Всем женщинам должен (сборник) - Владимир Колычев

Он повернул назад, и через двадцать минут они с Зиной гордым шагом входили в автосалон, где в ярком искусственном свете ждали своего часа железные красавицы с лакированными боками.

У стойки стояла живая красавица — роскошная девушка в белой рубашке и короткой черной юбке. Она улыбнулась им, в глазах застыл немой вопрос. И еще девушка покосилась на охранника, который внимательно следил за странными клиентами.

Гена все понял. Вид у них с Зиной, мягко говоря, не очень. Он достал из кармана одну пачку денег, другую… И девушку будто подключили к источнику тепла, ее улыбка стала такой душевной.

— Ну что вы, не надо!.. — останавливая Гену, она коснулась его руки.

Ощущение оказалось таким сильным, что он захмелел. И на мгновение представил, как помогает этой красавице сесть в свою новую машину. Они садятся, уезжают, а Зина остается на ее месте. По этому случаю Гена мог бы купить ей белую рубашку и черную юбку, не обязательно короткую.

— Просто скажите, какой суммой вы располагаете?

— Три миллиона! — Гена и сам не ожидал от себя такого.

Девушка, казалось, чуть не задохнулась от восторга.

— Таких дорогих машин у нас, к сожалению, нет… Сейчас нет… Но если выбрать машину на заказ и немного подождать…

— Нам некогда ждать! — Зина встала между Геной и девушкой, грудью закрыла мужа от соблазняющего взгляда менеджера. — И у нас всего семьсот тысяч!

— Да, конечно! — Девушка, казалось, ничуть не разочаровалась.

Она обласкала Гену взглядом, когда он садился в машину за девятьсот тысяч. Да и сам автомобиль произвел впечатление.

Более того, она села рядом. Ее юбка при этом задралась, ноги открылись чуть ли не полностью. Он крутил руль, а она сидела рядом и рассказывала о достоинствах автомобиля. Он сидел, слушал ее и пьянел без вина.

— Ну так что, будете покупать? — с нежностью в голосе спросила девушка, когда Гена вышел из машины.

Он просто не мог сказать «нет».

— Очень хорошо. Посидите здесь, пока мы оформим документы.

Он отдал девушке свой паспорт, и когда она ушла, ее место заняла Зина. И так ему вдруг стало тоскливо.

— Ты только не зазнавайся! — хмыкнула она. — Думаешь, ей ты нужен? Нет, ей твои денежки нужны!.. А денежки наши!..

— Да я не думаю…

— А я думаю!.. Смотри, какой парень! — Зина пальцем показала на охранника, который с важным видом прохаживался по салону.

Она хотела, чтобы Гена ее приревновал, но из этого ничего не вышло.

Девушка появилась примерно через полчаса, к этому времени Зина успела размягчить Гене оба полушария. Красавица принесла документы и счет, который он должен был оплатить.

Кассирша приняла деньги, но как-то странно посмотрела на Гену, выдавая сдачу. Возможно, она завидовала ему…

Зато продавец вела себя все так же любезно. Она проводила Гену и Зину в кафе, предложила выпить кофе за счет заведения. И ушла, обещая вернуться… Если бы Гена знал, что видит ее в последний раз.

Они еще не успели допить кофе, когда появилась полиция. Ничего не говоря, Гену схватили, уложили на пол и надели на него наручники. С Зиной обошлись более любезно, но в отделение доставили вместе с ним.

Там Гена и узнал, в чем его обвиняют. Оказывается, он предъявил к оплате фальшивые деньги.

Победителей не судят. Плошников не собирался об этом говорить, все было ясно и так. Каура задержали на выезде из города, похищенные деньги нашлись.

— Кауров занимался сбытом фальшивых денег, мы задержали его на получении очередной партии товара. Когда Кауров понял, что ему не отвертеться, он сбежал. Его задержали, он сейчас в камере, надеюсь, что он даст признательные показания.

Юра чувствовал себя героем, но Табачный почему-то не восторгался им. Ни капли удивления во взгляде. Как будто так и должно быть… Но, может быть, именно так Платон Александрович и должен себя вести. В конце концов, старший лейтенант Плошников не какой-то там неудачник, и раскрытое уголовное преступление для него — привычное дело. В общем-то, так оно и есть. И осечка, которая произошла с ним из-за огуречных наклеек, испортить послужной список сыщика не могла.

О ясновидящей Жанне Всемогущей Табачный не спрашивал. Как будто Юре не ставилась задача выявить степень ее вины перед законом. Платон Александрович не спрашивал, а Плошников не отвечал. Пусть себе работает. Надо будет, он обратится к ней за помощью еще раз…

Юля улыбалась ему, как родному. Неужели она согласна выйти замуж за Бакса?.. Если так, нетрудно понять, что Юля делает в кабинете у следователя. Видно, договорилась с мужиком, и он организовал ей свидание с Баксом в своем кабинете.

Но если так, почему следак не уходит? Не место ему здесь, неужели он этого не понимает?

— Юлия Сергеевна, вы узнаете этого человека? — показывая на него, спросил следователь.

— Да, узнаю… — Юля мило улыбнулась Баксу. — Он и его дружок гнались за нами, грозили убить. Дверь в гостинице выбили, из ружья стреляли.

Бакс ошалело смотрел на нее. Оказывается, Юля пришла сюда, чтобы посмеяться над ним. И это не улыбка на ее лице, а самая настоящая гримаса мести… Если так, то замуж за него она точно не выйдет. Даже если он согласится взять ее в жены…