В постели с Кинг-Конгом - Дарья Донцова

– Очень даже смыслицу, – запальчиво воскликнула Лаврентьева. – Варвара появлялась вечером, ужинала с Надеждой Ивановной, пила чай, ела конфеты, до которых большая охотница, и всегда уходила не с пустыми руками. То унесет домой пару кусков торта, то прихватит колбаски-сырку, заварки, кофе-чаю.

– У меня пенсия крохотная, – зарыдала Варвара Михайловна. – Надя помогала мне по дружбе!

Юлия застучала кулаком по столу.

– Ага! Добровольно-принудительное милосердие. Бороздина одежду давала, подкармливала вас, но вам все мало казалось! Леша мне рассказывал, что он свои деньги, ну, остаток от зарплаты, который Антон Евгеньевич дал, дома хранил, в тайнике. Никто из родных не знал про захоронку. Один раз Лешик купюры пересчитал, а их меньше, чем было! Кто спер?

– Это Таня! – быстро сказала Инина. – Она у матери из кошелька купюры тырила, ее поймали и выдрали!

Лаврентьева неожиданно засмеялась и погрозила пенсионерке пальцем:

– У, ты, хитрюга! А Лешка подозревал, что ты у него воруешь!

Юлия повернулась ко мне:

– Стопроцентно Лешина заначка сейчас в спальне Ининой нашлась, его тайничок-то пустой. Обыщи квартиру Варвары Михайловны, точно обнаружишь еще десять тысяч евро Бороздиной. Я про них не слышала, а подружка закадычная знала. Небось Надежда Ивановна ей указала, куда подкожные спрятала! Алексей банкам не доверял, портниха, похоже, тоже. Инина у них все украла! Вот почему она Таню снотворным опоила! Усыпила девчонку и пошла в их квартире шарить! Ключи у нее есть!

Варвара Михайловна схватилась за сердце:

– Господи, прости ее за клевету!

Юлия сжала кулаки:

– Это она похитила Лену!

Инина икнула, и мне стало понятно, что соседка поражена до глубины души.

– Арестуйте ее, – вдруг попросила Юлия, – примените пытки, она сознается. Где труп девочки, гадина? Алексей в прощальном письме четко написал «соседка». А других у них, кроме Ининой, нет!

Варвара Михайловна начала бледнеть и бессвязно бормотать:

– Да… нет… Боже… я?

– Ты! – решительно подтвердила Юлия.

Я посмотрела на Инину.

– Варвара Михайловна, вам лучше признаться.

– В чем? – простонала старуха.

Я показала на красивую фарфоровую вазочку с орнаментом.

– Симпатичная у вас вещичка на буфете стоит, а к ней в пару лодочка с конфетами, шоколадки называются «Зайчик в глазури». Когда я заходила к Лидии, чтобы сообщить ей о кончине Надежды Ивановны, на кухне у нее был точь-в-точь такой набор: ваза и конфетница. Лидия меня угостила, сказала: «Попробуйте, в Москве таких конфет не сыскать. Мачехе бонбошки клиентка из Екатеринбурга привозит». У вас тоже есть заказчица на Урале?

Инина выпрямилась:

– Фарфоровую пару мне Надя обещала подарить на день рождения, я и взяла свое. Ну не вытряхивать же конфеты? Не скрою, где подруга заначку держала, я знала, Надюша мне говорила: «Варенька, если что со мной случится, деньги твои, не хочу, чтобы они кровососам достались!» Я забрала наследство. Да, нашла случайно еще пачечку, не знала, что она принадлежит Алексею! Думала, это вторая Надина кубышка! Ошиблась! Готова вернуть чужое.

– Тварь, – сквозь зубы процедила Юлия.

Варвара Михайловна посмотрела на меня открытым, ясным взором.

– Зачем люди завещания составляют? Планируют распорядиться своим имуществом, спокойно в могилу сойти. Надежда пожелала, чтобы собранные ею средства достались достойному человеку, а не захребетникам, которые ее трудом пользовались. Она мне часто говорила: «Варюша, забери все, по списку! Посуду, ложки серебряные, деньги».

Вот я и исполнила волю покойной.

Юлия коротко выругалась, а я улыбнулась пенсионерке.

– Вы немного поторопились. Закон велит подождать полгода, прежде чем получить свою долю. Пожалуйста, покажите документ, если Бороздина решила вас обеспечить, она побеспокоилась бы составить необходимую бумагу с печатями.

– Не успела, бедняжка, – с искренностью, достойной восхищения, всхлипнула Варвара, – ничто не предвещало беды. Надюша не жаловалась на здоровье.

– Большое количество лекарств, которые прописал портнихе кардиолог, свидетельствует об обратном, – не согласилась я, – но могу предположить, что Надежда Ивановна не ходила к нотариусу. Россияне боятся оформлять завещание, им кажется: скрепишь листы подписью – и завтра умрешь. Не стану объяснять, насколько это глупо, все равно что не посещать врача из-за боязни, что он найдет у тебя кучу болезней. Но оставим в стороне привычки и страхи граждан. Ладно, завещание отсутствует, но, очевидно, есть список, о котором вы упоминали.

Варвара Михайловна дернулась:

– Не понимаю, о чем речь.

Я вынула телефон и, отправляя Роману очередную, уже пятую за час, эсэмэску, объяснила:

– Ваша фраза о том, как Бороздина твердила: «Варюша, забери все по списку», натолкнула меня на простую мысль, что портниха не торопилась обратиться к юристу, но отдала вам листок, на котором все перечислила. Ну, например: первое. Вазочка и конфетница. Второе. Накопленная сумма в количестве… Сколько вам денег оставила швея? Давайте заглянем в неофициальное завещание.

– Ничего у меня нет, – заюлила Варвара Михайловна. – Надюша отдала устные распоряжения.

Юлия снова выругалась, я с укоризной посмотрела на нее. Понимаю, что нервы у Лаврентьевой не из титана, но некоторые слова женщинам лучше не произносить.

– Варвара Михайловна, вам придется вернуть и деньги и вещи.

– Почему? – разозлилась Инина. – Я взяла свое!

– Ваши действия именуются кражей, – вздохнула я, – ну и взлом до кучи. Хотя я не уверена, как следует классифицировать посещение чужой квартиры в отсутствие ее владельцев.

– Ничего я не ломала! – возмутилась Варвара Михайловна. – Открыла дверь ключами, мне их Бороздина дала.

– Но ведь не для того, чтобы ты сперла кучу всего! – взвизгнула Юлия. – Надо было получить разрешение от Лидии! Иначе это кража!

– Когда ты с Алексеем в койку улеглась, предупреждала Лидку? – зашипела Инина. – Я исполняла волю Бороздиной, воровка здесь ты, крала чужого мужа. Лучше помалкивай, нашлась самая честная.