Трудно допросить собственную душу - Анна Малышева

– Она же умерла?

– Она недавно умерла, я тебе уже сказал! А она мне рассказала, только мне, что дедушка поручил ей следить за той квартирой и рассказал про тайник. И он же узнал, что там живет скромная рабочая семья, и никаких сокровищ они не находили. Дедушка время от времени околачивался возле Покровского бульвара, даже свел знакомство с какими-то бабками на скамейке, которые все про всех знали. И уж эти бабки рассказали бы, если там что-то нашли.

– Глупости какие! – отмахнулась она. – Бабки не могли знать про дела ЧК!

– Но все равно должны были знать что-то, – упрямо повторял он. – Слухи должны были пойти. А в той комнате даже пол не вскрывали при обыске.

– А обыск был?

– Был, – подтвердил он. – Но поверхностный. Ведь они все жили очень скромно, даже на хлеб не хватало. И после смерти родителей боялись доставать драгоценности. Старший из братьев запретил это делать. Так что никто не мог даже подумать, что эта молодежь хранит такие ценности. И поэтому искали поверхностно.

– Ну, тут ты, может быть, и прав… – призадумалась Лиза. – Уж если паркет поднимали, следы должны были остаться. А в какой комнате все это хранилось?

Феликс как будто не расслышал этого вопроса. Он изучающе посмотрел на нее, вздохнул и добавил:

– И никто из тех людей, которые жили в коммуналке все эти годы, не разбогател. Это я тоже знаю точно. Бабушка часто ходила туда гулять, присаживалась на скамеечке, болтала с женщинами из этого дома, и иногда ей удавалось даже поговорить с теми из них, которые жили в той квартире. Никто ничего не находил.

– Я тебя спрашиваю, в какой комнате был тайник? И где? Под полом?

– Под полом, – вырвалось у Феликса, и тут же он прикусил язык. Лиза принялась его обрабатывать:

– Ну скажи, ради бога, где?! Я ведь тоже там жила, боже мой, и даже не догадывалась… А паркет там старый, дубовый, совсем серый, его никто не менял, он держался прочно. Олег хотел отциклевать, но денег не было.

– Олег? Кем он тебе приходится?! – воскликнул Феликс.

– Уже никем.

– Вот черт, я должен был понять, что ты имеешь к нему какое-то отношение… А как же его жена и дочь? Ты что, подруга его жены?

– Да уж, подруга так подруга! – фыркнула Лиза. – Я бывшая жена Олега.

– Кто?!

– Ну что ты так побледнел… – укорила его Лиза. Феликс и в самом деле стал белее молока. – Неужели ты не представляешь себе, что кто-то мог на мне жениться? Да, я была его женой. Три года прожила в той веселой квартирке. Слушай, как же ты говоришь, что все про всех знаешь, если даже такой подробности не знал?!

– Я… – Он сглотнул, явно борясь с волнением. – Я ничего про тебя не знал.

– Значит, и про сокровища мог не знать, – заметила Лиза.

– Нет-нет! Бабушка все узнавала, пока могла ходить, потом она сильно заболела, перестала вставать с постели. Тогда-то она мне все рассказала, уже перед самой смертью. Она сказала, что в квартире остались прописанными только двое людей. Из них один – Олег, бизнесмен. Другой…

– Витя, работяга! – подхватила Лиза. – Это слишком старые сведения, за три с лишним года все изменилось! Витя там больше не прописан.

– Я знаю, – уныло ответил он. – А Олег прописан. Но я не знал, что его жена – ты. Я думал, это та, другая… Постарше, с ребенком… А ребенок чей?

– Чужой ребенок, не Олега. Мы с Олегом развелись, и он женился второй раз, видишь, какой кусок из истории этой квартиры выпал!

– Но ведь все это время ты там жила?

– Жила. И могу тебе сказать, что никаких сокровищ в глаза не видела, хотя каждую неделю мыла тот проклятый паркет!

– Ни хрена себе… – пробормотал Феликс. – Если ты говоришь правду, то…

– То они все еще там! – закончила Лиза. – Можно пойти и взять! У меня есть ключи от квартиры!

– Серьезно?

– Ну да! Это что-то вроде алиментов, только я сама себе их выдала… Точнее, просто забыла вернуть ключи.

Тут Лиза немного покривила душой, но это было уже не важно – Феликс страшно оживился:

– Значит, мы можем туда войти! Это была моя мечта весь этот год, только я не знал, как это сделать!

– Ты не очень-то опытный взломщик, да? – осведомилась Лиза. – Я бы предпочла, чтобы ты был здоровенным мужиком с мощными бицепсами, тогда бы пошла туда еще раз… А кстати, откуда ты знаешь, что я там была утром третьего сентября?

– Наверное, я скажу… – задумался Феликс. – Что уж теперь делать, если я все тебе рассказал! Как это получилось, сам не понимаю! Я просто хотел нажать на тебя, чтобы ты мне все выложила, а получилось наоборот.

– Это я так на тебя влияю, – объяснила Лиза. – Ты меня слушаешься, потому что я старше.

– Чепуха, я никого не слушаюсь! – обиделся он. – Я просто почему-то тебе верю… Короче, я решил наконец достать те драгоценности.

– Я бы тоже решила на твоем месте, – кивнула Лиза. – Только вот как ты собрался это сделать? Олег ведь так просто даже стакана воды не отдаст!

– Я был таким дураком… Я почему-то решил с ним договориться… – вздохнул он. – Я сделал колоссальную глупость! Ведь знал, что там осталось только два человека – Витя этот и Олег. Точнее, что Вити там уже нет, а Олег живет один.

– От кого ты это узнал?

– Я ориентировался на данные в паспортном столе. Мне удалось узнать, что Витя выписался, и куда он вписался – тоже. А остался там прописан только этот самый Олег. А ты почему не была там прописана?

– Я же тебе говорю – он страшный жлоб! – рассердилась Лиза. Она заволновалась и поспешно закурила. – Ну ладно тебе, не надо… Ну не убивайся так… Бог мой, все так ужасно. Ты был так неосторожен! Я теперь начинаю кое-что понимать… Витя решил сперва пойти к Олегу и поговорить с ним? Когда это было? Второго сентября, да? Вечером?

Феликс все еще вздрагивал, и она присела перед ним на корточки, пытаясь заглянуть в лицо.

– Ну не надо… Я понимаю, страшно жалко этих красивых штучек, но давай сперва кое-что выясним. Витя решил объяснить Олегу про тайник, чтобы он пустил тебя в квартиру? Почему ты тоже не пошел туда?

– Я ничего об этом не знал… – Феликс вытер слезы и опухшими глазами посмотрел на Лизу. – Я понятия не имел, что он пойдет туда один. Мы договорились, что пойдем вместе. Назначили это на вечер второго сентября. Витя обещал мне позвонить.

– И не позвонил?

– Точно. Я ждал, ждал… Сам не свой был, и мать кое-что заметила… Она сейчас увлечена своим другом и редко что замечает, но, наверное, я был просто не в себе. Не мог удержаться, все слонялся перед телефоном, поднимал трубку, слушал, не испортился ли он. Он мне не позвонил, и тогда я понял, что меня обманули. Я позвонил ему домой, и его жена сказала, что он ушел куда-то.