Печать фараона - Наталья Солнцева

- Говори! - изрек Жрец.

Мнимый адепт, изучивший предварительно порядок «аудиенции», робея и потупившись, начал перечислять желания, которые, как он надеялся, дойдут до ушей Молоха. Если божество останется довольно принесенными дарами, то исполнит его смиренную просьбу. Если же нет… последствия могут быть самыми ужасающими.

Жрец сделал несколько пассов руками, затем с быстротою фокусника достал откуда-то позолоченное блюдо. На блюде лежала кисть черного винограда.

- Молох дал ответ! - гулко разнеслось по комнате. - Сколько ягод на этой кисти, столько денег ты принесешь ровно через три дня.

Оперативник в замешательстве молчал. Каких денег, сколько?

- В американской валюте, - шепнул выросший будто из-под земли юркий, невысокий человек в темном балахоне. Он подобострастно метнулся к Главному, схватил с блюда виноградную кисть и принес «просящему». - Каждая виноградинка - сотня! Доставай где хочешь, не то… разгневаешь Молоха. Или столько же младенцев извести придется, - захихикал он.

«Ну и шутки у них, - подумал переодетый сотрудник, ощущая нарастающее раздражение. - Извращенцы!»

Уродливый и пошлый фарс, который перед ним разыгрывался, выглядел дешевым спектаклем для непритязательной публики. Неужели люди клюют на такое?

- Бери, не стесняйся, - прошипел, брызгая слюной, человек в балахоне. Он поддернул широкие рукава, и его волосатые руки ловко запихали кисть винограда в карман оперативника. - Не стоит рисковать, парень! Молох скупых не жалует.

Пытаясь сообразить, чем вызвано его волнение, мнимый просящий вышел за дверь. Его лихорадило, в голове стоял легкий туман.

«Надышался дыма, что ли?» - подумал оперативник. Помощник Жреца не выходил у него из головы. Это мог быть любой из внимающих - постоянной свиты прислужников Букина. Свита, как он успел выяснить, пополнялась за счет наиболее преданных адептов культа.

Оказавшись на улице, оперативник зачерпнул пригоршню снега, приложил к лицу. Дурнота отступила. Без видимой причины он решил проследить за прислужником, который испортил ему пиджак - напихал в карман винограда, ягоды потекли… теперь тащи вещь в химчистку или стирай. О черт!

- Погоди у меня! Я тебе покажу, как вещи портить! Выясню, что ты за фрукт! Не стоит рисковать, парень! - передразнил он человека в балахоне.

Разъяренный терзающим его голодом, липким соком в кармане пиджака, дурацкой ролью, которую ему пришлось играть, и вообще - бездарно потраченным временем, сотрудник милиции поджидал теперь уже не Букина, а его «шестерку». Он выбрал подходящее место для наблюдения и затаился.

С этого его приключения только начинались. Проклятый прислужник появился через час с лишним, и оперативник, нарушив запрет покидать пост наблюдения вблизи «Молоха», последовал за ним. От ярости снег таял под его ногами.

Низкорослый адепт финикийского культа, которого оперативник окрестил про себя Гномом, привел его на Казанский вокзал, к электричке. Оглядевшись по сторонам, он скрылся в третьем по счету вагоне. До отправления поезда оставалось пять минут.

Ехать или плюнуть на все? - заколебался преследователь. Тащиться за город, когда уже начинает темнеть, не хотелось. Ну, выяснится, что Гном живет в какой-нибудь ветхой лачужке на краю подмосковного поселка… а дальше? Торчать на улице в такой мороз? Поселок не город, там в подъезд не спрячешься, в ночном кафе не обогреешься, - пожалуй, только простуду схватишь или ноги обморозишь.

Чем начальство снабдило «наружку» на время охоты за «Алой маской», так это хорошими телефонами и бесперебойной связью. Оперативник созвонился с товарищем, который должен был его сменить на посту у «Молоха», и сообщил о Гноме.

- Зачем он тебе? - удивился тот.

- Да… сам толком не пойму. Зацепило что-то…

Не рассказывать же про виноград в кармане и приступ бешенства на почве отсутствия регулярного питания?

- По приметам сходится? - спросил сменщик.

И тут… в памяти сотрудника вспыхнуло описание бандитов, записанное со слов свидетелей: двое мужчин и женщина, все в черных куртках, джинсах или брюках, в перчатках и шапочках. Ни лиц нападавших, ни каких-либо особых примет заметить было нельзя - отвороты шапочек, снабженные прорезями для глаз, натягивались до подбородков, а все остальное надежно скрывала одежда. Очевидцы запомнили, что двое преступников имели средний рост, а третий - мужчина чуть пониже, отличался волосатостью. Одна из барышень продемонстрировала чудеса самообладания и зоркости: когда низенький привычным жестом поддернул рукава, она заметила густо обросшую волосами полоску кожи. По сути, это являлось главной приметой, других просто не существовало. Налетчики были обычного роста, обычной комплекции, с обычными голосами… они не хромали, не заикались, не шепелявили и практически не отличались от обычных граждан. Попробуй отыщи их в многолюдном городе, где местные жители и тысячи приезжих каждый день наводняют улицы, вокзалы, общественный транспорт и подземные переходы. А Подмосковье? Разве обшаришь каждый райцентр, поселок или деревню?

Разумеется, сотни мужчин могут быть ниже среднего роста, иметь обильный волосяной покров и привычку поддергивать рукава. Но оперативник, уже не раздумывая, сообщил товарищу, на какую электричку садится, пробормотал: «Будь на связи», и побежал к поезду. Двери четвертого вагона едва не захлопнулись у него перед носом.

«Не только голод и раздражение всему виной, - подумал он, усаживаясь у окна. - Сработало профессиональное чутье. Пока ум искал обоснования, интуиция заставила действовать. Правда, не полезь этот мужичок ко мне с дурацким виноградом, вряд ли я обратил бы на него внимание, - признался себе оперативник. - В безнадежной ситуации на помощь нередко приходит Господин Случай».

Гном ехал в третьем вагоне, и преследователь предпочел перейти в тамбур, сделать вид, что курит, - он не мог позволить «прислужнику» скрыться. У бандитов нюх на опасность, как у волков. Если что почует, выскочит на любой станции, и поминай как звали. В «Молох» он тогда не вернется, след будет потерян.

Электричка, громыхая, неслась в сумерках мимо домов и огней, оставляя позади темнеющую Москву. Пассажиры вяло переговаривались, читали, дремали. За окнами свистел ветер.

Через сорок минут ничего не подозревающий Гном вышел на обледенелую, посыпанную песком платформу и смешался с пассажирами, которые спешили к автобусной остановке. На небе выступили первые звезды, предвещая морозную ночь. Уже зажглись фонари, снег скрипел под ногами, угрюмо шумели черные ели.

«В автобусе он меня наверняка заметит, - подумал оперативник. - Как же быть?»

Господин Случай взялся сегодня играть на его стороне: видимо, Гном жил неподалеку, в автобус садиться не стал и прошагал мимо. Укатанная дорога была безлюдной, хруст снега гулко отдавался среди деревьев. Преследователь вынужденно отстал, петляя по лесополосе. Ноги проваливались, стало жарко, при каждом порыве ветра с еловых лап осыпалась снежная пыль, попадая за воротник.