Жизнь после жизни - Александра Маринина

* * *

Чистяков при слове «термобелье» чуть не поперхнулся.

— Ты что, серьезно? — недоверчиво спросил он.

— Леш, я здесь так замерзла, что готова носить чтоугодно, лишь бы согреться наконец. Бегорский уверяет, что это термобелье —очень хорошая штука. Давай попробуем.

— Ну, как скажешь. Я, конечно, сейчас поеду и куплю,но… Моя жена в кальсонах! Это же уму непостижимо!

Он еще долго удивлялся и возмущался, но пообещал собратьвещи и завтра утром все передать водителю.

На следующий день Настя получила от прибывшего водителяобъемистую сумку с вещами, среди которых оказался новый толстый кашемировыйсвитер. «Спасибо, Лешик», — с благодарностью и умилением подумала она,примеряя пеструю и такую шелковистую на ощупь обновку. В сумке была и толстаякуртка с капюшоном, и две пары джинсов, и сапоги-«луноходы». И еще двеочаровательные яркие коробочки. Настя с недоумением открыла одну из них ивытащила нечто красивенькое, цвета взбесившейся лососины, с цветочками, поформе похожее на кофточку с длинными рукавами, тягучее и очень приятное. Чтоэто, господи? Куда это? Не лето, чай. Во второй коробочке обнаружились тонкиелосины из такой же материи. И только тут до Насти дошло, что это и есть тосамое термобелье, о котором так долго говорили. Ну надо же! В этом только напремьеру в Большой театр.

Она опасливо натянула на себя белье и посмотрела в зеркало.Забавно. Надела джинсы, плотную футболку и новый свитер, влезла в «луноходы» ив куртку с капюшоном. «Ну что, рискнем выйти? — спросила она себя и тут жесо вздохом ответила: — Рискнем, а куда деваться-то? Все равно придетсявыходить».

Она отправилась в зверинец и вывела Подружку. Впервые за всевремя пребывания в Томилине прогулка доставила Насте удовольствие.

* * *

Звонок Вторушина застал Настю в тот момент, когда она послеужина в клубном кафе надевала в гардеробе куртку.

— Анастасия, если вы по-прежнему интересуетесьПолосухиным, то мне сообщили, что в настоящий момент он находится в барегостиницы «Заря», где пьет пиво в обществе некоего человека, в этой жегостинице проживающего. Вы. туда поедете?

— Обязательно. — Она быстро застегнула «молнию» накуртке и накинула капюшон. — Сейчас добегу до гаража, там машина стоит, ипоеду.

— Хорошо. Если что — я на связи. Только я вас прошу…

— Знаю, — оборвала его Настя, выскакивая из дверейна улицу, — не маленькая.

Конечно, Вторушин имел в виду, чтобы она не занималасьсамодеятельностью и не пыталась в одиночку никого задерживать. Да Настявообще-то и не собиралась ничего такого предпринимать. Ее дело — информация, ауж задержания теперь не ее хлеб. На мгновение ей стало горько, но она быстропрогнала такую неуместную сейчас грусть.

Водитель, приставленный к ней Бегорским, был на месте, пилчай в служебном помещении гаража, и уже через минуту они выехали из воротусадьбы и помчались в сторону той части города, где находилась гостиница«Заря».

Полосухина Настя увидела еще с улицы, на которую выходилиокна бара. Валерий Васильевич сидел за уютным столиком, отгороженным отсоседних столов ажурной деревянной стойкой, украшенной искусственным плющом, вкомпании с мужчиной, поразительно подходящим под описание таинственного АркадияВольдемаровича. Послушать бы, как он разговаривает… Настя через окно оцениларасположение столов и поняла, что есть шанс занять очень удобное место, скоторого она сможет услышать если не все, то хотя бы что-то и при этом остатьсяне замеченной для Полосухина.

Она оставила куртку в гардеробе и поймала на себенеодобрительный взгляд администратора, выразительно посмотревшего на ее«луноходы». В такой обуви и в бар приличной гостиницы! Позор. Настя решилапренебречь общественным мнением и решительно прошествовала в сторонуприглянувшегося ей столика. Полосухин оказался прямо у нее за спиной, за тонкойдеревянной перегородкой-стойкой. Слышно было не очень хорошо, собеседникиобщались, понизив голос, а из укрепленной под потолком колонки доносились звукитяжелого рока, но кое-какие отдельные слова Насте удавалось разобрать. В целому нее сложилось впечатление, что собеседник Полосухина настаивает наосторожности и аккуратности, а Валерий Васильевич усмехается и гарантирует, чтовсе будет в ажуре. В какой-то момент музыка смолкла, вероятно, меняли диск, иНастя услышала целую фразу, произнесенную незнакомцем. Точнее было бы сказать,не фразу, а ее мелодию, потому что ни одного слова она разобрать снова несмогла, но зато уловила интонацию, уходящую вверх. Теперь сомнений неоставалось, это и есть загадочный Аркадий Вольдемарович. Нашелся, потеряшка!

Ну и что теперь делать со всем этим? К столику Полосухина иего приятеля подошел официант, и Настя услышала, как они заказали еще пива.Значит, пока не уходят. Она осторожно выбралась со своего места и выскользнулав холл, где снова наткнулась на полный подозрений взгляд администратора, ипозвонила Вторушину.

— Илья, Полосухин здесь вместе с АркадиемВольдемаровичем, которого мы с вами безуспешно искали. У вас есть какие-нибудьидеи?

— А какие могут быть идеи? — равнодушнооткликнулся капитан. — Задерживать их не за что, даже если вы абсолютноправы и все безобразия в усадьбе придумали и осуществили они. Это ненаказуемо,это тянет только на мелкое хулиганство, да и то с трудом. А доказательств ихпричастности к убийствам у нас нет.

Настя понимала, что он прав. Была бы она при погонах и приудостоверении, она бы придумала, как и о чем поговорить со сладкой парочкой, атак… Кто она? Социолог из столицы? Даже если она частный детектив, все равноникаких прав у нее нет.

— И что, без вариантов? — безнадежно спросила она.

— Ну почему же, — усмехнулся Вторушин. —Варианты есть всегда. Как вы думаете, сколько они еще пробудут в гостинице?

— Минут двадцать как минимум, они только что заказалиеще по бокалу пива.

— Ладно, я сейчас подъеду. Задержим, потрясем,попугаем. Все будет в лучшем виде. Если они соберутся уходить, постарайтесь ихзадержать. Сможете?

— Как-нибудь, — вздохнула Настя.

Да, особого рвения в раскрытии двух убийств у местных оперовне наблюдается. Впрочем, это касается только Вторушина, потому что Федуловвроде бы демонстрирует полную готовность… Хотя как знать, может быть, этотолько демонстрация. Что им две пенсионерки? У одного убийства давность — безмалого год, у другого — почти четыре месяца, если до сих пор голову занераскрытие не сняли, так чего напрягаться? Вон каждый день что-то происходит,новые дела сыплются как из рога изобилия, с ними бы разобраться. Конечно,Федулов что-то такое говорил насчет того, что спать спокойно не может, покаманьяк по городу разгуливает, но это только слова. А на деле совсем иначевыходит. То до него не дозвониться, то он не считает нужным сообщить новуюинформацию. Никому ничего не нужно.