Брудершафт с терминатором - Татьяна Полякова

Мы ехали домой. Казалось, дорога всецело занимает еговнимание, он не сказал ни слова и даже не взглянул на меня. Это пугало меня ещебольше. Он загнал машину в гараж, мы поднялись в гостиную, а я вдруг подумала,как нелепо огромна эта квартира, и поежилась.

— Ну, так в чем дело? — спросил он. — Тольконе валяй дурака. С кем ты встречалась? С каким-нибудь частным детективом?Наняла очередного придурка?

— Не кричи на меня. — с непонятно откуда взявшейсяотвагой ответила я. — Не смей на меня кричать.

— Хорошо, дорогая, — сказал он почти шепотом. —Извини. Так с кем ты встречалась?

— Тебя это не касается.

Он схватил меня за плечи, встряхнул, но сказал неожиданномягко:

— Запомни, меня касается все, что касается тебя. Ну такс кем ты встречалась?

— Почему я должна отвечать на твои вопросы, когда намои тебе попросту наплевать?

— У тебя есть вопросы? Валяй, спрашивай. Обещаюответить на самые идиотские.

— Ты знаешь человека по фамилии Парфенов?

— Знаю.

Я растерялась, услышав его ответ. Почему-то я была уверена,что он все будет отрицать.

— Знаешь?

— Я же сказал.

— И ты знаешь, что он и мой муж?..

— Знаю.

— Это Парфенов его убил?

— Возможно.

— И то, что ты теперь занят делами фирмы…

— Правильно, дорогая. — Теперь он злился и нескрывал этого. — Не знаю, какая сорока на хвосте принесла тебе эти сведения,но дела обстоят именно так. Что, по-твоему, я здесь делаю? — сквозь зубыспросил он.

— Ты работаешь на Парфенова, вот для чего тебе нужныэти бумаги?

— Я пытаюсь помочь тебе. Можешь поверить, это не такпросто. Твой муженек… Черт… Чего ты добиваешься? Хочешь выставить меня подонкоми распоследней сволочью? Хорошо, я подонок и сволочь, но я пытаюсь тебя спасти,так не мешай мне, дура несчастная.

— Как я могу тебе верить? Ты обманывал меня все этовремя, и я даже подумать боюсь…

— На всякий случай сообщаю, дорогая: на момент гибелитвоего замечательного мужа у меня есть алиби. Железное. Так что не старайсяпонапрасну.

Я подняла голову и встретилась с ним взглядом.

— Боже мой, — пробормотала я чуть слышно. Он вышелиз комнаты и хлопнул дверью.

Я вскочила и бросилась следом. Он был на кухне, достал изхолодильника водки, залпом выпил полстакана и заявил, не оборачиваясь:

— Слова на тебя действуют плохо. Мне надоело повторятьодно и то же. Если еще раз… я посажу тебя под замок. Ясно? Я не шучу. А сейчасубирайся в свою комнату, я не хочу тебя видеть.

Я медленно повернулась и пошла к себе. Мне нечем былодышать. Я сползла по стене на пол, беспомощно повторяя:

— Господи, господи…

Я обхватила голову руками и не слышала, как открылась дверь,но почувствовала его присутствие, он стоял на пороге, привалившись к дверномукосяку.

— Какого черта… — сказал он, и в его голосе слышалосьотчаяние.

— Где мой ребенок? — спросила я.

— У Сашки есть сотовый, ты можешь позвонить ей в любоевремя.

— Я не знаю, где она.

— Очень хорошо, значит, никто не узнает. По крайнеймере, за ребенка я могу быть спокоен.

— Алеша, — попросила я, — пожалуйста, вернимне Сашку.

Он присел на корточки рядом со мной, а я вжалась в стену,ожидая его ответа.

— Посмотри на меня, — неожиданно мягко попросилон, протянул руку и коснулся моего лица. — Посмотри на меня. Я тебеклянусь, я никогда не сделаю ничего такого, что могло бы повредить тебе илиСашке. Ты слышишь? Я скорее умру. Ты слышишь меня?

— Алеша…

Он обнял меня и, когда его губы были совсем рядом с моими,сказал:

— Я люблю тебя. Я тебя люблю.

Я вцепилась в его плечи, мне хотелось кричать, и я крикнулаи уткнулась лицом в его грудь.

— Все хорошо. Ты измучилась, ты устала. Все будетхорошо, главное, чтобы ты верила мне. Ты мне веришь?

— Да.

— Вот и отлично. Я люблю тебя, а ты любишь меня. Ведьты меня любишь?

— Да, — повторила я.

— Умница, иди ко мне, расскажи, как ты меня любишь. Апотом расскажешь, с кем ты встречалась.