Убийство на Рождество. Для убийства есть мотив - Фрэнсис Дункан

ДЛЯ УБИЙСТВА ЕСТЬ МОТИВ

Пьеса в 3-х актах

Автор – Алексис Кент

– Вижу, в Далмеринге увлекаются драмой, – с улыбкой заметил он.

– Да, – подтвердил Расселл, – так и есть.

И опять в его голосе послышались те же несвойственные нотки, но развивать тему он не стал.

Через минуту они повернули, и впереди показалась деревня. Она расположилась в долине, у подножия невысокого холма, и, пока машина находилась на его гребне, Тремейн подумал, что никогда не видел более прелестной панорамы.

Легкое летнее марево придавало ей неземное очарование. Всевозможные оттенки зелени деревьев и травы, приятный рельеф выгона с вьющимся по нему ручьем и мостиком из нетесаного леса, а также полускрытыми среди деревьев коттеджами и домами побольше, – все это создавало картину какого-то зыбкого, иллюзорного очарования. Тремейну показалось, будто он видит отражение в водах пруда – еще гладких, но уже не вполне, – и боится даже дышать, чтобы не потревожить зеркальную поверхность.

Машина съехала с холма на ровный участок дороги. Они пересекли безлюдное подобие площади, центр местной торговли, и через пару минут уже двигались через рощу по обе стороны от дороги, где деревья на время скрыли из виду выгон. Тремейн глубоко и прерывисто вздохнул, словно только теперь мог позволить себе это, не потревожив покоя и умиротворенности, которые казались ему почти осязаемыми.

– Изумительное место! – воскликнул он.

Врач бросил взгляд через плечо, не отвлекаясь от управления машиной.

– Вон там и обнаружили тело, – негромко сообщил он.

Мордекаю Тремейну показалось, что он ослышался.

– Тело? – глуповато переспросил он.

– Да, – кивнул Расселл. – Тело Лидии Дэр. Ее нашли заколотой насмерть рано утром, на тропе через эту самую рощу, которую мы сейчас проезжаем.

Тремейн непонимающе смотрел то на доктора, то на его жену.

– Не убийство?

– Убийство, – ответила Джин Расселл так твердо, что слово прозвучало категорично и зловеще, уничтожив иллюзию безмятежности столь же бесповоротно, как стальной молот разбивает безупречно чистый лист стекла на груду острых осколков.

Она повернулась на своем сиденье маленького автомобиля лицом к Тремейну:

– Лидия была нашей подругой – близкой подругой. Вот почему мы хотим хоть что-нибудь предпринять. Поэтому не стали телеграфировать вам с просьбой не приезжать сегодня, хотя знали, что для вас это будет не отдых: ведь ясно же, что Далмеринг наводнят полиция и репортеры.

Мордекай Тремейн попытался представить страшное, зверское убийство с неизбежным шлейфом огласки и допросов, кричащих заголовков в газетах и дотошных полицейских расследований, а также с неустанным, порой отталкивающим поиском новых сведений и улик – и понял, что не в состоянии увязать все это с Далмерингом. Одно и другое – диаметральные, совершенно несовместимые противоположности.

Однако было ясно, что Джин и Пол Расселл не шутят. Он знал эту семью слишком хорошо, чтобы сомневаться в их искренности. А еще ему показалось, будто он понял, о чем думала Джин Расселл, объясняя, что с умыслом не стала советовать ему отложить запланированный визит в Далмеринг.

Он ждал, не вполне уверенный, считать свою догадку верной или нет, но тут эту задачу разрешили за него.

– Вы ведь понимаете, что мы хотим вам предложить, Мордекай? – спросила Джин.

– Не совсем.

– Мы хотим, чтобы вы нашли убийцу.

Он по-прежнему осторожничал, хотя этого ответа и ожидал.

– А разве не полиция занимается такими делами? Там не любят, когда в расследование вмешиваются дилетанты.

– Вы уже не дилетант, – возразила Джин. – На этом основании не сможете отговориться – после всего хорошего, что о вас рассказал ваш друг инспектор Бойс.