Тревожит память былую рану - Владимир Колычев

– Ты меня заводишь, – туманным взором посмотрела на собеседницу Эльза.

– Говорят, у тебя тут девочка новая появилась?

Лайма проехала через открытые ворота, по брусчатке обогнула фонтан и остановилась возле особняка с широким крыльцом из дикого камня.

– Ника? – удивленно и настороженно посмотрела на нее Эльза.

– Что у тебя с ней было?

– Ничего... То есть в деле на нее посмотрела... А что?

– Да ничего... Как, понравилась?

– Ну, как профессионалка, она никакая. А так – очень даже... А ты почему спрашиваешь?

– Да потому что это моя девочка. Я ее нашла, в Москву привезла. Потом она у Альбиноса оказалась... А привез ее тебе Самсон...

– Да, Самсон... – в замешательстве кивнула Эльза. – Я ему заплатила... Я как чувствовала, что здесь что-то не то...

– Да ты не парься, никто тебя ни в чем не винит... То есть я тебя ни в чем не виню. Ну, а с Альбиносом еще проще. Во-первых, он сам собирался ее к тебе отправить. А во-вторых, его больше нет.

– Да-да, я в курсе...

– И в курсе, и в непонятках, да? Как дальше жить, что делать?

– Да нет, все понятно. Как раньше жили, так и дальше жить будем... Что мне Альбинос, у меня ты главный босс...

– Думаешь ты правильно, – польщенно улыбнулась Лайма. – И дальше так же думай. Но только вслух никому не говори. Я здесь так, за девочкой приехала, просто, поразвлечься...

– К Нике?

– А она принимает? – криво усмехнулась Лайма.

– Ну а куда она денется с подводной лодки? – в тон ей ответила Эльза.

– Денется... Лишь бы только сама подводная лодка не пошла ко дну.

– Это ты о чем?

– Да так, мысли вслух...

Не нравилась Лайме ситуация со следователем Нечетовым. Вроде бы и вилами по воде у него все писано. Но ведь вилы сами по себе – оружие, и сколько людей на них подняли...

Были в ее бизнесе проблемы, не без этого. То одну точку менты накроют, то другую, и сутенеров сажали, и наркодиллеров, но Лайма всегда оставалась в тени: все нити, ведущие к ней, обрывались в самом начале. Но тогда менты и не пытались рыть глубоко... А что, если в этот раз за нее возьмутся всерьез?..

– Что-то не так? – напряженно посмотрела на нее Эльза.

– Все так... Пошли к Нике, соскучилась я по ней...

– А по мне? – спросила девушка для того, чтобы разрядить обстановку.

– И по тебе тоже... Что там за красавчик у ворот стоит? – спросила Лайма, когда они вышли из машины.

– Гриша его зовут... Вообще-то, он не по этой части, но если хочешь, я поговорю...

– Хочу. Но не сейчас. Как-нибудь потом...

– Любой каприз...

Они вошли в просторный холл, где на большом розовом диване собрался чуть ли не весь гарем. Красотки на любой вкус – блондинки, шатенки, брюнетки; юные и не очень; худые и пухлые. Но всех их сейчас объединяло одно – все они собрались здесь напоказ, чтобы Лайма смогла полюбоваться ими, оценить работу, которую делала для нее Эльза.

Но Лайму сейчас интересовала только Ника. К ней она и прошла, минуя «розарий»... Возможно, не все так уж и хорошо во владениях Эльзы, но генеральную ревизию она устроит потом, когда разберется с Никой.

Девушка лежала на постели, тупо глядя в потолок. На губах застывшая довольная и в то же время скорбная улыбка. Она была в том состоянии, когда кайф уже прошел, но до ломки еще далеко.

– Клиентов принимаешь? – грубо и хлестко спросила Лайма.

Ника встрепенулась, в смятении уставилась на нее.

– Неплохо, смотрю, устроилась, – ядовито усмехнулась Лайма. – Своя комната, а какой прикид...

Похоже, Эльза всерьез готовила Нику к общению с клиентами. И комнату ей выделила, и приодела. Полупрозрачная шелковая туника на ней, и больше ничего. Волосы распущены, на лице минимум косметики. Юная красавица в ожидании первого мужчины... Смотрелась Ника очень возбуждающе. Можно было не сомневаться, что спрос на нее будет высоким... Вернее, был бы высоким.

Но в то же время Ника находилась еще под охраной, и в общий холл еще не спускалась. Значит, Эльза сомневается в ней. Значит, Ника еще не состоялась как полноценная проститутка... И уже не состоится...

– Что я здесь делаю? – взбудораженно спросила Ника.

– Это ты меня спрашиваешь? – Лайма от удивления открыла рот.

– Женя предал меня, привез сюда...

– Он тебя не предавал. Это все Егор. Он нашел твоего Самсона и заставил его привезти тебя сюда.

– Зачем?

– Затем, чтобы спать с тобой... Он думал, я ничего не узнаю...

Лайма присела на кровать, рукой провела по густым шелковистым волосам Вероники... Что ни говори, а девочка очень хороша – нежная, как готовый распуститься бутон... И даже не хочется ее убивать.

– Я знаю, он меня продал, – кивнула Ника.

– Кому продал?

– Тебе.

– Мне?

– Альбинос говорил, что ты занимаешься девочками, заставляешь их работать в борделе...

– И ты ему поверила?

– Не знаю, – пожала плечами Ника.

– Ты не должна ему верить. Он сам собирался отправить тебя сюда...

– Это я знаю. Женя говорил...

– Ну, вот видишь, а ты ему веришь...

– Я уже никому не верю. Все вокруг хорошие, одна только я в грязи...

– Да, но кто-то же должен вытащить тебя отсюда?

– Кто?

– Егор тебя предал. Альбинос предал. Самсон предал... Одна только я могу тебе помочь...

– Это не помощь, – Ника сбросила ее руку со своей груди. – Это похоть...

– Ну, как ты могла такое подумать? – возмутилась Лайма. – Чтобы я изменила Егору с тобой?.. Я за него замуж собираюсь.

– Желаю вам счастья! – едко посмотрела на девушку Вероника.

– Спасибо, конечно... Но дело в том, что сам Егор собирается мне с тобой изменить. Поэтому ты здесь. Ни сегодня-завтра он приедет сюда и погуляет с тобой, как с обычной проституткой.

– Ничего не выйдет! – вскинулась Ника.

– У него не выйдет, а у других?

Девушка хотела что-то сказать, но горечь сдавила ее горло, и, не в силах говорить, она обреченно махнула рукой. А по щеке скатилась слеза... Глядя на Веронику, Лайма поняла, что не сможет удержаться.

– Ничего не бойся, – завораживающе прошептала она и снова накрыла рукой упругую девичью грудь. – Сейчас ты меня отблагодаришь, и я отвезу тебя домой, к маме...

– Врешь, – всхлипнула Ника.