Легенда о втором отражении - Мария Жукова-Гладкова

– И не следует. Вырубайте его только в том случае, если поедете меня спасать. Вообще я постараюсь смыться, пока вы еще не достигнете замка. Тогда все в порядке. А так я позвоню Лехе. В доме Комиссарова телефонов – хоть отбавляй. Артур, свяжешься с Лехой. А ты, Лерка… Если я не позвоню до того, как ты войдешь в замок, отключи-ка лучше трубку и тоже сама позвони Лехе. А то Комиссаров еще услышит, что я говорю. У Лехи спросишь, спит ли ребенок. Вполне нормально. Это пусть Артем слышит. А Леха ответит, звонила я или нет. Или Артур зайдет в комнату и вырубит Комиссарова. В общем, разберетесь. Оба звоните Лехе. Слушайте, научитесь вы когда-нибудь думать своими мозгами? Ну почему у вас вечно возникают какие-то идиотские вопросы? Разберетесь. Все, пока! Поехала изображать тебя, изображающую меня. Ведь сказать кому про этот бред – не поверят. Ха-ха!

Вечером, следуя Анькиным указаниям, мы с Артуром отправились в путь, нагрузившись «сюрпризами», противогазами, огнестрельным и холодным оружием, хитрыми штучками, отключающими видеокамеры, и прочим добром. Я очень надеялась, что нам не придется во второй раз вызволять Аньку из подземелья. Какую же охрану там могут установить теперь, убедившись в том, что ничего не сработало? Рисковать, откровенно говоря, не хотелось. Лучше бы Аньке удалось смотаться.

Она оправдала наше высокое мнение о ней и позвонила нам на мобильный из моей квартиры, куда ее доставили специально отряженные люди Ивана. Сам Поликарпов изрядно напился на поминках по брату. Неужели Анька так сыграла меня, что даже он не смог заподозрить подмену? И что ей там удалось разузнать? Ладно, потом расскажет.

Я почувствовала себя гораздо спокойнее и увереннее, высадила Артура в условленном месте и подъехала к воротам замка. Посигналила пару раз и стала ждать реакции. Ворота начали раскрываться секунд через пятнадцать. Я въехала на территорию, они тут же закрылись опять. На крыльцо выполз уже знакомый мне моряк в неизменной тельняшке.

– Здравствуйте, – сказала я. – Артем дома?

– Ага, – кивнул моряк и повернулся ко мне спиной.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним, не указывая на невоспитанность и полное отсутствие хороших манер.

Артем с Димой резались в бильярд. Кого-кого, а бандерлога мне здесь видеть совсем не хотелось, я рассчитывала, что он будет на дне рождения приятеля, в крайнем случае, взяла бы Костика, чтобы занял этот двустворчатый шкаф разговорами об их любимых трансформерах.

Похоже, что моряк раскрыл ворота на свой страх и риск, не поставив начальство в известность, потому что и Артем, и Дима уставились на меня в большом удивлении.

– Ты кто? – наконец родил Артем.

В чем дело? Ведь в первый раз, когда я появилась в этом самом доме, он сразу же понял, что я – не Анька. Или теперь уже все окончательно запутались?

– Лера! – возмущенным тоном ответила я. – Неужели не признали?

– Нет, – тут же покачал головой бандерлог. – Это Анька.

Вот еще осложнение! На него-то мы как раз не рассчитывали. Как же мне им объяснить, что я – это я?!

Я попыталась качнуть права, но мне не верили. Чем больше я распалялась, тем было хуже. Мне повторяли, что Лера никогда не стала бы так орать, что я завожусь, как может заводиться только Анька. Лера – милая, спокойная и уравновешенная, а Анька как раз такая – взбалмошная, готовая в любой момент встать на дыбы, из нее ключом бьет энергия. Лера никогда не поехала бы одна к мужчине, тем более не смогла бы найти сюда дорогу. Как я тут оказалась?

Не отвечая на последний вопрос, я предложила позвонить Костику. Дима выступил с встречным предложением – привезти его сюда. Мне ничего не оставалось, как согласиться. Нет, права была все-таки Анька: надо было сразу же брать ребенка с собой.

Я позвонила сыну и предупредила, что за ним в скором времени приедет дядя Дима и отвезет к дяде Артему, где я сейчас нахожусь, а также попыталась объяснить ребенку, что мне не верят, что я – его мама, и ему придется это подтвердить. Я очень надеялась, что Анька еще не уехала из моей квартиры, а если уехала, то Костик сообразит с ней связаться или, по крайней мере, посоветуется с дядей Лешей, который уж точно должен догадаться позвонить Аньке на сотовый.

В общем, я надеялась на лучшее. И как же я теперь уволоку Комиссарова в спальню? Ведь если я сейчас начну с ним заигрывать, то он еще больше уверится в мысли, что я – Анька. Что же делать?

Пока приходилось отвечать на вопросы Комиссарова. Я твердила заранее заготовленную речь про необходимость с кем-то посоветоваться. Комиссаров мне не верил. Пожалуй, на его месте я бы тоже не поверила и ждала бы какого-то подвоха. Он хорошо знает Аньку, предполагает, что сейчас общается именно с ней, не может понять, зачем бы я, Лера, приехала к нему и как нашла бы сюда дорогу. Я пыталась давать ответы на все его вопросы, подыскивала разумные объяснения всем своим действиям, но все равно это звучало неубедительно. Какое там вытягивание из него информации! Куда там! Скорее бы появилась Анька! И когда Артур начнет действовать? И что он подумает, когда увидит, что привезли Костика?!

Наконец вернулся бандерлог с моим ребенком. Я украдкой взглянула на часы. Может, Артур решит выступить пораньше, в связи с непредвиденным развитием событий? Или сейчас принесется Анька, подхватит Артура, и они вместе придут нас вызволять? Но что мне делать до этого?

– Это твоя мама? – первым делом спросил Комиссаров у Костика.

Ребенок встретился со мной взглядом. Я украдкой кивнула, правда, это тут же заметили и Артем, и Дима.

– Моя, – сказал Костик.

– А как ты это определяешь? – мгновенно надавил на него Комиссаров.

– Я что, свою маму не узнаю?! – возмутился сын. – И я пить хочу.

Бандерлог тут же побежал за колой ребенку.

– А вот я, например, считаю, что это тетя Аня, – заявил Комиссаров.

Костик хмыкнул.

– Вы тетю Аню не видели, – сказал мой сын.

– Это я-то не видел эту стерву?! Это я-то эту суку…

Я попросила выбирать выражения в присутствии ребенка, и, кстати, моем собственном. Комиссаров еще отвалил парочку «комплиментов» в Анькин адрес, я принялась ее защищать, тут появился Дима с колой и принял сторону Комиссарова. Костик, наверное, из мужской солидарности или решив, что таким образом поможет мне, поддакнул, что тетя Аня – стерва, вон как маму расцарапала, столько дней прошло, а у мамы на лице до сих пор следы остались. Артем с Димой стали внимательнейшим образом изучать мою физиономию. Можно подумать, бандерлог эти царапины и след фингала раньше не замечал.

– Да, вообще-то так могла постараться только Анька, – нерешительно произнес Комиссаров.

– Но эта так похожа на Аньку. – Дима кивнул в мою сторону.

– А ты только сейчас заметил наше внешнее сходство? – съехидничала я.

– Но, Лера (слава тебе, господи, признали!), ты сегодня так разошлась… Вспомни, как ты тут орала, когда появилась. Ведь ты обычно…