Игра на чужом поле - Александра Маринина

Старков привез ее в роскошную квартиру, предназначенную дляприема приезжавших в Город к Денисову гостей, которые по тем или иным причинамне хотели или не любили жить в гостиницах.

Проблема у него оказалась действительно серьезной.

– Так что мне делать, Анастасия Павловна? ГоворитьДенисову о внучке или промолчать?

– А вы абсолютно уверены?

– Ни секунды не сомневаюсь. Заколка уникальная, сделанапо индивидуальному заказу. Я сам этим занимался. Эдуард Петрович подарил ееВере на четырнадцатилетие.

– Могла она ее кому-нибудь передарить? Какой-нибудьсвоей подружке?

– Вряд ли. В семье Денисовых к подаркам относятсябережно. Особенно сам хозяин. Постоянно спрашивает: «А почему ты не носишь то,что я тебе подарил? Тебе не нравится?» Нет, она не посмела бы.

– Зато она много чего другого посмела, – жесткосказала Настя. – И почему люди так слепы в отношении своих близких? Мывсегда уверены, что знаем их как облупленных, а потом эта наша уверенностьоборачивается трагедией.

– Нет, – уверенно повторил Старков. – Подарокдеда она могла потерять только случайно. Она добрая, славная девочка, простокакой-то негодяй ее запутал.

– Уж не тот ли студент, с которым у нее роман? –усмехнулась Настя. – Если она действительно славная и добрая, то моглапойти на это из любви к нему, чтобы помочь деньги заработать. А он пользовалсяею. Вот вам и еще один член макаровского экипажа.

– И все-таки, Анастасия Павловна, – настойчивоповторил Старков, – что вы мне посоветуете?

– Молчать. Студента этого найдите сами, с Верой тожепоговорите сами. Дальше – по ситуации. А пока молчите.

– Спасибо вам, – облегченно вздохнул Старков.

– За что?

– Я и сам сторонник того, чтобы не говорить Денисову оВере. Но я боялся, что вы будете настаивать.

– Зачем же мне настаивать, Анатолий Владимирович? Этосовершенно меня не касается. Вы хотели Макарова – вы его получили. Остальное –не мое дело.

– Кто ж вас знает! – засмеялся Старков. – Увас в голове происходят такие непонятные вещи, что предугадать ход ваших мыслейневозможно. Мало ли что вам на ум пришло бы. Кстати, я сразу хотел сказать, ноне решился: вы сегодня необыкновенно хороши.

– Я старалась, – благодарно улыбнулась в ответНастя. – Отвечу вам взаимным комплиментом: мне было приятно с вамисотрудничать. Я загружала вас кучей идиотских заданий, а вы безропотно всевыполняли и ни разу не спросили, зачем мне это нужно. Это говорит о том, что вымне доверяли и были уверены в том, что я знаю, что делаю. У меня на работе такне бывает.

– Каюсь, Анастасия Павловна, был момент, когда я усомнился.И даже сказал об этом Эдуарду Петровичу. А он мне ответил: эта девочка знает,что делает. Так что ваш комплимент не по адресу. Я знаю, глупо спрашивать обэтом, но все же… – Старков умолк, не решаясь продолжать.

– Спрашивайте, спрашивайте. Нам здесь ночь коротать.Спать я все равно не могу, так что давайте поговорим.

– Как вам в голову пришло?

– Мальчик помог. Сказал, что настоящий мужчина долженразбираться в автомобилях и в оружии.

– Правильно сказал, – кивнул Старков.

– Наверно. Вот вы можете отличить «Мерседес» от«Вольво»?

– Естественно.

– А пистолет «ТТ» от «беретты»?

– Ну, конечно же, это элементарно.

– А «вальтер» от пистолета «макаров»?

– Господи! – охнул Старков.

* * *

Эдуард Петрович Денисов ушам своим не поверил, когда приехавшиеутром Настя и Старков рассказали ему про жилище Регины Аркадьевны Вальтер.

– Но я же сам пробивал идею в порядкеблаготворительности предоставить ей часть трехэтажного особняка! Педагог,пользующийся всеобщим уважением, выпестовавший таких известных исполнителей,должен иметь жилье, в котором есть место для рояля, для занятий с учениками.Она должна жить в достойных условиях и не беспокоиться о том, что музыка мешаетсоседям, у которых маленькие дети. Я же сам, своими руками… И даже деньги на этовыделил. Специально напоминал, чтобы прислали мастеров и сделали стенызвуконепроницаемыми. Боже мой! Боже мой!

– Поздно спохватились, – сказала Настя. – Онауже была унижена и искалечена. Гениальный педагог и композитор, она былаотвергнута из-за своего лица и хромоты. Почему-то в нашей стране не умеютобращаться с инвалидами как с равными. Вы дали ей достойную жизнь, но,во-первых, поздно, а во-вторых, лишь частично. Ей нужно много денег, оченьмного. Она рассказывала об этом моему коллеге из Москвы. Деньги нужны, чтобысвободно заниматься музыкой и не чувствовать себя ущербной из-за старческойнемощности. Правда, она уверяла его, что зарабатывает уроками. А потом ясовершенно случайно подслушала разговор, из которого поняла, что денег за своиуроки она не берет. Она занимается бесплатно, но только с теми детьми, которыепо-настоящему любят музыку. Деньги же она получает из другого источника.

– Но почему именно это? Почему такой чудовищный способзарабатывать?