Медовое путешествие втроем - Дарья Донцова

Надо отдать должное Светлане – она спокойно, с абсолютно невозмутимым видом выслушала меня. Потом, слегка поморщившись, обратилась к хозяину кабинета:

– Полагаю, я должна ответить?

– Хотелось бы услышать ваше мнение о сказанном, – согласился Сергей.

Светлана чуть подалась вперед.

– Не знаю, как вас, но меня в свое время учили, что любые факты можно истолковывать двояко. Опасно делать далеко идущие выводы, рассматривая ситуацию однобоко. Да, мы с Юрием подружились, но никогда не состояли в любовных отношениях. Малинин обратился ко мне по рекомендации знакомых, его очень беспокоило состояние жены. Елена находилась в депрессии, ей на самом деле требовалась помощь. Я работала с Малининой долго, в конце концов стала ее другом, узнала многие семейные секреты и поняла, что у супружеской четы имеются глубокие противоречия. Елена никак не могла простить мужу смерть Аси. Один раз она сказала: «Своего сына он вытащил, а мою доченьку бросил».

– Ася ведь ребенок и Юрия тоже, – пробормотала я.

– Оно так, – согласилась Терентьева, – но Елена всегда считала: Андрей – Юрина кровь, а Асенька ее деточка. И чем больше времени проходило после рокового пожара, тем сильнее Лена ненавидела мужа.

– Трудно вам поверить, – не выдержала я. – Часто общалась с Малиниными и ни разу не видела, чтобы они ссорились. Лена никогда не повышала голоса на супруга, всегда с ним соглашалась, не спорила, не отстаивала собственное мнение. Она прекрасная жена.

– Если сдуть пепел, прикрывающий тлеющие угли, то, когда положите на них поленья, вспыхнет яркое пламя, – вздохнула Светлана. – Елена идеально умеет владеть собой, глядя на нее, вы никогда не догадаетесь, что она о вас на самом деле думает.

– Никогда не посоветую своим знакомым ходить к вам на прием! – вспылила я. – Вы не имеете права обсуждать с посторонними людьми проблемы своих клиентов!

– Если дело касается убийства, то делается исключение из врачебной этики, – заметил Сергей.

– Я давно не работаю с Еленой как психотерапевт, – оправдалась Терентьева, – сейчас мы просто подруги. И ничего нового я не сообщила, вы уже знаете, что Андрея родила суррогатная мать. К сожалению, Юра не понимал, какой человек живет с ним рядом, совершенно искренне считал Лену прекрасной, разумной матерью. Поэтому после трагедии с Асей он велел супруге: «Хватит с нас твоих картинок в книгах, никакого толка от них нет, занимайся исключительно сыном. Не оставляй его одного ни на минуту, везде води за руку». И жена, как всегда, подчинилась Юрию. Не ее инициативой было ходить тенью за подростком, Юра приказал. Но со стороны это выглядело иначе. Знаете, Елена мне рассказывала, как один раз, еще на заре брака, она отказалась поехать с Юрием на деловой обед, потому что ей требовалось быть в издательстве, редактор попросил срочно подкорректировать иллюстрации. Юра ничего не сказал, но на следующий день Малинина обнаружила, что коробочка, где лежала семейная касса, пуста. Ей дали понять, кто в доме хозяин.

Я вспомнила слова Остролистовой о том, как ее муж в случае непослушания блокирует их с дочерью кредитки, и рассердилась:

– Вот гадость!

– А по-моему, правильно, – неожиданно заявил Сергей. – Кормишь, поишь, одеваешь жену, а та вредничает.

Светлана с интересом взглянула на Дьяченко и продолжала:

– Урок Елена усвоила и более не спорила с мужем. А тот ее подавил, подмял, заставил жить по-своему. Она научилась лицемерить, подстраиваться, говорить мужу то, что ему хотелось услышать. Но сколько можно закручивать пружину? Когда-нибудь ее сорвет, и конструкция пойдет вразнос. Я знала, что Елена Сергеевна активный интернет-пользователь, она имела страницы во многих социальных сетях. Я тоже брожу по паутине, но чаще всего делаю это по просьбе клиентов. Один из пациентов как-то рассказал, что его дочь посещает сайт, где люди, которые замыслили убийство своих родственников, изливают душу, делятся планами. Я решила поглядеть, что это за сайт, и наткнулась на… Лену. Конечно, та пряталась под ником, но я-то прекрасно знаю Малинину. Агрессия Лены была направлена на сына и мужа. Автор откровенно писала: «Хочу, чтобы их не стало». И много еще всякого. Например, как мечтает отомстить супругу, который «убил мою дочь, но спас своего сына. Он должен помучиться и лишь потом умереть». Признаюсь, я очень испугалась, расстроилась и решила предупредить на всякий случай Юру. Я позвонила ему, мы с ним встретились на бензоколонке, но случился скандал. Малинин мне не поверил, закричал, что я оговариваю Елену. Я его обняла, попросила соблюдать осторожность. А Юра меня отпихнул, отвесил пощечину, мне пришлось ответить ему тем же. На следующий день позвонила Лена и ровным голосом сказала: «Муж велел прекратить с тобой общение, ему не нравится наша дружба. Прости, я очень хорошо к тебе отношусь, но желание Юры для меня – закон». И что мне оставалось? Только надеяться, что Елена продолжит спускать пар в Сети и никогда ничего не предпримет в реальности. Но когда вскоре рано утром в моей квартире раздался звонок от Кати, я поняла, что стряслась беда, и по просьбе домработницы помчалась в Ложкино. Успела приехать до появления полиции, накормила Лену седативными препаратами и уложила в кровать. Оперативники сразу выдвинули версию о самоубийстве Малинина. Но я знала о крупной страховке и растерялась. Ведь компания в случае суицида не станет делать выплату.