Любовь и смерть в толпе - Наталья Андреева

Та кивнула. Борис бросил на Самохвалова внимательный взгляд. Люба насторожилась. Нет, показалось. Потому что Борис сказал:

— Я с самого начала был уверен, что преступник засел в совете директоров. Кто-то крупно играет против Климова. Хочет прибрать к рукам его акции и, приплюсовав к своим, получить контрольный пакет. Да что там! С таким количеством акций он все получит! Всю компанию! Игра стоит свеч! Это ж десятки миллионов долларов! Сотни!

— Список дадите мне, — буркнул Стас. — Членов правления. Я попробую поговорить с ребятами.

— С какими ребятами? — насторожился Борис. -Из милиции?

— Нет. Они — подростки. Свидетели сегодняшней акции.

— Ах, свидетели! Ну попробуйте.

— А вы? — в упор посмотрела вдруг на Бориса Люська. — флэш-мобом не интересуетесь?

Борис рассмеялся. Убийство Колосова, так же как и убийство Шестакова, не произвело на него особого впечатления. В первый момент он, конечно, был в шоке, но быстро оправился. Его интересовали прежде всего бумаги, добытые детективами. Никак не погибшие люди.

— Нет, я не интересуюсь флэш-мобом, — голос помощника Климова был спокоен.

— Все, разошлись, — хмуро сказал Стас. — Катя, я вас провожу.

— На автобус? — усмехнулся Борис. — Нет уж, позвольте мне довезти до дома прекрасную леди. К тому же надо выяснить у нее, кто из работающих в агентстве детективов еще остался в живых. Дело надо довести до конца.

— Плохой юмор, — заметил Стас.

— А что я должен сказать по этому поводу? -ощерился Борис. — Пусть убитых оплакивают их родственники. Мне же надо работать. Иначе Климов меня с кашей съест! А я жить хочу. Катя, садись в машину.

Та кивнула и тут же упорхнула. Борис махнул им рукой: пока, мол. И двинулся следом. Самохвалов дернулся было, но Люба схватила его за рукав и придержала. Когда Борис и Катя уселись в машину, Стас возмущенно сказал:

— Да что ты ко мне прицепилась?! Каждый раз, когда я хочу с ней поговорить, ты меня удерживаешь!

— Заботится о твоем моральном облике, — ехидно сказала Люська.

— Стас, Катя… как бы тебе это сказать? Словом, у нее кто-то есть, — решилась Люба.

— Да? А почему она мне этого не сказала?

— А разве по ее поведению и так непонятно?

— Психолог, — буркнул Стас. — Много ты понимаешь. Может, я просто хотел с ними до дома доехать? На его новенькой «БМВ»?

— Я тебя подвезу, — вызвалась Люська.

— Да, Стас, — напомнила Люба. — Мне ведь совсем в другую сторону. Так что садись в машину Людмилы.

— Я… — Самохвалов вдруг побледнел. — У меня сегодня дежурство. Дела на работе. В общем, метро… Метро надежнее. Там пробок нет. И вообще…

Он все мямлил, пятился при этом, пятился, а потом вдруг резко развернулся и почти побежал к метро.

— Что это с ним? — удивленно спросила Люська.

— Ты что, не видишь? Человек сгорает на работе!

— Да? Несчастный! Жениться ему надо!

Рецепт на все случаи жизни у Люськи был один. Холостому — жениться, женатому — развестись. С тем, чтобы жениться снова, но уже на другой женщине. Если уж хочешь круто изменить свою жизнь — начни с самого начала, то есть с загса, с появлением нового штампа в паспорте. Сама Люська большую часть жизни была в поиске.

— Ладно, поехали по домам, — сказала Люба лучшей подруге. — Тяжелый был день.

— А красивый мужик этот Борис, — заметила Люська. — Только…

— Что только? — насторожилась Люба.

— Доверия не вызывает, вот что. Весь какой-то обтекаемый. Скользкий. Не ухватишь. Как профессионал тебе говорю. Уж я-то на своем веку мужиков повидала!

— Кася-то ухватила.

— Думаешь? Погоди — вывернется.

— Посмотрим.