Проклятая усадьба - Алексей Макеев

На этом месте сражение прекратилось, и сменилось обычными полицейскими действиями. Вышедший из машины Ярыгин быстро заставил двух «верхолазов» слезть к нему, где на них тут же надели наручники. Труднее оказалось открыть ворота – это можно было сделать только из дежурки, причем хозяина дежурки, Егора, там в данный момент не было – и вообще было неизвестно, как у него обстоят дела. Но тут Андрей Вдовин заявил, что он знает, как открываются ворота, и сделает это. Он отправился нажимать нужную кнопку, между тем как Гуров в обществе горничной Лены остался сторожить двоих бойцов, лежавших на гравии.

Наконец ворота дернулись и начали бесшумно отворяться. Машины оперативников въехали во двор, и еще двое нападавших отправились в автозак, составив компанию первым. Теперь Гурова беспокоили Егор и водитель Вихляев. В меньшей степени его беспокоила судьба сбежавшего управляющего. А еще где-то по парку бродила Татьяна Кононова, находившаяся в состоянии отчаяния. Неизвестно, что она могла совершить.

Гуров кратко обрисовал Ярыгину ситуацию. Тот решил, что он, как следователь, должен прежде всего задержать подозреваемого в двойном убийстве, то есть Толстых. Гуров порекомендовал ему искать беглого управляющего в западной части парка – оттуда не доносилось никакой стрельбы, и Михаил Степанович мог попробовать перелезть там через ограду. Сам же Гуров отправился в восточном направлении, где должны были находиться Кошкин и Вихляев.

Сыщик быстрым шагом, почти бегом, прошел мимо искусственного водопада, миновал аллею лиственниц. Впереди, в конце аллеи, блеснуло в лунном свете зеркало воды – парковый пруд. В этот момент Гурову послышался крик, а затем какой-то звук – словно что-то тяжелое упало в воду. Он побежал.

Вот и пруд. Сыщик быстро окинул его взглядом. Ничего подозрительного не было видно. Гуров пошел вдоль берега, вглядываясь в воду. Внезапно он заметил какой-то предмет – он плавал на воде возле самого берега. Гуров поспешил туда. Стоя у кромки берега, он пригляделся. Предмет вплыл в полосу лунного света и стал хорошо виден. Это был башмак – мужской башмак очень маленького размера.

Гуров подошел еще ближе, шагнул в воду, не обращая внимания на то, что вода заливает ему ботинки. И тогда он увидел: там, возле самого берега, на дне пруда лежал управляющий Михаил Степанович.

Теперь Гуров полностью вошел в воду, нырнул и поймал ноги утопленника. С трудом нашел опору, уперся и потащил. Так, шаг за шагом, он вытащил Толстых на берег. Сначала он думал сделать ему искусственное дыхание, вернуть его к жизни. Но тут же убедился, что это не удастся – управляющий успел захлебнуться. Надо было вызвать следователя Ярыгина, который отправился разыскивать управляющего совсем в другую часть парка. Гуров полез в карман за телефоном, и в этот момент ему послышалось какое-то движение в кустах, несколько веток качнулось.

– Стоять, не двигаться! – в третий раз за эту ночь произнес сыщик команду. – Выходи, а то буду стрелять!

И он достал пистолет, ожидая, что из кустов появится пара «бойцов», наподобие тех, что штурмовали ворота парка.

Кусты закачались сильней, и на берег пруда вышла… Татьяна Кононова. Она взглянула на тело Михаила Толстых, лежащее на траве, затем на пистолет в руке Гурова и усмехнулась.

– Что, стрелять в меня собрались, товарищ полковник? – спросила она, не скрывая иронии. – Ну что, стреляйте. Мне теперь все равно…

– Я вижу, вас не удивляет картина, которую вы видите? – спросил Гуров, указывая на тело Толстых. При этом он поспешил спрятать оружие.

– Это? Нет, не удивляет. Он получил по заслугам. Разве не так?

– Так это вы его? Вы столкнули его в воду? Но как вы смогли? Все-таки это был тренированный мужчина…

– Ненависть придает человеку силы, – заметила Татьяна Кононова.

Она подошла ближе и склонилась над телом управляющего. Несколько минут вглядывалась в его лицо, затем выпрямилась и закончила:

– Впрочем, как и любовь. И потом… он не ожидал нападения с моей стороны. Никогда не рассматривал меня всерьез. И, знаете, я не просто столкнула. Если вы осмотрите его висок, то заметите на нем здоровенный синяк. Это след от удара. Я держала в руке камень. И когда он стал повторять мне ту же ложь, что я всегда от него слышала, я ударила его. Ударила и толкнула в воду. Наверное, вы не ожидали таких последствий своего выступления в столовой? Не ожидали, что все закончится еще одной смертью?