Криминальный пасьянс - Александр Овчаренко

Инициатива низов неожиданно получила широкую поддержку местного населения: повсеместно на предприятиях и в организациях стали проводиться собрания трудовых коллективов, которые единогласно высказывались за поддержку нового общественного движения. Вскоре к инициативной группе примкнули в полном составе местные профсоюзы, Союз офицеров, недавно созданное Объединение работников рыболовного флота, организация «Солдатских матерей», Союз предпринимателей, и даже члены Добровольного общества содействия пожарным.

Заграничные гуманитарные организации, прослышав о новом течении в России по борьбе с криминалом, немедленно откликнулись и стали активно поддерживать данное начинание материально. После того, как на недавно открытый банковский счёт инициативной группы стали поступать немалые суммы, Сахно собрал единомышленников в помещении местного драматического театра и провёл общее собрание.

— Друзья! — уверенно вещал с трибуны бывший милицейский полковник. — К нашему всеобщему удивлению, наша мирная инициатива по декриминализации острова получила в государстве, да что там, в государстве — во всём цивилизованном мире, широкую поддержку и всеобщее одобрение. Из многочисленных зарубежных организаций и от простых граждан в наш адрес продолжают поступать денежные пожертвования. Денег скопилось так много, что надо что-то решать. На повестке дня один вопрос: как с наибольшей пользой для общего дела потратить имеющиеся на сегодняшний день финансы.

После непродолжительного, но бурного обсуждения решили вложить имеющиеся на счетах средства в модернизацию рыболовного флота, остатки которого продолжали успешно ржаветь у бетонных стенок причала.

Сказано — сделано! В течение месяца члены Объединения работников рыболовного флота, делегированные общим собранием отбыли в Японию, где закупили десять новеньких современных траулеров, на которых соскучившиеся по работе бригады рыбаков, не мешкая, вышли в море. Удача сопутствовала рыбакам и, продав оптом в ближайшем японском порту весь богатый улов, они с видом победителей вернулись к родным берегам. По уговору часть прибыли, которую труженики моря раньше «отстёгивали» криминальным авторитетам, теперь рыбаками добровольно перечислялась в фонд инициативной группы, которая к этому времени преобразовалась в общественно-политическое движение с одноимённым названием.

Губернатор Сахалина терялся в догадках, недоумевая, как банальная на первый взгляд инициатива жителей острова получила такое широкое распространение.

Не осталось это незамеченным и в Москве. Губернатора срочно вызвали в Кремль.

— Что там у Вас происходит? — спросили его в Администрации Президента.

— Так… ничего особенного. — промямлил губернатор, для которого внезапный успех нового политического движения, как и для кремлёвских небожителей, оставался загадкой.

— А нельзя ли точнее! — напирали сотрудники Администрации, которые привыкли видеть в любом проявлении самостоятельности регионов признаки сепаратизма и опасное для вертикали власти своеволие.

— Инициатива низов, — уже бодрее выдал губернатор. — Мы, кстати, эту инициативу поддерживаем.

— Поддерживаете? Интересно, каким образом?

— Ну, в смысле не препятствуем. Дело хорошее… Тем более что денег они не просят.

— В том-то и дело, что денег не просят, а движение растёт и ширится, как эпидемия гриппа. Вас это не настораживает? Нет? А нас, знаете ли, очень настораживает! — горячились сотрудники Администрации. — Подозрительно это как-то, тем более накануне визита на остров Президента.

Опытные чиновники знали, что любая инициатива рано или поздно сходит на нет, если её не финансировать, а для реализации задуманного проекта деньги нужны были немалые.

— Это вам не антиалкогольная компания, где достаточно издать Указ и вырубить виноградники, — недовольно ворчали кремлёвские чиновники. — Здесь чувствуется рука опытного дирижёра!

Ничего не добившись от обильно потеющего от страха губернатора, руководитель Администрации решил доложить свои соображения лично Президенту.

— Сами Вы что думаете по этому поводу? — недовольно спросил руководителя Администрации Харьковский, которому не понравилась постановка вопроса.

— Целесообразно направить на Сахалин ревизоров из Счётной Палаты и следственную бригаду из ФСБ и МВД, а сроки визита на остров перенести на более поздний срок.

— На какой срок? — хмуро уточнил Президент. — Лично у меня президентский срок скоро заканчивается, и я не могу больше ждать. Вы что, не понимаете, что этим визитом я начинаю свою предвыборную компанию? А если я изменю срок начала предвыборной компании, оппозиция это может расценить, как неуверенность Президента в собственных силах, и раструбит на всю страну! И избиратели поверят! Тогда вся компания, как говорится, псу под хвост. И я не понимаю вашей логики, какая может мне грозить опасность, если жители сами борются за декриминализацию острова? Тогда что прикажете делать с поездками в другие города, где жители не выдвигают таких прогрессивных лозунгов?

…Из президентского кабинета руководитель Администрации вышел в расстроенных чувствах: вместо ожидаемой похвалы за проявленную бдительность он получил солидную порцию критики.

«Отчитал, как мальчишку! А ведь в том, что он стал Президентом, во многом моя заслуга», — обиженно думал он по дороге к в рабочий кабинет. Оскорблённый в лучших чувствах опытный чиновник сгоряча подумывал о том, чтобы уйти в отставку и переметнуться в стан оппозиции, у лидера которой на предстоящих президентских выборах были неплохие шансы занять рабочий кабинет в Кремле, но после обеда успокоился и решил не делать резких телодвижений. Политика — дама капризная, и политик, если хотел как можно дольше оставаться на плаву, должен уметь терпеливо дожидаться её расположения.

«Всё пройдёт! И это тоже!» — подумал про себя кремлёвский чиновник, не догадываясь, что данное изречение было начертано на кольце царя Соломона.

А тем временем общественно-политическое движение под руководством бывшего милицейского полковника с каждым днём крепло и набирало политические дивиденды. Хорошо зная милицейскую систему по охране общественного порядка, Сахно организовал и экипировал народную дружину «Закон и порядок». Дружинники получили специально заказанную для них форму, сильно напоминающую армейское обмундирование, только почему-то чёрного цвета, средства связи и спецтехнику. Кроме новенькой удобной формы, дружинники от милиционеров отличались более высокой зарплатой, наличием вместо огнестрельного оружия травматического и полным отсутствием бумажной волокиты.

Весть о дружине быстро разлетелась по всему Приморскому краю, и на Сахалин потянулись крепкие молодые люди, жаждущие адреналина и денег. Но принимали в дружину далеко не всех, предпочтение отдавали молодым мужчинам до тридцати пяти лет, прослужившим в армии или другом силовом ведомстве, прошедшим специальную подготовку и обязательно без уголовного прошлого.

Командиром дружины Сахно назначил специально вызванного на остров офицера запаса по фамилии Комиссаров, про которого поговаривали, что он был одним из тех, кто в девяносто первом году в Москве во время известных событий организовал защиту Белого Дома, а потом был незаслуженно забыт. С лёгкой руки дружинников командира дружины прозвали Комиссаром, а его должность — комиссарской.