Мы с тобой одной крови. За строками досье - Николай Леонов

– А если он сохранил пресловутый “вальтер” и его нашли?

– Ежедневно в Москве продают и покупают десятки различных стволов, – ответил Гуров. – Убийца человек обученный, опытный, прекрасно знает, что является доказательством прямым, а что – лишь косвенным. Он заявит: мол, творится беспредел, купил у неизвестного лица кавказского происхождения пистолет для личной самообороны, а о прошлом “вальтера” ничего не знаю и знать не хочу, требую адвоката. В контрразведке и прокуратуре работают тоже люди опытные. Имея один пистолет, никто рта не раскроет. Знают, что пресса сегодня таких обвинителей на куски разорвет. Так что, господин генерал, ваша “Правда” обращается не к моей скромной персоне, а к жаждущему сенсаций обывателю. А мое мнение, – продолжал Гуров, – что статейка является не обращением, а первым открытым ходом в готовящейся сложной операции.

– Переспорить тебя, Лева, мне в жизни не удавалось, – Орлов снял очки, потер переносицу. – Я могу лишь приказать. Потому выкладывай, что ты про запас оставил. Я же не смогу, дружок, поверить, что ты собираешься сидеть сложа руки и ждать.

– Позвоните, пожалуйста, Бардину, спросите...

– Не могу, – перебил Орлов. – Бардина забрали в госпиталь, телефон, конечно, имеется, но просили не беспокоить.

– Паршиво. Необходимо найти водителя, который отвозил жену Бардина в аэропорт. Не думаю, что Бардин отдал свою персоналку, наверняка вызвал из гаража...

– Так позвони в гараж и спроси у диспетчера. Скорее всего, использовали разгонную, и она еще работает. А зачем? Какая идея?

– Объясню. Надо поговорить с водителем, но так, чтобы об этом не знали сто человек.

Орлов вызвал секретаршу и, когда Верочка вошла, сказал:

– Девочка, позвони в наш гараж, узнай у диспетчера, кто сегодня утром отвозил в Шереметьево супругу замминистра Бардина. Объясни, что она обронила в машине женскую безделушку, попроси водителя тебе перезвонить, соедини со мной.

– Хорошо, Петр Николаевич. – Верочка озорно улыбнулась. – И кто бедной девушке за переработку платить станет?

– Полковник Гуров, – успел сказать Крячко, прежде чем девушка вышла из кабинета.

– Распустил я вас. – Орлов вновь обратился к Гурову: – Так какова идея?

– Чудится мне, мадам ехала в аэропорт не одна, прямо у дома в машину подсел мужчина. Если я прав, то человек этот нас очень интересует.

– Кто подсел, если не секрет?

– Подождем водителя. Подтвердит – скажу, иначе смеяться будете.

Зазвонил один из стоявших на столе генерала аппаратов. Орлов снял трубку и сказал:

– Слушаю, старина, чего стряслось? – И, прикрыв трубку ладонью, пояснил: – Дежурный. Да, есть такой. – Орлов взглянул на Гурова. – Как? Когда? Кто выехал? Кто сообщил? Понимаю, будь здоров, мягкого тебе дежурства. Крепитесь, мужики...

Гуров отошел от окна, встал, широко расставив ноги. Крячко поднялся со стула, спросил:

– Кого?

– Парня вашего, как его?

– Ермакова, – подсказал Крячко. – Убили? Где? Когда?

Гуров повел себя более чем странно: облегченно вздохнув, перекрестился.

– Слава богу! Кощунственно, конечно, тоже человек. Но я испугался за водителя.

– А пацана так и не жаль? Твой пацан!

– Он ихний пацан. – Гуров вновь перекрестился и закурил. – Ну, Ильин! Ну, сука! Узнаю орла по полету, а добра молодца по крови. Своих начал убивать – значит, началась чистка, значит, до финала рукой подать!

Орлов не понимал Гурова, но не хотел в этом признаваться, злился, вышел из-за стола, открыл дверь в приемную:

– Чайник включи, пожалуйста. Нашли водителя?

– Так точно. Был у подъезда, сейчас явится, – Верочка вытянулась, попыталась щелкнуть туфлями, но, так как была на высоких каблуках, чуть не упала.

– Стой, дуреха, нос расшибешь. – Орлов подставил секретарше стул. – Я же просил, чтобы он позвонил.

– Не могу знать, господин генерал! – Верочка вновь вскочила. – Позвонил мужчина, представился: водитель машины номер такой-то, через минуту будет у генерала.

– У Станислава научилась? – Орлов покачал головой. – Не главк, а балаган. Ну так, будь любезен, поясни! – Вернувшись в кабинет, ткнул пальцем Гурову в грудь. – Коротко и простыми словами.

– Я заподозрил Ермакова с первой же минуты. Высококвалифицированный компьютерщик! Что вы, ребятенки? Это же кадры не наши, не ментовские. И вдруг сразу лучшего на блюдечке. О покойниках плохо не говорят. Кстати, как и где?

– В собственном подъезде, выстрел в затылок, в упор, – ответил Орлов.

– Ликвидатор. Конечно, жаль парня, но, если бы он мне признался, я бы его уберег. Я его пару раз проверил по мелочам, он прокололся. Артем работал на Ильина, снял копию с дискеты, передал. Мы с тобой, Станислав, пахали по-черному, а они получили чистенький, обработанный материал. Они вышли на Галеев вместе с нами, возможно, на день раньше. Ну, когда я убедился, то покойному серьезный материал давать перестал, а дезу Ильину протолкнул.

– Какую? – быстро спросил Крячко.

– Не скажу. Это, между прочим, в твоем присутствии происходило.

Дверь приоткрылась, и Верочка спросила:

– Прибыл водитель. Разрешите?

Орлов кивнул, Верочка открыла дверь шире, и в кабинет вошел Василий Иванович Светлов, бывший опер МУРа, работавший в группе Гурова и знавший присутствующих не один десяток лет.

– Чапаев! – Крячко вскочил. – Василий Иванович, какими судьбами?

Орлов вышел из-за стола, пожал старому товарищу руку. Гуров чуть было не обнял Светлова, сдержался, но руку тряс долго.

– Станислав, ты уволился – меня на пенсию вытолкнули, – несколько смущаясь столь бурной встречи, бормотал Светлов. – Ну, поболтался я на вольных хлебах, однако мент, он и есть мент, устроился вольнонаемным в наш гараж. Хотел зайти к тебе, – он кивнул Орлову, – но как-то неловко, ты – генерал, я – водила... Ну, понимаешь... Сейчас, когда диспетчер мне сказал о какой-то бронзулетке, якобы оброненной в машине, и чтобы я позвонил твоей секретарше, я понял, что лучше прибыть, чем выслушивать ваше вранье по телефону. Так что вас, господа сыщики, интересует?

Орлов оглядел Светлова, вернулся в свое кресло, кивнул Гурову.

– Присядь, Василий, сейчас чай дадут, – сказал Гуров и прошелся по тесному кабинету. – Ты утром отвозил в аэропорт супругу Бардина. Она ехала одна?

Светлов улыбался, опустился на предложенный стул.

– Я не зря с вами работал, друзья, чутье сыщика не потерял. Ты, как всегда, прав, Лев Иванович. Только мы уложили вещички и тронулись, как мадам, увидев мужчину, который голосовал, стоя у соседнего дома, попросила остановиться. Я решил, что сосед просит подбросить куда-нибудь. Но мужчина лишь поздоровался, сел не на переднее сиденье, а позади. Мне показалось, что он прикрыл лицо и на сиденье устроился в углу, который не просматривается в зеркало заднего вида. Мне это сразу не понравилось. Хотя я видел его мельком, на любовника он не похож. Они шептались, мужчина в чем-то мадам убеждал, когда мы на Ленинградском проспекте миновали “Динамо”, мадам попросила остановиться у супермаркета. Они вышли вдвоем, а вернулась мадам одна, мужчина испарился. Как я понимаю, он вас интересует?