Одиссея блудного мужа - Марина Белова

– Как он мог? Как мог? Может, я его обидел? И получал он прилично, и перспективы у него были. Как он мог? – бормотал про себя Олег. – А кому он продал акции?

– Борису Бэтмену, – вместо Сундукова продолжила я рассказ.

– Это кто такой? В первый раз о нем слышу.

– Страшный человек, весь город в кулаке держит.

– И как же теперь вернуть акции? Ведь доллары, как я понял, оказались фальшивыми.

– Петров успел заменить настоящие деньги, выданные Бэтменом, на фальшивые, – Алина опять опередила меня.

– Похоже на то, – согласилась я с ней.

– Акции тоже были фальшивыми, – сказал вдруг Сундуков, и все как один посмотрели на него.

– Этого не может быть! Я сам отнес бумаги в сейф, код ячейки знали только я и Марина. Мистика! – воскликнул в сердцах Олег.

– Я ведь не говорю о тех акциях, которые лежали в сейфе. Я говорю о тех, которые Марина вручила Петрову.

– Я их взяла в банке, а потом… – тут на меня снизошло озарение, – потом я на время оставила их тебе, Игорь.

– Да, а я, пока ты бегала за лекарством, прогнал их через цветной принтер, благо «Копи-центр» в том же здании, что и банк, а у меня там знакомый парнишка работает. Он и бумагу нужную по толщине подобрал, и оперативно все распечатал. Ты получила фальшивые акции, отнесла их опять в банк, а потом отдала Юре. – И Сундуков, подобно фокуснику, достающему кролика из шляпы, вытянул из куртки перевязанный пакет. – Вот ваши акции, Олег Александрович. Не слышу аплодисментов.

У Олега порозовели щеки, он облегченно вздохнул и молча пожал Игорю руку.

– Ну, ты, Сундуков, и фрукт! Артист! А мне хоть намекнуть можно было? Я ведь тоже не последний здесь человек, – возмутилась я.

– А вдруг бы ты из лучших побуждений Петрову проболталась? Ты ведь меня пристрелить была готова, когда я тебе на этого негодяя глаза раскрыл. Признавайся, не поверила?

– А думаешь, он, – я взглядом показала на Олега, – он сразу тебе поверил?

– Ваш Петров во всем признался и дал показания. – Игорь на корню пресек наши сомнения относительно Юркиной честности.

– А как же Бэтмен? Он что, не заметил подлога? Или его раньше так нагло никто не кидал? – спросила Алина.

И тут я испугалась, понимая, в какое дерьмо мы вляпались благодаря Сундукову. Я как-то даже мысли не допускала, что Бэтмену, этому деловому «джентльмену», понравилась афера с липовыми акциями. Вернуть ему деньги мы не могли. Были подозрения, что Петров спрятал настоящие доллары куда подальше и будет молчать до последнего, ему терять нечего.

– Да, Игорь, и как нам теперь сберечь свои шкуры, если Бэтмен на нас наедет? Ты хоть представляешь, как подставил нас? Он же нас на котлеты порубит, живьем в асфальт закатает, ноги забетонирует и рыбам на корм в речку бросит.

– А, – отмахнулся Игорь, – нормальный парень – наш Борька Бэтмен. Не такой он уж и кровожадный. Я тебя с ним познакомлю.

– Я как-то не горю желанием с ним знакомиться, – отнекивалась я, совершенно не чувствуя подвоха в словах Сундукова.

– Погодите, о ком вы говорите? Я знаю одного малого по кличке Бэтмен, его тоже зовут Борисом. Уши у него такие смешные, маленькие, высоко посаженные. Он работает в автомобильной мастерской, колеса монтирует, – вспомнил Олег.

– Да нет! Мы с Петровым отвозили акции в бизнес-центр. Какая мастерская? Какие колеса?… Колеса? – я посмотрела на Сундукова. – Я тебя убью, Игорь. Когда закончишь издеваться надо мной? Ты сразу догадался, что Петров просто воспользовался прозвищем этого механика! Как ты мог со мной так поступить? Ты сразу раскусил, что к чему, а меня все это время разыгрывал, пользуясь моей доверчивостью, все продумал и устроил здесь представление, режиссер ты этакий!

Меня отделял от Игоря стол, иначе ему непременно досталось бы. Лучше всего в этой ситуации подошел бы торт, но, к великому сожалению, он был не мой, а Алинин, и я не могла испортить им праздник.

– Не знаю, чего ты злишься, всё, по-моему, очень здорово получилось. Теперь-то ты догадалась, что у Петрова в портфеле изначально лежали фальшивые доллары, и ни к какому вору в законе он не ездил?

– Молчи! Я неделю жила в напряжении, боялась подойти к телефону и услышать страшное известие. У меня полголовы поседело. Вот посмотрите, что у меня с руками, – я протянула всем на обозрение дрожащие пальцы.

– Как у пианиста, исполняющего пьесу Рахманинова, – Алина дала точное определение вибрациям моих конечностей. – Нервишки подлечить тебе, конечно, надо.

– А я про что? Все, завтра же улетаю в Америку, Австралию, куда угодно, лишь бы от вас подальше. – Олег с Сундуковым помалкивали и только кивали, соглашаясь со мной. Одно лишь слово, сорвавшееся с их языка, могло повлечь непредсказуемую реакцию с моей стороны, и тогда бы им точно не поздоровилось.

– В Африку, – напомнила мне Алина. – Пора нам заняться нашим новым проектом «Последний живой турист». Давай в Африку слетаем?

– О! Точно, на Чуапу! На бамбуковых плотах. С крокодилами нам будет значительно проще, они не выкидывают таких фортелей, как вы, и к тому же их поведение вполне понятно и предсказуемо. Победитель сыт, а побежденный идет на корм. Такова сермяжная правда жизни!

Мою гневно-обличительную речь прервал настойчивый звонок в дверь. Поскольку я сидела с краю, мне и пришлось открывать.