С тобой мне не страшно - Екатерина Островская

— Кто же знал? — вздохнула Варя.

— Не слушай его, — закричал Андрей, — он все врет! Я люблю тебя!

— Так любишь, что сдал ее в психушку, — напомнил Ярослав. — Шантажировал несчастного профессора Рыскина видеосвидетельствами его болезненной страсти. Взял у него деньги и попросил помочь. А вообще — как все было прекрасно задумано! В Киев даже смотался к Омельченко, попросил у него сто тысяч за убийство Синицына. Но тот дал только десять и теперь считает, что его так примитивно развели. Ты и Витю Поспелова вслепую разыграл. Ты продал ему «Инфинити», а накануне засветил эту машину неподалеку от места преступления, когда был убит Илья Семенович Бедрик. В случае чего бедному Вите было бы не отмазаться: он шантажирует Светлану Бедрик — свою бывшую подругу, а когда та отказывается приносить ему деньги, убивает ее мужа. К такому выводу пришло бы следствие. А когда Борисов пытается сыграть собственную игру, Леха Тверской его убивает. Ты же потом убиваешь Алексея Лыкова, потом летишь в Швейцарию, где…

— Это все еще требует доказательств, которых нет и не будет! — рассмеялся Андрей. — И потом — кто узнает?..

— Деньги, которые ты отправлял со счетов «Кроны», отслежены, думаю, их удастся вернуть. Бумага, в которой медицинские эксперты якобы признают недееспособность Варвары Владимировны Синицыной вследствие тяжелого психического заболевания, признана фальшивкой теми, кто будто бы поставил свои подписи…

— И что с того? — усмехнулся Андрей, медленно поднимаясь и опуская руку во внутренний карман пиджака. — Никто все равно ничего не узнает.

Он выдернул из внутреннего кармана пистолет. Вскинул, выпрямляя, руку. Но Ярослав оказался проворнее: он вскочил, при этом успев ударить своего противника ногой в колено, и тут же ударом в челюсть отправил его на пол. Наклонился и поднял пистолет.

— С того ничего. На самом деле дом окружен людьми Михеева. Николай Сергеевич хотел тебя сам взять, но я отговорил.

Молодой человек посмотрел на девушек. Настя испуганно закрыла лицо ладонями, а Варя смотрела на Ярослава.

— Спасибо тебе, — сказала она, — папу только жалко.

— Ты, пожалуйста, не обижайся, что я сразу не сказал, но папа твой жив и здоров. Операция прошла удачно. Просто ему пришлось еще в клинике долго лежать, под наблюдением. Про тебя он знает, правда без особых подробностей, а маме он сообщил, что ты решила отдохнуть…

И только тогда Варя заплакала…

Артем Бабенко, глядя на пистолет в руке Ярослава, медленно поднялся, посмотрел на приоткрытую дверь веранды, за которой начиналась дорожка, ведущая к реке, и спросил:

— Ну и что теперь? Будешь в меня стрелять?

— Беги! — мотнул головой молодой человек, прижимая к себе Варю. — Я сегодня добрый.

Варин муж распахнул дверь, сделал шаг, выскочил на маленькое крылечко, прислушался, после чего обернулся и глянул на Ярослава:

— Чтоб ты знал, урод: мы с тобой не братья! Моя мать регулярно ездила на свидания к отцу. После одного из них она залетела. Отец, узнав, сам посоветовал ей найти какого-нибудь лоха, чтобы потом доить. А твой героический папашка поверил, что у него на стороне родился слабенький семимесячный ребенок. — И посмотрел на Варю. — А ты, убогая, знай, что я больше всего на свете люблю мясо с кровью. Настоящий мужик не может без мяса. Счастливо оставаться! Скоро увидимся…

И он бросился бежать, но не по дорожке, а сквозь высокие густые ели… Раздались крики, а потом и выстрелы.

Через пару минут на веранду со двора вошел Михеев в бронежилете и сказал:

— Проскочил, гад. Но далеко не уйдет. Я гарантирую.