Труп на английской лужайке - Юлия Алейникова

Полиция шныряла по поместью. Юлька занималась самодеятельностью в Ньюкасле, даже не представляя, что тут творится. Алиби на время убийства у нее наверняка не было.

А что, если юристы заподозрят что-то неладное и после разговора с Юлькой сообщат в полицию, или Николь Торндайк позвонит Нику? А если ее уже замели?

Нет. Так быстро они бы не сориентировались! – гнал от себя прочь страшные мысли Василий.

А вдруг они просто откажутся с ней разговаривать и эта авантюристка решится на крайние меры? Какие именно крайние меры могут прийти в голову его супруге, Василий точно не знал, но последняя мысль заставила его покрыться холодной испариной, и он почувствовал острую необходимость принять корвалол.

Ох, зря Вероника отпустила ее одну!

Василий метался по комнате, как тигр по клетке, то и дело нервно выглядывая в окно и набирая безостановочно телефонный номер жены.

– Пусть только объявится, – приговаривал Василий, – задушу своими руками! Пигалица непоседливая!

Едва дождавшись, когда полицейские машины наконец-то покинут Гарт, Василий вылетел из дома и, оседлав свой байк, направился в деревню.

В деревню Василий въезжать не стал, чтобы не привлекать внимания, а, как обычно, оставил мотоцикл в рощице неподалеку, к дому Тома Литтла подошел со стороны огородов, стараясь не попадаться на глаза соседям.

– Так что же инспектору было нужно? – наклонился Стив Янг прямо к самому Юлиному носу, едва шум мотора смолк вдали.

– Он меня чуть не сбил на своей машине пару дней назад. Теперь, наверное, совесть мучает. – Юля попыталась объяснить визит инспектора максимально достоверно и не углубляясь в ненужные подробности.

Стив Янг с удовольствием бы посмеялся над этой шуткой, если бы речь шла не об инспекторе полиции.

– Это правда? – Он резко неожиданно повернулся к Тому.

Но бедный Том лишь растерянно хлопал глазами, полуживой от ужаса. Большой нож словно заворожил его, он, не отрываясь, следил за бликами света на полированной поверхности лезвия.

Янг снова повернулся к Ползуновой. Теперь он пребывал в затруднении. Ему бы очень хотелось просто отпустить ее, не создавая себе лишних проблем. Но после визита инспектора он стал сомневаться в том, насколько она с ним откровенна. А такая ли уж она законченная идиотка?

Ее дочь производила впечатление вполне адекватной девицы. Весьма себе на уме. Муж, судя по размерам состояния, тоже дураком не был, хотя и имел некоторые причуды. Что ж, с такими бабками он может позволить и больше. Вон взять хотя бы герцога. А что же представляет собой эта взбалмошная, непредсказуемая особа?

Судя по всему, инспектор действительно не понимает, с кем имеет дело. Если ей удается водить его за нос, значит, не так уж она и глупа. А если прибавить, что он сам пять минут назад чуть не отпустил ее на все четыре стороны, то, наверное, стоит предположить, что она невероятно хитра, а следовательно, опасна.

Кажется, он здорово недооценил эту штучку. И теперь надо выяснить, что ей доподлинно известно. Стив Янг нервно передернул плечами, представив, какого дурака едва не свалял.

О том, что он будет делать с этой парочкой дальше, Янг еще не думал, но вот оставлять их в живых точно не стоит.

Ситуация развивалась вопреки срежиссированному им сценарию. Трупов становилось все больше. Янг хмуро смотрел на сидящую перед ним женщину.

– Что вам известно? – сухо, без эмоций спросил он.

– О чем? – простодушно поинтересовалась Юля.

Янг ничего не ответил, лишь засадил глубоко в стол лезвие своего ножа.

Юля маневр оценила.

– Да что мне может быть известно, если я сижу в этой деревушке и развлекаюсь жаркой котлет? – Котлеты, прикрытые глубокой тарелкой, лежали в миске на столе, издавая раздражающе аппетитный запах.

Янг невольно взглянул на них и, вытащив одну, засунул себе в рот.

– Ну, как? – заботливо спросила Юля, продолжая на всякий случай разыгрывать законченную дуру.

– Суховаты, – небрежно бросил Янг, вытирая жирные пальцы о скатерть.

Юля надулась.

– Спрашиваю второй раз, и последний. Что вам известно?

– То же, что и всем. – Юля постаралась, чтобы ее ответ звучал как можно искренней. – Кто-то убил Шарлотту. Кто, неизвестно, зачем – тоже. Я думала, что убить хотели вас, но промахнулись. А о смерти сэра Патрика я вообще впервые от вас услышала.

Янг с сомнением взглянул на Ползунову.

– Как же вы тогда оказались в Ньюкасле? А ваш супруг, должно быть, из чистого любопытства выведал у меня название юридической конторы?

– Нет, конечно! Сидоров и в самом деле искал юристов, – не моргнув глазом, соврала Юля. – А я решила съездить в Ньюкасл лишь потому, что Василий при мне разговаривал с приятелем и сообщил ему адрес и название юридической фирмы. Тут меня и осенило! – глядя Янгу в глаза, проговорила Юля, не забывая при этом вжиться в только что придуманную историю. Если сам веришь в собственное вранье, есть шансы, что в него поверят другие.

Янг снова колебался. Ползунова смотрела ему прямо в глаза, и ее взгляд был полон неподдельной искренности. Янг тряхнул головой.

– Ваша специальность? – резко спросил он, вцепившись в Юлю инквизиторским взглядом.

– Что?

– Господи! Ты же не всегда сидела на шее у своего борова? Кто ты по профессии?

– А! Историк. Специалист по древней истории. А что? – На этот раз Юля действительно ничего не поняла.

– Твои увлечения? Хобби?

– Да нет у меня никаких увлечений. У меня семья, дети, – ответила Юля по привычке. Стереотипы ее доползуновской жизни были на удивление сильны.

«А может, все же дура?» – опять с сомнением подумал Янг, никак не придя к единому мнению. Она совсем его запутала. Самым простым и очевидным выходом было бы убить ее. Но это же решение было бы и самым опасным. Вокруг нее слишком много людей. Муж, дочь, зять, деревенский дурачок, которого тоже придется убрать, а самое главное, инспектор проявляет к ней не совсем понятный горячий интерес. Держать ее вечно в заточении тоже невозможно. И зачем он вообще с ней связался? Бегала бы себе на свободе, да и фиг с ней.

Янг был в затруднении. Его мозг буквально плавился от напряжения, когда в дверь кухни громко, решительно постучали.

– Том! Это я, Бэзил! – по-хозяйски молотил в дверь мистер Ползунов, раздражение и невроз не покинули несчастного олигарха за время короткого переезда от Гарта до деревни. – Юлька уже вернулась? Да что ты там, уснул, что ли?

Лицо Ползунова темным большим пятном прилипло к кухонному окну. Надежды на то, что его удастся спровадить так же легко, как и инспектора, не было. Но попытаться стоило.

Янг снова сорвал пластырь с бедняги Тома и кивнул ему, чтобы тот отделался от Ползунова, и поскорее.