Волчата голодны всегда - Кирилл Казанцев

– Надо срочно забирать ее из психушки. – В гостиную, присоединившись к разговору, вышел отец Арсений.

– Но как? – пожала плечами Анжела.

– Я помогу, у нас в приходе больничный сторож, сегодня же с ним поговорю, – по-доброму оглядел молодых священник. – А теперь быстро одеваться и умываться! Вы же не собираетесь за стол в таком виде садиться?

– Ой, а я даже забыла, что в ночнушке, – смутилась девушка, убежав переодеваться.

После завтрака вся семья отправилась на утреннюю службу. Народу в церкви было много, как никогда. Все говорили про предстоящий крестный ход, делились своей информацией о грядущей провокации. После окончания службы народ не расходился, взволнованно продолжая обсуждать будущее событие.

– Батюшка, отец Арсений, – к священнику подошел церковный староста. – Вот тут люди волнуются, говорят, что подростки готовятся к побоищу, приготовляют палки, арматуру, травматические пистолеты. Многие опасаются за свою жизнь и здоровье. Что вы им посоветуете? Есть опасность на крестном ходе или нет? Посмеют ли ироды малолетние дойти до такого цинизма?

– Что я могу вам сказать… – задумался ненадолго отец Арсений. – Пусть каждый сам для себя решит, стоит ему идти на крестный ход или нет. Мы решили организовать дружину из крепких мужчин, чтобы они могли воспрепятствовать акции насилия, если та состоится.

– А дружина чем будет вооружена? – поинтересовался кто-то из прихожан.

– Как можно вооружать взрослых людей против подростков, их детей, по сути? – покачал головой священник. – Задача нашего отряда воздействовать на хулиганов словом, вразумить их, призвать к совести. В крайнем случае высказать угрозу, но не доводить до рукоприкладства.

– Легко сказать! А если они первыми нападут? – раздался голос из рядов слушающих.

– Связать можно; ну, если особо рьяные, повалить на землю. Главное – не уподобляться им; в противном случае мы не достигнем цели, ради которой пойдем крестным ходом, – продолжал настаивать на своем священник.

– Вы как хотите, а я с работы жезл возьму, – раздался голос инспектора ДПС, старого знакомого священника.

– Работников полиции просим прийти на крестный ход в форме, – предупредил староста. – У нас около десяти человек в приходе, и если все придут в форме, то молодежь наверняка оробеет.

– Плохо вы ее изучили, – возразил ему все тот же гаишник. – Это их точно не остановит.

– Давайте записывайтесь в дружину! – кинул клич церковный староста.

Когда к листку записи подошел крепкий мужчина, отец Арсений окликнул его. Это оказался сторож психиатрического отделения. Отец Арсений отозвал его в сторонку и обстоятельно рассказал о матери Анжелы, которую поместили в заведение с нарушением всех законов.

– Если это по команде Малахитова, то, значит, здоровая, можно не сомневаться, – подтвердил мужчина. – Они все – родители, насильно помещенные, – полностью вменяемые. Но за ними специальный досмотр. Скорее реального психа выпустят, чем такого пациента.

– Почему? – удивился священник.

– Так за каждого человечка главному врачу проплачено в конвертируемой валюте!

– Помогите моей маме выйти из психушки, – раздался за спинами мужчин Анжелин голос.

– Да, я тоже хотел просить тебя, Сергей Александрович, посодействовать нам в этом, – обратился к нему с аналогичной просьбой отец Арсений.

– Это будет крайне сложно, – насупился мужчина, взвешивая ту степень риска, которую он берет на себя, соглашаясь помочь. Затем посмотрел на девушку, у которой от его слов из глаз брызнули слезы. – Ну, поскольку я вижу перед собой первого подростка, который просит не подержать подольше, а отпустить мать, я только из-за этого помогу. Может, и впрямь что-нибудь изменится в этом городе, – решился он. – Сегодня во время посещения я дам вам комплект медицинской одежды, и она сможет выйти из больницы вместе с вами…

К семи часам Анжела и Георгий прошли в зал посещений больницы, где уже были посетители – две старые женщины, которые пришли навестить своих детей, родителей своих внуков. Бабушки наперегонки жаловались родителям на внуков, и по их высказываниям можно было предположить, что они завидуют им, отдыхающим в больнице и не наблюдающим происходящих кошмаров. Вскоре открылась железная дверь, и в комнату посещений вошла мать Анжелы. Увидев друг друга, они бросились навстречу и обнялись.

– Мама, прости, – стала вымаливать прощение Анжела.

– Не надо просить прощения, дочка, – остановила ее мать. – Я сама виновата, у меня было время все обдумать без эмоций.

– Да нет же, с моего молчаливого согласия тебя положили сюда, – всхлипывая на груди у матери, продолжала свою исповедь дочка.

– Анжи, – как раньше, к совсем маленькой, обратилась к ней мать. – Только сейчас я поняла, что ты говорила мне правду. Видимо, для того, чтобы понять, нужно было остаться одной. Ведь я и тогда сомневалась в Канцибере, но больше всего я боялась под старость остаться одна. Ты выйдешь замуж и уйдешь, а я… никому не нужная, одинокая пожилая женщина… И этот страх заставлял меня всеми силами цепляться за твоего отчима. Прости меня, дочка.

Георгий тактично отошел чуть в сторону, дожидаясь, когда они наговорятся по душам, радуясь, что мать приняла дочку с любовью.

– А это кто? – вытерев слезы, Вера Григорьевна обратила внимание на молодого человека. – Даже сюда дошли слухи, что ты живешь с Николаем Малахитовым. Это, наверное, он?

– Нет, мам, это мой друг Георгий, – пояснила Анжела.

– А где же твой парень? Наверное, не хочет с такой сумасшедшей тещей встречаться? – попыталась пошутить мать. – Стесняется меня, что ли?

– Я с ним рассталась, – пояснила девушка. – И не хотела бы с ним больше никогда встретиться.

Видя недоумение в глазах матери, Анжела начала рассказывать Вере Григорьевне о том, как стала жить с Николаем, как узнала о своей беременности.

– Ты беременна! – Мать от радости не удержала эмоций и всплакнула, прижав к себе дочку. Затем отстранилась. – Так зачем же ты с отцом ребенка рассталась? – В ее голосе проснулись легко узнаваемые учительские интонации.

– Он насильно положил меня на аборт, – огорошила ее своим ответом дочка и рассказала во всех подробностях о своих злоключениях в гинекологическом отделении.

– Вот паскудник! А еще сын таких замечательных людей, – зло сорвалось с уст Веры Григорьевны.

В зал посещений вошел Сергей Александрович. Проходя мимо Георгия, сторож на ходу отрывисто бросил ему фразу:

– Пакет с одеждой в женском туалете, поспешите.

Парень немедленно подошел к женщинам.

– Значит, этот молодой человек тебя спасал? – с благодарностью и лаской во взгляде встретила его женщина.

– Вера Григорьевна, мы пришли сюда для того, чтобы вас украсть, – шепотом сказал ей парень. – Ваша одежда медика ждет вас в туалете. Когда вы переоденетесь, то вместе с нами пойдете на выход. На контроле дежурит наш человек, поэтому мы покинем эту психушку без всяких проблем.