Его считали подкаблучником - Владимир Колычев

День начался со сладкого. Сначала Алла просто приласкалась, затем разбудила зверя, которого пришлось выпускать на свободу. Они так зажгли!..

Да, день начинался хорошо, и вдруг появился Тюлень. Филат и Поршень даже отпрашиваться не стали, сели в машину и уехали. А через час вернулись вместе с ним. Михаил даже не знал, что его выпустили на свободу. Спрашивается, кто главный в доме?

– Не нравится мне все это. – Жилкин стоял у окна и смотрел на беседку, в которой гуляла братва.

Не телохранители у него, а самые настоящие урки. Они вели себя как хозяева. Мяса намариновали, пива привезли. Сейчас нажрутся, запрутся в бане, а потом будут голышом купаться в пруду. Алла должна это видеть?

– Что не нравится?

– Махновцы какие-то, а не охрана.

Она подошла к мужу, оперлась руками на плечо, повисла на нем и сказала:

– Да, так и есть.

– Ничего ни у кого не спрашивают, ведут себя так, как будто нас здесь нет.

– Шуты гороховые.

– Шуты не шуты, а платить им нужно много.

– Зарплату можно урезать.

– Что тогда будет?

– Они тебя зарежут. А меня поделят.

– На части?

– Надеюсь, нет. Тюлень ко мне клинья подбивал. Да и Филат. Я их лесом посылала, и они шли. Но сейчас Паши нет, а эти подонки только его слушались.

– Я есть.

– Флаг тебе в руки. Или лучше пистолет?

– Пистолет.

– А сможешь?

– Если мы с тобой одна сатана. – Жилкин усмехнулся.

Он чувствовал в себе силы справиться с любой ситуацией. Зря гороховые шуты думают, что его не нужно бояться.

– Да, мы одна сатана, – сказала Алла.

– Ничего, что я твоего брата убил?

– А у тебя был другой выход?

– Нет.

– У Паши был. Но он и слушать меня не стал. Я прощу тебе его.

– И Костю?

– И Костю прощу. Если ты пристрелишь свою зазнобу.

– Дашу?

– Если хочешь, я сделаю это сама.

– Сможешь?

– А чем я хуже тебя?

– Может, сначала решим с этими? – Жилкин ткнул пальцем в окно.

Алла кивнула. Она готова была помогать ему во всем. Да, они те самые муж и жена, которые одна сатана. Михаила это ничуть не пугало.

Сколько зайцу ни бежать, но если за ним гонится настоящий волк, то шансов у него нет. Бойлер с ходу перепрыгнул через забор, ограждающий поселок, грудью проломил хлесткие кусты. Но Семен все-таки нагнал его, ударил ногой под голень, сбил на землю, навалился, заломил, защелкнул наручники и достал пистолет.

– Ты не бойся, я тебя не больно застрелю! – Пирожников взвел курок и приставил ствол к затылку пленника.

– Как застрелишь?! – запаниковал парень.

– Так ты же Бойлер. Даже не пытайся отрицать. Филек тебя сдал.

– Какой Филек?

– Не знаешь такого?

– Не знаю!

– Ну и не надо. Мне и так известно, что ты в майора Архарова стрелял.

– В какого майора Архарова?

– Ты в мента стрелял, Бойлер. А у нас свой кодекс чести. Ты этого, может, и не знал, но я тебе объясню. Если ты стрелял в мента, то должен умереть.

– Я не стрелял! – взвизгнул парень.

– Стрелял! Я тебя за это задержал. Но ты пацан прыткий, сейчас вскочишь и побежишь. Ну что, начнем?

– Зачем?

– Это называется попытка к бегству. А вдруг у тебя получится? – Пирожников поднялся, отпустил Бойлера, а вот наручники с него снимать не стал.

– Ну и чего лежишь, как невеста перед женихом. Вставай. Пора тебе в последний путь!

Бойлер лежал на земле и дрожал как осиновый лист. Вроде жарко в лесу, а он трясся, будто в лютый холод.

– Да никто не собирался Архарова убивать! Просто напугать хотели!

– Кто хотел?

– Крендель.

– Что за Крендель?

– Он у нас все решает.

– Зачем ему Архарова пугать?

– Да не ему!

– А кому?

– Кореш у него здесь, в Белоковске есть. Он позвонил, попросил.

– Что за кореш? Как зовут?

– Тюлень вроде.

Пирожников схватил Бойлера за шкирку, оторвал от земли и повел обратно.

Не выдержал Филек прессинга, поплыл. Сначала друга своего сдал, а потом и самого себя. Да и куда ему было деваться, после того как в доме обнаружились вещи покойного Батрухина? Еще и Лазарь действовал ему на нервы.

– Да не собирался я убивать Батрухина! Отпустить хотел, а он как вцепится мне в ухо! Вот меня и перемкнуло! А когда очнулся, смотрю, труп!

Архаров собирался и дальше ковать железо, но появился Пирожников с Бойлером на поводке. Глаза у Семена искрят, ноздри раздуваются.

– Я так понял, ты меня порадовать хочешь? – Архаров улыбнулся.

– Да легко! Раскололся Бойлер. Это он в тебя, Егор Васильевич, стрелял. Говорит, что не собирался убивать.

– Не собирался! – подтвердил тот и до хруста в шейных позвонках мотнул головой.

– Через Кренделя заказ прошел.