тут есть кто?

– Слышь, мужик, – донеслось снизу, – будьдругом, выручи.

Женька, сопя, отвернул ящик, поставил на пол,и мы заглянули внутрь трубы. Там, на горе мусора, стоял парень. Нечего было идумать о том, чтобы вытащить его самостоятельно. Через полчаса в теснойприхожей толпились сотрудники службы спасения и милиция. Еще через час измусорника вытащили абсолютно голого мужчину лет тридцати пяти, сжимавшего вкулаке носки. Он сразу сел на пол и тут же попросил:

– Прикройте чем-нибудь, замерз.

Сердобольный Женька притащил байковое одеяло,и милиционеры принялись допрашивать нашу находку. Вначале сотрудники суровоморщились, подозревая, что в их руки попал незадачливый воришка. Но уже черезпять минут лица оперативников начали разглаживаться, и только профессионализмудерживал их от хохота.

Ситуация оказалась старой как мир. Леша пришелв гости к любовнице. В самый разгар приятного времяпрепровождения во входнойдвери заворочался ключ. Внезапно вернулся из командировки муж дамы сердца. Посчастью, перед тем, как нырнуть в койку, Зинка закрыла щеколду. Пока онаизображала беспробудно спящую, а супруг колотился в дверь, Леша в ужасе металсяпо квартире.

– Зинкин мужик – Зверь, – бесхитростнокаялся донжуан, – в органах служит, пистолет имеет. Мог застрелить, это какпить дать, и ее, и меня.

В крохотной квартирке спрятаться практическинегде. Одиннадцатый этаж не позволял покинуть место любовных утех через окно. Вполном отчаянии Леша влез в мусоропровод и ухнул вниз. По счастью, шахтамусоропровода оказалась широкой, а сам любовник был довольно щуплый. Расставивруки и ноги, он пытался тормозить во время спуска, но скорость паденияувеличивалась. В какой-то момент Леша потерял возможность контролироватьситуацию и камнем полетел вниз. Скорей всего мужик разбился бы насмерть. Номежду седьмым и шестым этажами случился капитальный засор. Неудачливый любовникплюхнулся в кучу ароматных отбросов.

Бедный мужик кое-как простоял на горе банок иочистков всю ночь. Пару раз с верхних этажей сыпался мусор, но кричать былобесполезно – люки открывались слишком далеко от того места, где он находился, ктому же Леша боялся накликать мстительного супруга. Расположенные буквально надего головой ковши седьмого этажа, как назло, не шевелились. Спасение пришло,когда я решила опорожнить ведро.

Оперативники давились от хохота, службаспасения обрабатывала раны “Казановы”, парни пытались сохранить серьезность.Наконец один из милиционеров захлопнул блокнот и произнес:

– Все-таки надо проверить.

– Мужики, – взмолился Леша, – толькоаккуратно, с каждым может случиться!

Дознаватели посовещались, и потом двое,прихватив Женьку, поднялись наверх. Остальные закурили, Леша завернулсяпоплотней в одеяло и на всякий случай подсел поближе ко мне. Он явно трусил. Задверью послышался раздраженный голос, и на пороге показалась героиня романа:полненькая женщина с простодушным лицом.

– Ну даете, Евгений Степанович, –возмущалась ничего не подозревавшая Зинка, – что за протечка такая! Содиннадцатого этажа до вас дотекла? Почему решили меня виноватить?

– Да поглядите, Зинаида Андреевна, –ласково сказал Женька и указал на дрожащего Лешку.

Баба ойкнула и прикрыла рот рукой. Потомзаметила милиционеров и ринулась в атаку:

– Нету такого закона, чтобы за любовьарестовывать!

– Признаете, что данный гражданин пришелк вам вчера около двадцати двух часов с целью проведения времени, а потомпокинул принадлежащую вам квартиру посредством спуска в мусоропровод? – суровоспросил участковый.

Я вздрогнула. Нет, все-таки они ужасноразговаривают. Неужели нельзя по-человечески? Но Зинка не обратила внимания наказенные обороты. Пухленькое личико съежилось, из маленьких глаз покатилисьгорошинки слез.

– Ой, конечно, признаю! Думала, убилсянасмерть!

И женщина заревела басом.

– Ладненько, – обрадовались оперативники,– нас этот случай не касается, дело семейное, разберетесь между собой сами.

Мужчины вывалились всей толпой на лестничнуюклетку, откуда незамедлительно раздался дружный хохот. Мы с Женькой погляделина Ромео с Джульеттой, потом уставились на беспорядок в прихожей.

– Сейчас, сейчас, – засуетилась Зинка, –быстренько все замету, полы помою. Евгений Степанович, не губите, нерассказывайте Володьке.

– Чего говорить-то, – буркнул Женька, –подумаешь, дело, чистил дворник мусоропровод да провалился внутрь!

Женщина кинулась на шею сговорчивому соседу,потом рьяно принялась ликвидировать беспорядок. Ленька помылся в ванной, наделстарый Женькин тренировочный костюм и, клятвенно обещая вернуть одежду вечером,убежал. Наконец-то мы остались вдвоем.

– Да уж, – промямлил приятель, завариваякофе, – все ты виновата!

От неожиданности я даже поперхнулась тойбурдой, которую Женька выдавал за кофе.

– Почему?

– Стоит Дарье появиться, как тут женачинаются неприятности, таким, как ты, следует сидеть дома.

Я не нашлась сразу, что возразить, но тутзапищал пейджер. “Дашенька, позвони мне. Зоя”.

Набрав указанный на экране номер, услышалавзволнованный голос. Оказывается, младшая сестра Зои заболела, и женщина теперьдолжна помогать родственнице. Короче говоря, заканчивать уборку в Ксюшинойквартире мне предстояло одной.