Боксер, или Держи удар, парень - Владимир Колычев

– Да нехорошо как-то получилось, – покачал головой Гульков. – Может, это, пойду я?

– А может, это, я девочку рожу, а?

– Чего?

– Девочку. До пары к мальчику. Не предохранялись мы, вот чего. А ты стрелок меткий!.. Поздно уже поворачивать, дорогой. Вляпался ты… Со мной… Но я не думаю, что это плохо.

– Да меня Агап за это убьет!

– А может, мы его убьем?

– Чего? – встрепенулся Эдик.

– А жить он нам мешает, вот чего. Я же тебе нравлюсь? Нравлюсь. И я от тебя тащусь, Гульков… Ребенок у нас есть. У нас! Ребенок! Наш ребенок, понимаешь?

– Да понимаю…

– Ну раз понимаешь, тогда скажи, хочешь ты, чтобы я замуж за тебя вышла?

– Ну… Ну да… Так это, Агап не даст.

– Вот я и говорю, хорошо было бы, если бы Агап вдруг исчез.

– Так ты это, хочешь, чтобы я его, того? – глазами с чайные блюдца смотрел на нее Гульков.

Розе и самой было страшно.

– А ты бы смог?

– Ты что, это же Агап!.. Он же мне как отец!

– Вот и я о том же.

Похоже, она перегнула палку. Как бы Эдик с цепи сдуру не сорвался. Выкручиваться надо.

– Агапа убивать никак нельзя. Он этого не заслужил. Мы его просто к черту пошлем!

– Это как?

– А просто. Ты знаешь, с кем он любовь в Москве крутит?

– Ну да, есть одна краля. Вероника зовут.

– И как ты считаешь, это нормально?

– Ну нет.

– Вот и я думаю, что нет. Где они живут?

– Ну, квартира там у них. Большая, на Новом Арбате.

– А ты знаешь, что эта квартира на меня записана? И ночной клуб на меня записан. На меня. И на ребенка. На нашего с тобой ребенка!.. А эта сучка все забрать у нас хочет. И квартиру, и клуб… И Агапа заберет. На улице я окажусь. Вместе с сыном. Поверь, Василек не очень-то ему и нужен. Это же не родная кровь. Это твой сын.

– Так, погоди…

Эдик почесал затылок. Верный признак напряженной умственной деятельности.

– Насчет квартиры не знаю, но клуб – это «общаковая» собственность.

– Но ведь он на меня записан!

– Так это типа формальность. Ну надо же на кого-то записать…

– На Веронику запишут. А у Вероники друзья московские могут найтись. Из криминала. И все, уплывет клуб.

– Так Агап не позволит.

– А кто его спрашивать будет?.. Это тебе кажется, что убить его трудно. А московские ребята в два счета его сделают. Раз-два, и готово… Не станет Агапа. И клуб к московской мафии отойдет. А так бы он нам достался. Ты был в этом клубе?

– Ну да!

Роза заметила, что взгляд Гулькова подернулся мечтательной пеленой.

– Крутой кабачок, не вопрос!

– И ты мог бы этим клубом заправлять. Миллионы бы зарабатывал. Дом на Рублевке, яхта на Лазурном берегу, «Феррари» под седлом… А вот телок сисястых я тебе не обещаю. Я заменю их всех…

– Да они мне, в общем-то, и не нужны. Мне с тобой по кайфу…

Эдик обнял Розу за талию, привлек себе. Снова в нем закипает вулкан страсти. И снова будет извергаться лава на радость изголодавшейся женщине.

– И квартира на Новом Арбате тоже будет нашей… – ослабленно закрывая глаза, сказала она.

– А как же братва? Как же Агап?

– Это ты у меня спрашиваешь? – удивленно повела она бровью. – Ты же мужчина, ты должен решать.

– Да братва ладно. На Агапа можно стрелки скинуть. Типа он братву кинул. Ну, на тебя клуб оформил… И если Агапа сделать, то к тебе никаких предъяв быть не должно. Ты ж не заставляла его на себя клуб оформлять, да… Хотя нет, предъявы будут. А может, и нет. Это смотря, как ты себя поставишь.

– Я думала, ты меня поставишь.

Сил не было, как хотелось Розе, чтобы Эдик поставил ее в позу «обиженной избушки» – к лесу передом, а к богатырю задом.

– Да не вопрос…

Гульков и сам хотел поиметь такую «избушку». Поставил Розу коленками на подушку кресла, руками заставил схватиться за спинку. Стащил с нее халат.

– А как же Агап? – спросила она.

– Решать с ним нужно… Нам с ним на одной земле места нет. И одной дорогой ходить нельзя.

– Какой дорогой?

– А вот этой! – тычком подался вперед Гульков.

И заполнил проторенную «дорогу» горячей твердью своего мужского «я»…