Доллары царя Гороха - Дарья Донцова

Я просто застыла с раскрытым ртом. Институт по изучениюрастений! Все ниточки начинают медленно связываться в один узел. Сергей проситпередать деньги Кларе. Настя явно знает эту женщину, но не хочет почему-то вэтом признаться. Тетка, назвавшаяся Катей, невестой Якунина, на самом деле неимеет ничего общего с погибшей, она и внешне на нее совсем не похожа. И потом,Катерина умерла, а эта преспокойно разгуливает по улицам. И, очевидно, работаетв том же институте растений, что и Настя. Вполне вероятно, что они знакомы…Следовательно…

– Вы заболели? – воскликнула Аллочка.

– Нет, – пробормотала я, – просто задумалась.

– У вас такое лицо стало, – пробубнила она, –прямо зверское.

Странное дело, отчего это все говорят одно и то же. Стоитмне чуток пораскидывать мозгами, как окружающие с неподдельной тревогойинтересуются: «Дашутка, ты в порядке?» – «Да, все нормально, просто я думаю!»

Внезапно за спиной раздался громовой голос:

– Встать лицом к стене, руки на затылок, наркотики, оружие,валюта имеются?

От неожиданности я поперхнулась, обернулась и увиделахудощавую фигуру в серо-синей форме! На голове у мента сидела низко надвинутаяна лоб фуражка.

– Дарья Ивановна Васильева? – прохрипел он,распространяя очень сильный аромат парфюма.

– Да, – кивнула я, – а в чем дело?

Вот уж не предполагала, что в этот суперэлитный клуб можетзапросто пройти патруль.

– Встаньте и повернитесь лицом к стене.

– Даже не подумаю и сейчас же вызову сюда своего адвоката!

Мент слегка склонил голову.

– Ага, испугались! Значит, у вас совесть нечиста.

Снова повеяло запахом дорогой мужской парфюмерии, я невольнобросила взгляд на запястье служителя закона и, изобразив на лице ужас, встала,повернулась к стене и пробормотала:

– Ой, ой! И как вы только догадались? У меня в сумочкеполкило героина! Секунду назад у девочки купила!

– Героина? – изумленно переспросил мент и приблизилсяко мне почти вплотную.

Я мгновенно обернулась и сдернула фуражку, козырек которойскрывал физиономию типа. Так я и знала! Рядом стоял один из моих бывших мужей –Макс Полянский.

– Как ты догадалась, что милиционер фальшивый? –недовольно воскликнул он.

– Понимаешь, – улыбнулась я, – мало кто изсотрудников МВД может позволить себе обливаться одеколоном от Крид стоимостью вдвести баксов и носить часы, продав которые можно приобрести новенькуюиномарку. Честный мент просто не имеет таких средств, а так называемыйоборотень побоится демонстрировать свое благополучие. К тому же я знаю, что тыобедаешь в этом заведении. Но к чему сей маскарад?

Макс опять нацепил фуражку.

– Я женился.

– В десятый раз?

– В одиннадцатый.

Надо же! Значит, одна супруга ускользнула от моего внимания.

– На актрисе?

– Ты знаешь Соню? – удивился Макс.

– Нет, конечно.

– А откуда тогда ты в курсе, что она работает в театре?

Я постаралась скрыть ухмылку. Да потому, что все женушкиМакса, кроме меня, либо уже имели на руках дипломы актрис, либо обучалисьискусству лицедейства. Других женщин для Полянского просто не существовало.Причем Макса всегда тянуло лишь к одному типу – истеричной стервы с непомернымфинансовым аппетитом. Для всякого мужчины существует свой магнит, и когда японяла, что привлекает в женщинах Полянского, то даже испугалась. Неужели и вомне есть корысть? Но потом успокоилась. Я оказалась одной из первых в плеядежен Полянского, и тогда он не был феерически богат и не владел собственнымбизнесом. Разбежавшись в разные стороны, мы сохранили дружеские отношения,часто встречаемся в публичных местах, и однажды я избавила Макса от оченьбольшой беды [6].

– Сейчас я вложился в фильм, где Соня выступает в ролиглавной героини, – пояснил Макс, – она меня подбила сыграть в эпизодемента, честного до противности. Очень увлекательно. Я поехал домой со съемок вформе и теперь прикалываюсь над всеми встреченными знакомыми. Никто, крометебя, меня не узнал! Колька Мягков даже чуть не набил мне морду, когда понял,что милиционер не подлинный.

– Мягков бывший уголовник, – покачала я головой, –сам знаешь, у него то ли три, то ли четыре ходки, он тебя мог и вилкой заподобную шутку проткнуть. Ладно, извини, нам пора. Аллочка, поехали.

С этими словами я обернулась и увидела пустые стулья. Настоле стояла креманка с недоеденным Аллой десертом.

Забыв про Макса, я рванулась к метрдотелю.

– Не видели, куда отправилась моя спутница?

В душе я надеялась услышать, что она в туалете, ноадминистратор спокойно сказал:

– Она ушла.

– На улицу?

– Да.

Так, все понятно. Решив подыграть Максу, я выпалилаидиотскую фразу про героин. Аллочка же приняла розыгрыш за правду и в ужасеумчалась. Угораздило же Полянского именно сегодня заявиться в клуб в форместража порядка! И сама я хороша! Ну за каким чертом стала так шутить?

Казня себя, я села в «Пежо» и попыталась соединиться сдевочкой по телефону. «Абонент включил режим запрета входящих звонков, перезвонитепозже».

Страшно недовольная проведенным днем, я зарулила по дороге всупермаркет и пошаталась между прилавками. Вот, оказывается, где следуетпрятаться от жары. От работающих во всю мощь рефрижераторов тянуло холодом. Япошарила глазами по продуктам. Чего бы приобрести этакого вкусненького?Закупками у нас, как правило, занимается повариха Катерина, но сейчас она вбольнице, и мы возим ей туда еду, которую несчастная вынуждена есть, чтобы необидеть хозяев. Временно пустующее место у плиты заняла Ирка. Домработницаготовит не слишком хорошо, но все же лучше, чем я или Зайка. Ира небось купилахарчи. Я уже давно езжу лишь за пирожными или деликатесами, что же купитьсегодня? Вот, новинка! Лимонно-мятное мороженое. Наверное, очень вкусное!

Схватив несколько порций, я примчалась в Ложкино, налетелана огромную машину с медленно вращающимся резервуаром, хлопнула себя по лбу иотправилась в Вербилки.

Все-таки не зря многие люди сейчас убежали из городов вдеревни и поселки. Воздух здесь совсем иной, и тишина стоит замечательная,никаких посторонних, резких звуков, не шумят машины, не орут дети, не пристаютбомжи…