Полоса черная, полоса белая - Екатерина Островская

Везли Рохеля-младшего в микроавтобусе со шторками на окнах. На протяжении всего пути он молчал. Его бил озноб от ненависти ко всем и жалости к себе. Но, когда его завели в офис агентства, Олег зарыдал. Пришлось дать ему воду и успокоительные таблетки.

Но разговаривать он согласился лишь с Бережной, и только один на один. А, оказавшись в ее кабинете, тут же сделал попытку договориться.

— У меня в банке почти пять миллионов рублей на счету. Забирайте! Квартиру в Череповце за сотню тысяч долларов можно продать. Я оформлю доверенность лично на вас. У вас ведь на меня все равно ничего нет — любой суд меня оправдает. К тому же я — законный наследник Виктора Ивановича. У меня есть акт генетической экспертизы.

— Еще одна статья — подделка документов, — напомнила Бережная.

— Там печать настоящая, — привел свой аргумент Рохель-младший. — В конце концов, когда не станет моего подлого папашки, все его состояние мне достанется. Я поделюсь, сразу. Ей-богу, поделюсь! Можно заранее оформить. А про убийство Тушкина я просто так ляпнул. К тому же подобные записи судом в расчет не принимаются. Я откажусь, скажу, что оговорил себя под угрозой физической расправы…

— Я на слух плохо воспринимаю, — согласилась Вера, — вы все изложите на бумаге. Только подробно, с того самого момента, когда вы спланировали наказать своего отца и в ваш план попал вице-президент банка «Зебест». Ведь, насколько нам известно, киллер, которому вы поручили убийство Бориса Тушкина, — ваш старый приятель, он же и приятель Пименова и Коваленко…

— Нет, не так, — начал объяснять Олег, — это их приятель, и они сами с ним договорились. Пименов ему и деньги передавал. А я никаким боком…

— Так излагаете подробно, со всеми совпадениями. Я же не полиция, не Следственный комитет, со мной можно и откровенно — тем более вы мне предлагаете деньги. Должна же я знать, за что, а вдруг я невиновного обираю.

— Так я…

— Вот и хорошо, что вы согласны. А я пока распоряжусь, чтобы вам из ресторана привезли что-нибудь вкусненькое. Что вы предпочитаете?

— У меня Ерохин еще украл тридцать миллионов долларов, — вспомнил Рохель-младший. — Если вы поможете мне вернуть, то половина этой суммы ваша.

— Вот-вот, и про это. И про то, как у вас оказались эти деньги. Какую роль вы отвели в этом деле вашему другу Роберту Орешкину? Постарайтесь ничего не упустить.

Олег посмотрел на нее и усмехнулся, понимая, что разговор наконец вернулся к главному вопросу — к вопросу о деньгах.

— Пишите, — вздохнула Вера, — и не надо меня бояться: я — бизнесвумен, а не прокурор.

Пока они беседовали, Ерохин общался с Егорычем. Тот показал ему распечатку звонков со стационарного номера мансарды. Среди тех, с кем связывался Олег, были Пименов, Коваленко, Лариса, номер коммутатора банка «Зебест»…

— Надо бы туда смотаться, — самому себе сказал Сергей, но, посмотрев на часы, понял, что сегодня уже не получится.

День пролетел незаметно.

К дому тетки его подвез Петя Елагин.

Подвез на красном кабриолете. Ехали, не поднимая крыши, а потому многие водители приближались почти вплотную, чтобы разглядеть сидящего за рулем.

Елагина такая настойчивость не раздражала, но все равно он прибавлял газку и за пару секунд оставлял излишне любопытных далеко позади.

— Если когда-нибудь надумаю жениться, — поделился сокровенным Петя, — то обязательно поеду делать предложение на этом автомобиле.

— А я пусть и пешком, только бы знать, что меня любят, — ответил Ерохин.

— Твоя правда, — согласился молодой человек.

«Ауди» уже стоял во дворе. Ключи, очевидно, находились внутри. Пришлось подниматься наверх за вторым комплектом.

Нина была дома, но выглядела как-то странно.

— Что-то случилось? — поинтересовался Сергей.

— Не знаю, как сказать, — как-то уж очень осторожно произнесла тетка. — Совсем недавно позвонила твоя мама. Вчера они похоронили Брайена. Теперь она хочет приехать сюда с дочками. Спрашивает: захочешь ли ты увидеться с ними?

— Пусть едут, — мотнул головой Ерохин.

Он спустился вниз. Вдвоем с Елагиным они еще раз осмотрели автомобиль, и Петр оценил состояние, сказав, что на вид машина смотрится как абсолютно новая. Потом, взглянув на Сергея, поинтересовался, все ли у него в порядке.

Тот в ответ пожал плечами и ответил первое, что пришло на ум:

— Забыл Вере сказать, что в процессе расследования установил, что действующий полковник полиции Коптев является одним из учредителей охранного предприятия «Сфера» и, кроме того, сливает служебную информацию или Брускову, или напрямую Рохелю.

— Завтра скажешь, — попытался успокоить его Петр, — или я могу доложить. Ты не против?

Ерохин молча кивнул.

Он даже с Елагиным попрощался, не говоря ни слова, просто пожав протянутую ему руку.

Оставшись один, он долго сидел в салоне, наблюдая, как на кусте шиповника, растущего возле крыльца, закрываются лепестки цветов, как гаснет солнце и загораются окна домов.

Сергей думал о том, что произошло за этот день, и о том, что было вчера и что в последние дни, за которые произошло столько событий, что воспоминаний о них хватило бы на долгие годы.

Он думал об отце, о матери, о Брайене, который открыл в Советском Союзе совместное предприятие, выдавая себя за американского ученого, предложил ставшему его другом Ерохину запатентовать свои изобретения за океаном, потому что во всем мире не признают советское патентное право.

Отец согласился. Брайен все сделал, как и договаривались. То есть почти как договаривались: он оформил все патенты на себя. Теперь он мультимиллионер, теперь он очень и очень уважаемый человек…

То есть он был человеком, а теперь он — пространство, где нет света. Но он прожил восемьдесят лет, а отец, у которого бывший друг украл не только изобретения, но и жену, не дотянул в нищете и до шестидесяти…

Позвонила Бережная и спросила, куда везти Калошина, потому что он хочет сначала встретиться с Ерохиным.

— Так ко мне и привозите, то есть к тетке моей. А я уж отведу его в свою квартиру.

— Они завтра к девяти утра будут у тебя. Будешь готов?

— Обычно я в семь уже на ногах.