Ледяной свидетель - Алексей Макеев

– А вы расскажите какую-нибудь! – попросил Лев.

– Вот сейчас примем по второй, и расскажу, – пообещал банкир. – А то что так, на сухую, сидеть? – И разлил по стопкам еще раз.

– Погодите, погодите! – вмешался «учитель Святослав», останавливая охотников, уже готовых выпить. – Мы что же, только пить будем? Так не годится. Этак и спиться можно. А закусить?

– Да, закусить нужно, – согласился Суржиков. – Только я на этот раз как-то ничего не припас…

– Это не страшно, – успокоил его Угланов. – Вы не припасли, зато я позаботился, кое-что с собой принес… Вот Никита сейчас порежет, и будет у нас закуска.

Молчаливый молодой человек открыл рюкзак, достал из него кусок балыка, палку копченой колбасы. Затем извлек из висевших на поясе ножен длинный нож, быстро порезал закуску на ровные аккуратные кусочки и подал охотникам. Сам он при этом, как и прежде, не произнес ни слова.

– Ну вот, – удовлетворенно проговорил Угланов, когда все процедуры были закончены, – теперь и по второй можно.

– Ну что, за точный прицел? – предложил Суржиков.

– И за верный глаз! – добавил Сыромятников.

Охотники выпили, потянулись за закуской. Гуров подумал, что выпивка и закуска здесь соответствуют друг другу – все просто отличное. Было приятно сидеть, прислонившись к теплому стволу дерева, вдыхать чистый лесной воздух и чувствовать приятную усталость. «Сейчас самое время послушать какую-нибудь историю», – подумал он.

Видимо, не у него одного мысли шли тем же путем.

– Ну что, Иннокентий Илларионыч, давай, рассказывай свою историю, – произнес следователь Тонких. – Сейчас самое время расслабиться, байки охотничьи послушать.

– Что ж, можно и рассказать, – согласился Суржиков. – Было это лет пять назад. В то время я еще имел некоторую надежду приобщить свою супругу к жизни на природе. У нас была своя компания, вроде вот нашей, только поменьше. В нее входили два моих приятеля, одного звали Сергей, а другого Владимир. Сергей, как и я, увлекался охотой, а Владимир любил с удочкой посидеть. И вот пристрастились мы ездить в Пензенскую область, на реку Суру. Места там достаточно глухие, нет опасности, что соседи понаедут, музыку какую включат. А если лесники или егеря пожалуют, у нас документы в порядке, да и так договориться можно. Выбрали мы удобное местечко на реке и стали туда на машинах ездить.

– И сколько ехать приходилось? – поинтересовался следователь.

– Часов за шесть добирались. С утра выедем, а после обеда уже на месте. Мои друзья ездили с женами, Юлей и Аллой, и только я был словно холостой. Вот они меня и шпыняли: что, мол, ты свою супругу не вытащишь на природу? Ну, и я решился: надо! Поговорил с женой, расписал ей прелести закатов на реке, купания, сосновый запах, все такое… Согласилась моя Настя. Я, естественно, принял все меры, чтобы она не испытывала никаких неудобств. До этого у меня просто была большая палатка с тентом. Теперь купил другую, надувную, с полом, с окошками. В общем, натуральный домик. Кровать раскладную в джип загрузил, стол со стульями. Одним словом, дача, а не бивак.

И вот приехали, разгрузились, обосновались. Настя огляделась и вроде осталась довольна. Поморщилась, правда, что ватерклозета с биде нет, приходится в кустики ходить…

– Надо было вам, Иннокентий Илларионович, туда еще биотуалет завезти, – иронически посоветовал Угланов.

– Вот только биотуалета мне и не хватало, – отозвался банкир. – А еще телевизора с 3-D и супермаркета с суши-баром… Нет уж, это уже не бивак получается, а турбаза, а я до них небольшой охотник. Так вот, поморщилась моя Настасья, но вроде смирилась. В речке искупалась, по лесу побродила – все хорошо. Настал вечер. Сели мы у костра ужинать. И тут комарье налетело. Моя супруга давай возмущаться: что такое? Ужас! Жить невозможно! Ну, я распылил вокруг целый баллон аэрозоля, ей лицо и руки намазал – отстали комары. Выпили по одной, сидим, как сейчас, байки травим. И вдруг – раз, пролетает мимо костра кто-то! Прямо над головами! А потом еще! Анастасия Юрьевна, натурально, в панике: что такое? Я объясняю: это летучие мыши, на комаров охотятся, хотят, чтобы тебя меньше кусали. «Нет! – кричит жена. – Не хочу мышей! Они мне в волосы вцепятся! Убери сейчас же!» Я начинаю объяснять, что убрать мышей невозможно, это все-таки не комары, но бояться их не надо, они безвредные. И тут, в разгар моих объяснений, накрывает небо огромная тень, примащивается на ближайшей сосне. И оттуда доносится такое…

Тут банкир Суржиков сложил обе ладони хитрым образом, приставил ко рту и издал пронзительный то ли крик, то ли уханье.

– Ага, филин закричал! – первым догадался Сыромятников.

– Точно, филин! Что тут с моей супругой сделалось – описать невозможно. Глаза закрыла, уши заткнула и давай кричать: «Немедленно увези меня отсюда! Тут звери! Темные силы! Они ночью накинутся! Подстерегут! Минуты здесь не останусь!» И в палатку бросилась.

Сцена, мастерски изображенная Суржиковым, вызвала дружный хохот собравшихся. Улыбнулся даже хмурый юноша Никита.

– Я опять начал ее успокаивать, – продолжил свой рассказ банкир. – И только убедил выйти из палатки, как вдруг на реке раздается плеск, и там появляется что-то темное. Впечатление такое, что из глубины рыба-кит выплывает. Правда, через секунду уже стало ясно, что это всего лишь плоскодонка: рыбаки снизу плывут на веслах. Но для моей Анастасии Юрьевны это стало последней каплей. «Комары! – кричит. – Мыши! Звери на деревьях! И еще бродяги на реке! Ночью выйдут, нас зарежут! Вези меня отсюда сию минуту!» Ничего не поделаешь, пришлось увозить. Причем вот какой примечательный факт: эта ее истерика оказалась заразительной. Алла, супруга моего друга Владимира, до этого против нашего отдыха на природе не высказывалась. Восторгов особых тоже не проявляла, но не протестовала. А тут тоже заявила, что желает немедленно уехать. Так что я чуть ли не в полночь завел машину и повез обеих женщин в Пензу. И с тех пор моя Анастасия на природу нос не показывает, и я ее туда не зову. Так и не пригодилась нам надувная палатка, пылится сейчас где-то в подсобке.

Рассказ Суржикова понравился компании, наградой рассказчику был дружный хохот. Вслед за банкиром и другие стали вспоминать смешные случаи со знакомыми, впервые попавшими на природу.

– Давайте и я вам расскажу нечто подобное, – предложил «учитель Святослав». – Рассказ, возможно, получится не такой смешной, но… В общем, сами оцените.

Гуров заметил, что как только Угланов приготовился рассказывать, его молчаливый ученик Никита подошел ближе, достал диктофон и включил его на запись. «А ведь они, наверное, всегда так делают, – подумал Лев. – Записывают каждое слово своего учителя, чтобы сохранить его для потомства».

– Дело происходило лет десять назад в Сибири, где я тогда жил, – заговорил Угланов. – Я как раз начал делиться с людьми пришедшим ко мне Знанием, люди ко мне потянулись, и вокруг образовался кружок учеников – вот как и здесь. И как-то так получилось, что многие из пришедших в кружок оказались людьми очень замкнутыми и никогда не выезжавшими на природу. А я ставил целью их разомкнуть, открыть перед ними весь мир. И задумал, помимо наших обычных тренингов, которые проходили в одном доме культуры, вывезти своих учеников на природу, а именно на Ангару. Потому что оказалось, что половина группы – вы не поверите! – живя в Иркутске, совсем рядом со знаменитой рекой, никогда на ней не была, только в черте города ее и видели. Ну а следующая поездка у нас была запланирована, естественно, на Байкал.