Фанатка голого короля - Дарья Донцова

Снег падал огромными хлопьями прямо на мое лицо. Я хотела пошевелиться и поняла, что руки-ноги не повинуются мне, тело будто спеленуто ледяными бинтами, а метель делается все сильнее и сильнее. В голову неожиданно пришла мысль: я каталась на горных лыжах, попала в лавину и очутилась в ее толще. Меня должны искать! А если не найдут? Что надо делать, очутившись в плену у лавины? Рыть коридор наверх? А где тут верх?

От ужаса у меня появились силы, я открыла глаза, услышала противный, надрывный писк, звук шагов. Потом надо мной словно в тумане возникло лицо и раздался голос:

– Виола Ленинидовна, слышите меня?

– Уши будто ватой заложены, – пожаловалась я.

– Это скоро пройдет, – ответил баритон, – с возвращеньицем вас.

Я попыталась сесть, потерпела неудачу и заморгала. Белые хлопья, мешавшие рассмотреть беседующего со мной человека, внезапно исчезли, и я четко увидела круглолицего мужчину лет сорока, одетого в голубую пижаму врача.

– Вы как? – спросил он.

Я в ответ задала вопрос:

– Где я?

– В больнице, – пояснил доктор.

Я пошевелилась, ощутила резкую боль в пояснице и тут же все вспомнила.

Не было никакой лавины! И я не умею кататься на горных лыжах. Впрочем, не устою и на самых обычных.

После разговора с Тоней в кафе «Марабу» я поехала в центр «Здоровье». Там меня ждали Лаура и профессор Накашима. Мы вначале вели ничего не значащую беседу о здоровом питании, потом я соврала про своего жениха, которому вынуждены постоянно делать диализ, и Лаура сказала: «Нет проблем, которые нельзя решить». Накашима добавил: «Проблемы лучше обсуждать за чаем». Помощница ушла в приемную, вернулась минут через пять с подносом, японец налил нам всем чая, я отхлебнула из красивой чашки, и… все.

– Виола Ленинидовна, – окликнул меня врач, – не засыпайте.

Я опять пошевелилась, снова ощутила боль в спине и прошептала:

– У меня вырезали почку?

– Конечно, нет, – удивился врач. – С чего вам это в голову пришло?

– В пояснице колет, – заныла я.

– Это от лежания в одной позе, – успокоил меня врач. – У нас прекрасные кровати, но даже на самом лучшем ортопедическом матрасе тело устает. Оно требует движений.

Я с шумом выдохнула.

– Я не у японца?

– Вы точно не в Токио, – неправильно понял меня доктор.

– Игорь Анатольевич, можете оставить нас вдвоем? – спросил знакомый голос.

– Пожалуйста, – согласился врач и пропал из зоны видимости.

Его место занял Костя, который незамедлительно сказал:

– Он не из Страны восходящего солнца.

– Уже поняла, – пробормотала я, – у него стопроцентно славянская внешность.

– Я не про Игоря Анатольевича, а про Накашиму, – уточнил Франклин. – Диетолог – внук японца, который некогда женился на русской женщине и осел в Москве. Сын от их брака взял в супруги жительницу столицы, украинку по национальности, у которой мать полька, и от этого союза на свет появился мальчик. Отец в честь деда назвал его Абэ. Малышу досталась нероссийская фамилия Накашима. У диетолога в венах течет смесь японской, русской, украинской и польской крови. Он с рождения живет в Москве и по всем привычкам стопроцентный россиянин, но унаследовал внешность деда. Накашима не учился в медицинском институте, заканчивал технический вуз, но потом понял, что лучше заделаться диетологом. Почитал кое-какую литературу и принялся учить людей уму-разуму. Экзотическая внешность здорово ему помогала, наши люди обожают иностранцев. Нет пророка в своем отечестве.