Свадебный марш на балалайке - Маргарита Южина

– А ты не жди, пока тебе шептать начнут, ты же детектив! Своим умом должен до всего додумываться. Слышь чего, а может, давай я в детективы пойду, а?

– Ты уже в преступники пошел, – краснел от позора Дуся. – Я уж сам как-нибудь…

Макс замучился стоять на маленьком пятачке, поудобнее уселся прямо на грязный пол и рассудительно начал втолковывать.

– Нет, дружок, тебе вовек не дорыться. Ты месяц рядом с родным отцом прожил и все не мог допереть – отчего же к тебе чужой дядя со своими щедротами прилепился? Где уж… – лестницу Дуся еще не спешил подавать, поэтому философ пошел на попятный. – А может, и вытрясешь чего, если каждого поодиночке будешь сюда таскать – офис смотреть…

Дуся его уже не слушал. Чего уж там «не дорыться»! Он все преступление размотал – Макс по пьянке сбил Плюшкину, а его матушка, Марфа Николаевна – вот ведь ехидна какая! – отправила благодетеля Воротилова на тот свет, чтобы он случайно сыночка не выдал.

– Нет, ну как же я не учел, что повариха твоя мать?! – бил он себя по башке кулаком.

– Ненаблюдательный ты. Это да. Ну да ничего, первый блин комом. А ты чего, примерз? Давай лестницу-то, я тебе все уже рассказал! – вдруг опомнился подследственный.

Дуся вяло кивнул:

– А у тебя за спиной что?

– Стена, сам не видишь? – начал раздражаться Макс.

– А в стене?

– Дуся, не зли меня! В стене окно!

– А из окна что торчит?

Кто его знает, что там из окна торчит! Макс даже шевелиться боялся, не то что из окон высовываться. Однако сейчас проявил-таки чудеса неслыханной храбрости и на четвереньках подкрался к окну. Из окна вела вниз вполне надежная, бетонная лестница.

– С-с-сволочуга! – взревел облапошенный охранник и перекинул трясущиеся ноги за раму. – Сейчас я тебя… Вот гад! Ну погоди у меня!

Однако после длительного переживания Макс даже по бетонной лестнице спускался, осторожно ступая на ступени, поэтому Дуся колобком скатился к машине, забрался в салон и встретил его, уже приветливо помахивая огромным гаечным ключом.

– Вези да не балуй! Я на преступников невозможно лютым делаюсь! И учти: бежать от меня бессмысленно…

– У тебя длинные руки? – поддел Макс.

– Нет, это у тебя ноги короткие! Вези давай!

До дому они добрались, когда уже вовсю манили теплым светом окна и на горящие фонари кидалась разъяренная мошкара.

– Всем в каминный зал! – зычно возопил Дуся, едва появился в дверях.

Чуя нечто из ряда вон выходящее, женщины, сидящие в столовой, покрылись испариной. Люся немедленно побледнела, Марфа Николаевна судорожно перекрестила живот, а Ксения стекла по стулу. Даже крохотная йоркширка без сил плюхнулась в конфетницу, где пыталась стащить фундук в шоколаде.

– Дуся, только спокойно, – тоном главного хирурга предупредила Люся. – Здесь женщины.

– Ксения! Не время растекаться медузой! Вставай, сестра, быстренько звони своему Капелькину, потом еще Софью надо оповестить…

– Да что случилось-то? – не выдержала повариха.

– У меня сообщение. Внеплановое.

– А Капелькина-то зачем? – бубнил Макс, который топтался за спиной детектива и не предпринимал никаких попыток к бегству – ему все еще казалось, что Дуся до финала все же дело не доведет. Ну не сможет он вызвать милицию, когда они с ним уже почти месяц ели в одной столовой!

– Мне нужно много свидетелей! – развивал бурную деятельность Евдоким. – А еще Толик! Где Толик?! Пригласите охрану – Толика и Витю!

Люся постаралась пригодиться, она вообще последнее время пыталась все пожелания нового хозяина исполнять без промедления.

– Толик сегодня не может: у него по графику пьяный день, он в отключке находится, – голосом дежурной первоклассницы прилежно сообщила она. – Витя не может оставить вахту. Он, по-моему, вообще с ней не расстается. Мне даже кажется, он может заблудиться. Я его приведу?

Всех собрать удалось только к часу ночи. Дуся был настолько исполнен гордости, что такая мелочь, как элементарный такт, его не остановила. Да, в сущности, гости – Софья и Андрей Георгиевич Капелькин – были несказанно счастливы присутствовать в семейных разборках. Они заявились даже раньше, чем Люсе удалось притащить Витю. Тот охотился за соседской кошкой, которая по мерзости характера постоянно перелазила на участок к Воротиловым и дикими похотливыми воплями собирала на чужой территории целые стада поклонников.

– Я попрошу внимания. – Дуся изо всех сил старался спрятать распирающее его самодовольство – он нашел преступников! А оттого напускал в глаза кручину, печалясь напоказ. – Я раскрыл преступление!

– Иди ты! – не выдержал Капелькин. – Сам? И улики нашел?

– Я добыл чистосердечное признание! – пропыхтел Дуся и застенчиво покраснел. – Только нужно кому-то встать на пороге, чтобы преступники не разбежались.

– Я могу Толика притащить, – с готовностью вскочила Люся. – Его можно бревном под порог переложить, двери подпереть…

– Я думаю, это не понадобится.

– Да конечно! – обиделся Макс. – Чего я убегать-то стану? И матушка не сдернется, верно же?

– Нет, ну ежели надо, я могу и сдернуться… – не согласилась повариха. – А чего, нас уже поймали?

Капелькин лихо вскочил к двери, засучил рукава и сделал лицо как у Гойко Митича.

– Никто с места не тронется. Рассказывай, Филин.

– Дуся! Мой поросеночек, не томи публику! – промяукала Сонечка, томно кусая ворот кофточки.

Дуся не стал больше испытывать терпение слушателей, уселся в глубокое кресло и негромко начал:

– Когда я появился в этом доме, мне, как и всякому порядочному мужчине, предназначалась порка. Ксения с подругой Плюшкиной договорились сделать из меня настоящего воина, поэтому Ирина как следует меня истязала ремнем. Но я не сломался, господа! Я даже ни разу не пу… пикнул! Но дело не в этом. Вероломная Ирина Плюшкина углядела в безобидном ритуале ключик к наживе! Она записала их с Ксенией договор на пленку и принялась шантажировать Александра Ивановича Воротилова, который в свое время стал моим отцом. Скорее всего, после побоища она предложила ему выкупить кассету, замарав, я думаю, имя наивной Ксении. Она просто дала ему прослушать мерзкую запись, чтобы потом вытрясти из него солидный куш. Естественно, у нее была еще такая же, и Алекс не мог допустить, чтобы грязная кассета пошла по свету. Он пошел за деньгами, возможно, они даже договорились встретиться в назначенное время. А между тем Плюшкина, прогуливаясь по саду, набрела на Макса и решила, не теряя с ним времени попусту, прокатиться, она же помнила, что тот когда-то пылал к ней нежностью…

– А с чего ты взял, что они катались? – втиснулась в плавную речь Дуси Марфа Николаевна.

– Мама! Ну тише же! Как рассказывает, а? А дальше чего было? – всерьез заслушался Макс, подперев щеку кулаком.