В горах ближе к небу - Наталья Солнцева

Глаза Хакима странно сверкнули. Он опустил фонарь, и вокруг сразу стало темно.

— Что же вы нашли? Сокровища? — спросил Марат.

У него возникло чувство, что он сам спит и видит сон. О каком-то давно забытом приключении из детской книжки про пиратов. Но здесь не было моря. Только горы — уходящие вершинами в черное поднебесье, молчаливые, обдуваемые вековыми ветрами.

— Не знаю, как сказать, — усмехнулся Хаким. — Сокровище это или безделица. Может быть, вы лучше разберетесь?

Он полез за пазуху и вытащил какую-то небольшую вещицу, похожую на шкатулку.

— Давайте присядем, — предложил Марат, указывая на плоский камень. Он забыл про холод и ветер, не в силах оторвать взгляд от «шкатулки» в руках Хакима. — Здесь нам будет удобнее.

В свете фонаря предмет показался Марату смутно знакомым. Это была не шкатулка, а футляр из темного, гладкого и очень твердого материала.

— Он открывается, — сказал Хаким. — Сначала я думал, что он цельный, но потом… Взгляните!

Хаким взял футляр особым образом, за противоположные углы, и тот бесшумно раскрылся. Внутри блестел восьмигранный кристалл с отверстием, в котором находился второй кристалл, только поменьше. Они были вставлены один в другой, наподобие матрешек.

— Черт возьми! — воскликнул «член комиссии», пожирая глазами находку Хакима. — Дайте, я хочу подержать его.

И по внешнему виду, и на ощупь вещица казалась ему знакомой. Но где он мог ее видеть?

— Нравится? — шепотом спросил Хаким и оглянулся.

— Не то слово… — Марат тоже невольно оглянулся, повторяя движение Хакима. — А почему мы перешли на шепот?

— Об этом никто не должен знать. Никто! Ни одна живая душа. Только вы и я!

— Почему?

— Я уверен, что так будет правильно, — убежденно произнес Хаким. — Как только я нашел кристалл, сразу понял — о нем следует помалкивать. Я спрятал его в надежное место. И никому не показывал. Вы первый.

Марат вспомнил, что до сих пор никому не сообщил о золоте: ни о том самородке, который Лариса Мельникова показывала администраторше, ни о том, который ему отдал Вересов. Он так же, как и Хаким, промолчал. Иными словами, скрыл этот факт. Более того, он был уверен, что поступает правильно.

— Дайте фонарь!

Он осветил проем в скалах, уходящие в необозримую высоту отвесные стены… Нет, ничего не вспомнилось. Зато кристалл…

— Боже мой! — он отдал Хакиму фонарь. — Посветите… я хочу еще раз посмотреть. Кажется… Этого не может быть!

Взяв в руки темный гладкий футляр, Марат снова, как наяву, увидел горное плато, Храм Орлов… Что-то похожее было в его «опусах», тех самых всплывших в его сознании картинах далекого прошлого. Тогда при помощи кристалла незнакомцу удалось «проникнуть» в подземный Храм Солнца…

— Ничего не понимаю, — пробормотал он.

Хаким выключил фонарь, и их обступила чернота ночи. Ветер завывал в скалах, как стая диких волков. Луна не показывалась.

— Тише… — прошептал Хаким, наклоняясь к уху Марата. — Вы ничего не слышите?

— Ветер.

— Мне кажется, здесь кто-то есть…

Они некоторое время настороженно прислушивались, но кроме шума ветра, причудливо искажаемого горным эхом, никаких подозрительных звуков не уловили.

— Показалось, — с облегчением вздохнул Хаким. — Давайте поговорим в темноте. На всякий случай. Не возражаете?

— Нет.

Марат был так поглощен «проснувшимися» видениями, что совершенно упустил начало фразы Хакима и включился только, когда тот опять начал рассказывать о своих снах.

— …мне опять приснились горы. Не знаю какие. Я не силен в географии. И в этих горах, вернее, под ними, на большой глубине, в толще породы проложено множество подземных туннелей. Среди них, в самом тайном помещении, украшенном вырубленными из камня колоннами, находится… усыпальница Богов. Они спят там, громадные и неподвижные… в холодных каменных саркофагах… Их золотые лица покрыты драгоценными масками…

— Разве Боги не бессмертны? — спросил Марат.

— Они чего-то ждут… — ответил Хаким.