Свадебный марш на балалайке - Маргарита Южина

– А вот и я-а-а, твой бра-а-атик! – всунулась в двери обросшая голова Филина. – Ксюша, мы, оказывается, усадили за решетку не совсем тех. У меня появились новые све-е-дения.

Ксения поспешно скинула ноги, приняла достойную позу и пристально вгляделась в лицо родственника.

– Евдоким, а может, ты того… переигрываешь? Ну как же не тех? Они и сами во всем признались. И когда у тебя эти сведения появились? Может, приснилось чего?

– Нет, Ксюша, слушай.

Дуся уселся на соседнее кресло и тоже, как только что Ксения, закинул ноги на подоконник.

– Ко мне приходила гадалка, – понизив голос, сообщил он и победно уставился на сестру.

– Я рада, – осторожно ответила та, ожидая теперь чего угодно. – Она нагадала тебе еще целый ворох смертей? У нее, похоже, смертельный имидж. Или она вылила тебе из воска лицо преступника?

– Все гораздо хуже!

Неизвестно, где взяла гадалка адрес Евдокима, но, появившись на пороге его родного дома, она по-свойски оттолкнула в сторону Олимпиаду Петровну и прошлепала в грязных ботах прямо на кухню.

– Ну вот, я думала, что уже не отыщу тебя! – радостно захлопала она себя по крутым бедрам. – Сидишь, значит, кушаешь? А в вашем особняке черт-те что творится! И разобраться некому!

Внешность гадалки впечатляла: половина юбок с китайского рынка переместилась на ее необъятную талию, несколько кофт заменяли ей куртку, а на голове красовалось несколько штук разномастных платков, сдобренных вороньими перьями. Сразу было понятно, что дама упрямо пытается сыграть цыганку, но у нее для этого слишком много фантазии. Вместо жгучей представительницы славной нации перед Дусей высилась куча пестрого тряпья. К тому же многослойную шею женщины украшали несколько рядов железных цепей, а, как известно, цыгане железо как предмет украшения не уважают – предпочитая простенькое золото.

– Вы раздевайтесь… – первым пришел в себя Макар Семенович. – У нас тепло, отопление забыли отключить, так что батареи шпарят как в преисподней. А у вас небось уже не греют?

– Я не про отопление пришла говорить! – грозно сдвинула брови предсказательница и уселась за стол, на место Олимпиады Петровны. Хозяйка покрутилась, повертелась и пристроилась возле плиты, благочестиво сложив руки на брюшке.

Макар Семенович, дабы умаслить грозную гостью, быстренько налил ей стопочку, а потом еще одну, и еще для душевной беседы. Когда бутылочка закончилась, а Олимпиада Петровна побежала за следующей в ларек, дама разговорилась.

– Ты помнишь, как прогнал меня? – обратилась она к Евдокиму. – А я ведь вам точно говорила – смерти надо ждать! Честно тебе откроюсь: я вообще-то всем так говорю, люди пугаются и начинают отдавать сколько ни попросишь, но у вас-то!.. Я даже сама испугалась, как это я верно предсказала! Я вообще-то гипнозом владею. Еще от бабушки мне этот удивительный дар достался…

– Да какой там гипноз?! Брехня! – взвился Макар Семенович, который уже успел набраться и теперь никаких гипнозов признавать не собирался. – Ничего вам от бабушки не досталось, вот и ходите, дурите людей!

– Ну да, ну не достался, что ж делать, – не стала спорить гадалка. – Не гипнозом – я другим беру. Бабка у меня весь век в деревне прожила, среди травок разных, ну и меня научила разбираться. Так я, бывало, травку умную заварю…

– Не верю я в умные травки! – долбанул по столу кулаком хозяин.

– Ну и дурак, – не испугалась гадалка. – Травки есть, теперь их наркотой или еще чем зовут. Действуют травки-то. Запаришь, бывало, букетик, а потом попить человеку дашь, а он тебе такого наговорит… Только надо знать, чего и сколько, можно и на тот свет отправить, не знаючи-то.

– Так, может быть…

– Не может. Я сызмальства меру знаю, а криминалу мне и на дух не надо. И так могут отдать все, что понадобится, если напоить кого следует. Так ты будешь слушать-то?!

Дуся кивнул. Он и так-то рта не раскрывал – все матушкин супруг, а гадалке, видимо, есть что сообщить – недаром же адрес вызнала.

– Я все больше работаю по солидным особнякам, – откровенничала та. – Ваш-то домишко давно уже на примете держала. И все мне странным казалось – дом хороший, богатый, а лица у всех невеселые. Не радостные лица-то! Чую, нечисто тут, как бы горя какого не случилось. И так меня это заинтересовало! Да и негде было больше работать: остальные-то дома я уже обработала. Вот и стала я к вашему дому приглядываться. А после и вовсе к вам заявилась, в столовую. Бабенкам уши проветрила, про женихов обмолвилась, про беду близкую, а сама все приглядываюсь. И больно мне две дамы сомнительными показались: которая старая, толстая такая, да еще, которая помоложе – пегая вся. И решила я им приворотного зелья сварганить – старушке да молодке.

– Неужели выпили? – удивилась Олимпиада Петровна.

– Не, так бы пить не стали, да ить и я не вчера родилась. Попросила их о мелочи какой-то, а сама в чай им и плеснула. А уж потом они мне такого понарассказывали, что только успевай протоколировать! Пегая-то молодка убила какую-то развратную особу, а потом все на охранника решила свалить: позвонила тому да и сказала, что нашла ящик водки, а сама упереть не может. Тот с пьяной башки и кинулся на дармовщинку. На машину – прыг, за руль – хрясь, и как ехал, чего делал, ни в жисть не припомнит. Там, козе понятно, никакой водки нет, зато мужик весь, как есть, в криминале, а пегая чистая и пушистая!

– Это, выходит, Макса подставили? – не верил Дуся.

– Ну я не знаю, кто у вас в тот день пьяный был из охранников. Выходит, Макса.

– Да ну… Ну как бы она узнала, что он именно туда рванет? И потом… на джипе царапина, я сам видел.

– Дурилка! Она ж ему адрес точный сказала, а дорога туда только одна, а вмятина… Так ведь тебе никто не говорил, что она в результате столкновения произошла. Царапина и раньше на машине была. Она ж мне сама говорила, чего не веришь-то? А парнишке этому Пегая-то наутро про труп и рассказала. Тот, по нетрезвости организма, сразу и поверил. И хозяина вашего она надоумила прикокошить.

– А вот и врешь! – поймал гадалку Дуся. – Ты у нас когда была? Не помнишь? А я помню! Тогда Алекс еще живой был! И никто не знал, что его укокошат!

– Убогий, – горько мотнула головой гадалка, употребила еще рюмочку и пояснила: – Я же тебе говорю, дом у вас богатый был, денег можно было выудить целую цистерну, так я и паслась возле вас постоянно. Вы-то меня и видеть не видели, а вот я-то за вами ровно через лупу наблюдала. И легально тоже частенько появлялась: то якобы гороскоп индивидуяльный составить, то будто бы погоду предсказать, а то и на чужие деньги приворот сотворить… Так вот молодка и открылась.

– И все равно ересь, – не мог согласиться Дуся. – А Алекса-то зачем?

– А, – махнула рукой гадалка, – больно много начальников.

– Ни фига себе оправданьице!

– Так это ж не я, это ж Пегая мне под гипнозом говорила, а травяной гипноз, чего с него взять, с ним правильных слов не подбирают. Да чего ты мне не веришь-то?! Ты сам проверь! Хочешь, мы еще устроим сеанс, мне сена-то не жалко! – обиделась гадалка. – Токо сразу говорю: будешь расследывать – с Пегой уши настороже держи, она токо с виду безобидная как улитка, а на самом-то деле истинный осьминог!