Опер Екатерины Великой. «Дело государственной важности» - Юрий Корчевский

— Пойдёмте ко мне в каюту, там вам будет удобнее.

— Момент! — Андрей завязал узел с монетами и отдельно — с драгоценностями. Для очистки совести он заглянул в рундук ещё раз, тот был пуст.

Выйдя в коридор, капитан распорядился:

— Боцман, мерзавца — под замок.

— Это как? — растерялся тот.

— Сунь его в каюту, только не развязывай. У двери поставь матроса для охраны, чтобы не сбежал, — посоветовал Андрей.

— Дык, куда ему бежать-то? Вода вокруг.

— Делай, что велено! — тоном, не терпящим возражений, бросил капитан.

— Слушаюсь.

Боцман как пушинку поднял Петра и швырнул его в каюту. Раздался глухой удар. «Как бы боцман башкой Петра ненароком обшивку корабля не проломил», — усмехнулся Андрей.

В каюте капитана разложили на столе ценности. Андрей брал в руки серебряное или золотое изделие, разглядывал его, диктуя капитану, а тот записывал:

— …серьги золотые в виде ладьи с распущенным парусом.

— Записал, — отзывался капитан.

— Серьги золотые в виде бабочки… — продолжал Андрей.

Когда опись была составлена, Андрей и капитан скрепили её подписями.

— Ну, осталось последнее — чтобы потерпевшая опознала свои ценности, — сказал Андрей.

— Где же её взять, потерпевшую? — усмехнулся капитан.

— Минутку терпения.

Андрей пошёл за Елизаветой. Та его встретила негодующе.

— Где вы ходите? Я чуть было не уписалась.

— Ну так иди, вон — по коридору, только недолго.

Андрей ещё договорить не успел, как Лиза убежала. Вернулась довольная.

— Пошли.

Андрей повёл её за руку в каюту капитана, усадил на стул. Ценности были увязаны в узелок, и Лиза их пока не видела.

— Капитан, возьмите, пожалуйста, список в руки. Лиза, перечисли всё, что у тебя украл Пётр Иваницкий.

Лиза без запинки перечислила все украденные ценности — кому, как не хозяйке, знать свои украшения?

— Ну, капитан, сходится?

— Абсолютно всё.

— Вот и сама потерпевшая перед вами. Её обокрал всё тот же Пётр — он же Иона, укравший судовую кассу «Ерша».

— И тут он? — ахнула девушка.

— Да, представьте себе. Каторга по нему плачет.

— Так я не ошиблась, это был Пётр?

— Он самый, только представился Ионой Селезнёвым.

Лиза вскочила.

— Где он, этот подлец? Я хочу его видеть!

— Он под арестом, заперт. А зачем он тебе?

— Хотела пощёчину дать.

— Это уж потом. Спасибо, капитан. Деньги, ценности, список обнаруженного при обыске и протокол я заберу с собой. По приходе судна в Санкт-Петербург негодяй пойдёт под суд.

— Каков мерзавец! — воскликнул капитан. — Спасибо, Андрей. Я вижу — вы мастер своего дела.

Андрей кивнул, взял ценности, деньги, бумаги и вышел из каюты. Сияющая Лиза последовала за ним.

— Ура! — едва войдя в комнату, она бросилась Андрею на шею. — Все украшения снова у меня. Можно, я их надену?

— Пока нельзя, я должен их вернуть по описи твоему папеньке.

— У, противный! Без них я как нищая.

— Коли разрешит папенька, наденешь. Так что смирись, потерпи немного. Скоро уже будешь дома.

— Ну хоть на палубу можно выйти?

— Можно, иди, но только постарайся не попасть ещё в какую-нибудь передрягу. Неприятности к тебе так и липнут.

До Петербурга дальнейшее плавание проходило благополучно. В полдень корабль входил в Неву, ошвартовался у причала на стрелке Васильевского острова.

На корабль взошёл таможенник и служитель порта. Таможенника команда и пассажиры не интересовали — только груз. А вот служитель порта прицепился к Андрею. Собственно, даже не к нему, поскольку документы у розыскника были в порядке, а к Елизавете и Петру, которым он не дозволял спуститься на берег.

Андрей спорить не стал, сбежал по трапу, прыгнул в первую же с краю пролётку из множества стоявших в ожидании пассажиров.

— Гони к юстиц-коллегии!

Лязгин, на счастье, оказался на месте.

Едва поздоровавшись, Андрей выпалил:

— Привёз на судне сбежавшую девицу — дочь купца, и полюбовника её. В Любеке он украл у неё ценности и судовую кассу со своего судна прихватил и сбежал, бросив Лизу. Только вот служитель порта не дозволяет им сойти на берег — оба без документов. Выручай, Иван Трофимович!

Лязгин без лишних слов надел шляпу.

— Идём.

Ехали на пролётке юстиц-коллегии.

Прибыв в порт, Лязгин быстрым шагом взошёл на судно.

— Где он?

— Был в каюте капитана.

Служитель порта и в самом деле всё ещё находился там.

— Начальник розыскной экспедиции юстиц-коллегии, надворный советник Лязгин, — представился официально Иван Трофимович.

— Служитель порта Аксаков, — вскочил в испуге служитель.

Вид Лязгина не предвещал ничего хорошего. Классный чин Ивана Трофимовича соответствовал армейскому подполковнику — званию высокому.

Лязгин начал сурово.

— Ты чего же, любезный, препятствуешь несению службы моими подчинёнными?

— Никак нет, ваше высокоблагородие!

— Жалуется вот сотрудник мой, говорит — с великим трудом разыскал и доставил в город опасных преступников, а ты их с корабля не отпускаешь.

— Так документов нету, — выдохнул Аксаков.

— И что теперь — обратно в Любек их отправить или прямо на судне повесить?

Служитель порта побагровел.

— Не могу знать!

— И кто только тебя такого сюда поставил?

— Начальство моё!

— Веди к нему.

Служитель засеменил в управление порта, периодически снимая фуражку и вытирая рукавом лоб.

— Туточки, — остановился он перед дверью начальника.

Лязгин вошёл один, дав Андрею знак подождать в коридоре.

Путилов и Аксаков терпеливо ждали, однако минуло полчаса, а их так никто и не вызвал.

Андрей прислушался. Из-за двери доносились едва слышимые звуки разговора. «Что-то они долго», — забеспокоился розыскник.

— Может, заглянуть? — спросил Андрей у также теряющего терпение служителя.

— Вы что? Начальник у нас крут! Я лучше подожду.

— А я всё же загляну! — решил Андрей.