Сокол и Ласточка - Борис Акунин

Обидней всего, что расчёт его оказался верен: из Европыпришло известие о войне и рейд на Сан-Диего был совершенно законен.

О том, что Испания и Англия теперь враги, корсарыдогадались, когда форты Сан-Диего открыли по кораблям с британским флагомзалповый огонь без предупреждения.

Едва ли не первым же ядром на «Бешеном» с бизани сбилонижнюю рею, обломок которой упал на мостик и размозжил счастливчику Сандерсуголову. Второй залп был почти столь же злополучен, ибо переломил грот-мачту напятидесятипушечном «Дербшире», самом мощном корабле эскадры, выведя его из боя.

В таких обстоятельствах, после гибели адмирала, следовалоспустить его штандарт и уносить ноги, пока береговые батареи не перетопили всесуда. Но Пратт поступил иначе. Он оставил вымпел Сандерса развеваться нафлагштоке, поднял сигнал «делай, как я» и повёл корабли вперёд. Шесть раз онипрошли линией параллельно укреплениям, выпустив по ним не одну сотню ядер ибомб. Батареи умолкли одна за другой — орудийная прислуга не выдерживала огня иразбегалась. Наконец, на крыше губернаторского дворца подняли белый флаг. Городсдался.

Когда победители высадились, они увидели, что Сан-Диегопуст. Жители скрылись в окрестных горах, забрав с собою всё сколько-нибудьценное и даже угнав домашний скот. В домах было нечего взять кроме кухоннойпосуды да мебели. Ну а золотой караван, должно быть, уже встретился с мощнымконвоем, высланным ему навстречу из Гаваны.

Капитаны набросились на Пратта с упрёками, виня его забессмысленные потери. Казалось, экспедиция закончилась полным провалом.

И тогда Невезучий Корсар проявил истинное величие. Можносказать, совершил грандиознейшее открытие в корсарском деле.

«Да, золото уплыло, и грабить в Сан-Диего нечего, — сказалон. — Но скажите мне, приятели, что во всяком городе стоит дороже всего?»

Они не знали.

«В большом и красивом каменном городе дороже всего стоятдома. Смотрите, тут есть великолепные храмы, дворцы, особняки, купеческиеслады, мастерские. Всё это наше. Захотим — спалим или разрушим. Но мы немонстры. Мы готовы продать эту недвижимость местным жителям по разумной таксе».

И он отправил сбежавшему губернатору письмо с деловымпредложением. Каждой из построек города была назначена цена. Если владелецпривезёт выкуп, сохранность имущества гарантировалась. Дома тех, кто незаплатит в течение трёх дней, будут сожжены. Пратт давал своё капитанскоеслово, что никто из доставивших выкуп не будет задержан или ограблен. К письмуприлагался подробный реестр-ценник, над составлением которого корабельные писцыпросидели два дня и две ночи. Дороже всего был оценен превосходныйгубернаторский дворец (в сто тысяч пиастров) и кафедральный собор Святого Диего(в шестьдесят пять). Самые маленькие хибары в предместьях шли всего по сотне.Как наиболее дешёвые, они были предназначены к разрушению первыми.

На четвёртый день грянули взрывы. Чтобы избежать всеобщегопожара, корсары начали уничтожать дома в тесных небогатых кварталах при помощипороха.

Нашлась какая-то небоязливая женщина, которая рискнуласпуститься с гор и высыпала из узелка горсть монет. Её скромный домик былоставлен в целости и сохранности, а саму сеньору беспрепятственно отпустилиобратно.

После этого в город хлынул целый поток встревоженныхдомовладельцев. Ни один из них не был обманут.

К исходу дня в назначенных для выкупа местах образовалисьдлиннющие очереди. Золото и серебро тщательно взвешивали и пересчитывали,складывали в сундуки. На выкупленное имущество навешивалась печать ДжеремиПратта.

Явился губернатор, чтобы спасти свой чудесный дворец, совсемнедавно выстроенный из привозного итальянского мрамора.

Настоятель собора долго торговался, пытаясь сбить цену,взывал к благочестию и пугал небесной карой за святотатство, но Праттпапистских угроз не устрашился и получил от клириков сполна — и за храм СвятогоДиего, и за все остальные церкви, часовни и монастыри.

В результате четырёхдневной торговой операции, в ходекоторой порт Сан-Диего по кусочкам выкупил себя у корсаров, на флагманскомкорабле собралось сокровище, которое не снилось ни одному золотому каравану.Многие вельможи и купцы расплачивались драгоценными камнями — по той простойпричине, что, спешно покидая город, они главную часть своих богатств зарыли вземлю или спрятали в укромных местах, а алмазы, изумруды и рубины увезти былонетрудно. Не доставать же из тайников при корсарах зарытое золото и серебро?Губернатор, например, за мраморный дворец отдал большой круглый бриллиантредкой розовой окраски.

Но и золота с серебряной посудой у жителей Сан-Диего быловзято невиданное количество.

С этой умопомрачительной добычей победоносная эскадра вышлав море. Делёж предполагалось произвести по возвращении, с соблюдением всехпредписанных королевским законом формальностей.

Однако злая судьба Невезучего Корсара опять нанесла удар.Невесть откуда, при яснейшей погоде, вдруг налетел страшный смерч и разбросалкорабли во все стороны. Три остальных судна, сильно потрёпанные, в конце концовприбыли одно на Барбадос, другое в Бриджтаун, третье сдалось французам наТортуге. Но «Бешеный», вместе с командой, сокровищем и капитаном Праттом,сгинул бесследно.

«Так и пропала самая большая в истории корсарская добыча», —с горьким вздохом завершил Логан свой рассказ.

Мичман Проныра спросил: «А может, этот ваш Пратт простосбежал со всеми трофеями и сейчас живёт где-нибудь припеваючи?»

«Где? — пожал плечами ирландец. — Такое богатство неспрячешь. И потом, он ведь на „Бешеном“ был не один. Хоть экипаж сильнопоуменьшился после боя в бухте Сан-Диего, на борту оставалось почти восемьдесятдуш».

Мы ещё долго обсуждали эту историю, действительнозахватывающую и таинственную. Но самое загадочное произошло в конце разговора.

«Что-то я нынче разболтался, — быстро проговорил Логан,услышав за дверью шаги. — Про сокровища Пратта молчок, ясно? Потом объясню…»

Вошёл Дезэссар и удивился всеобщему молчанию.

Так я и не поняла, почему Гарри не пожелал продолжитьразговор при капитане. Что ж, подожду объяснений.