Телохранитель, или Первое искушение - Екатерина Гринева

– Вроде все, – сказал Земцов, обводя пространство взглядом.

Несмотря на то что обстоятельства, при которых мы снова встретились, были ужасны и чудовищны, я была рада тому, что судьба опять свела нас вместе.

Мы стояли и медлили.

– Выходим, – сказал Андрей. – Правда, навряд ли нам дадут спокойно уйти, – его губы скривились в усмешке. – Обычно Чалый не ходит один. Где-то его амбалы поджидают. Как пить дать.

– И что делать?

– Они наверняка караулят около входа. И о том, что их вожак убит, не знают. Иначе пришли бы сюда, – рассуждал мой спутник. – Тогда… надо уходить через другой вход. Он здесь есть?

Я покачала головой.

– Нет.

– Остается окно. Выбираемся через то, которое выходит на противоложную сторону. Хорошо, что первый этаж. Где оно? Ты тут лучше меня ориентируешься.

Я сглотнула.

– В кабинете.

– Идем. Уходим по-быстрому и тихо.

– Свет гасить? – cпросила я. – Когда я подъехала, он здесь горел.

– Нет, оставим как было. Раз в маленькой комнате горел свет – пусть горит.

…Мы выбираемся через окно со всей осторожностью, на которую способны. Вроде бы нас никто не видел. Вокруг никого нет, и мы снова смотрим друг на друга.

– Никого…

– Я на машине.

– Где она? Если около входа…

Я качнула головой.

– Нет. Я припарковалась у соседнего дома. – И махнула рукой в нужную сторону.

Андрей кивнул.

– Это хорошо.

Мы бегом бежим к машине. Я долго не могу справиться с зажиганием. Мои руки дрожат от волнения, а Земцов не делает никаких попыток как-то разрядить обстановку, успокоить меня.

– Может, поведу я?

– Давай, – охотно согласилась я, хотя раньше никому не давала водить свой «мерс».

Мы поменялись местами. Мне ужасно хотелось спросить, куда мы едем, но я боялась нарушить тишину, услышать не то, что хотела бы…

Мы ехали в молчании. Временами я украдкой смотрела то на Земцова, то на улицу за окном. Проезжавшие мимо машины освещали бесстрастное лицо Андрея, его крепкие руки, спокойно лежавшие на руле, и я вдруг поймала себя на том, что хочу ехать так вечно: мне не хочется, чтобы наше путешествие заканчивалось…

Наконец я поняла, куда мы едем – ко мне домой. Он просто подвозит меня до дома. Джентльменское решение.

Внутри меня нарастала паника. Еще немного – и конец пути.

Андрей притормозил около дома.

– Приехали.

Я молчала. Он тоже молчал.

– Значит, так… – начал он, и я вся подобралась. – Нехорошо оставлять тебя наедине с твоими проблемами. Неизвестно, как поведут себя сообщники Хатонцева. Оказалось, что они еще живучи и способны делать пакости.

Он говорил шутливым тоном, и от этого жуткое напряжение, в котором я находилась всю дорогу, потихоньку рассасывалось, отпускало. Я робко улыбнулась.

– Тогда договариваемся так. Я живу пока у тебя. Мне все равно негде, – прибавил он. – И помогаю тебе разыскать деньги и бумаги депутата. Мне так будет спокойней.

– Значит, ты не бросишь девушку в беде, – подхватила я его шутливый тон.

– Не брошу, не брошу. Ты хорошо знаешь жену Бори?

– Последнюю? Виделась пару раз.

– Завтра ей сообщат.

– Да…

Мы поднялись ко мне.

– Есть будешь? – спросила я, когда, раздевшись, мы прошли на кухню.

Земцов немного помедлил с ответом.

– Можно. Я с утра ничего не ел.

Я поняла, что мне следует быть очень осторожной и следить за собой, чтобы не оттолкнуть его. Такие мужчины не отходят быстро. Им для всего нужно время.

Есть такие, которые загораются сразу, но их хватает ненадолго. У легковоспламеняющихся мотыльков чувства проходят быстро: очаровательная трепотня, фонтан комплиментов, бурная постель и… разбежались в разные стороны.

Земцов… здесь все по-другому. Таких трудно, очень трудно завоевать. Но они того стоят… С ними испытаешь такую глубину чувств, такой восторг и трепет, каких не будет ни с кем и никогда.

Настоящих мужчин нельзя торопить, нельзя подталкивать. Их можно только ждать. Сколько? Вопрос не ко мне.

Мы легли спать. Я в своей спальне. Земцов в гостиной. Утром, за завтраком, не глядя на меня, он сказал:

– Повтори еще раз то, что случилось тогда в твоем офисе. Постарайся ничего не упустить.

Я подавила вдох и шаг за шагом воссоздала картину того дня, когда обнаружила пропажу Стаса вместе с деньгами и бумагами Дмитриева.

Я рассказывала, временами делая паузы и всматриваясь в лицо Земцова, как бы пытаясь прочитать его реакцию. Но на лице ничего не отражалось.

– Все? – он бросил на меня испытующий взгляд.

Я закусила губу. Черт! Рассказывать о Марго или нет?

– Мы же договорились: ты будешь откровенной.

Я решила рискнуть: была не была. Конечно, могла бы и промолчать о Марго, но если мы решили говорить все, то не надо позволять маленькой лжи разрушить доверие, возникшее между нами.

Это вопрос честности перед самой собой. Не более того.

– Нет, есть еще один момент.

– Говори!

– У Данько обнаружилась любовница.

Я ожидала от Земцова насмешки или ироничного возгласа, но он ничего не сказал, и я была благодарна ему за это. Насмешка ранила бы меня.

– Кто она?

Я пожала плечами.

– Некая Марго. Маргарита.

– Как фамилия?

– Не знаю. Паспорт я не спрашивала, – пыталась пошутить я.

Но Андрей был серьезен и никак не отреагировал на мой юмор.

– Ты с ней виделась?

– Да.

– Когда и при каких обстоятельствах? Как ты вообще узнала о ней?

На эти вопросы нужно было отвечать по порядку.

Я рассказала ему о переписке Стаса и о том, что послала ей письмо. Потом перешла к нашей встрече на «Третьяковской». Земцов не перебивал меня.

– Подожди! Она не выразила удивления, что Данько пропал?

– Почему? Удивилась.

– Как давно они были знакомы?

– По ее словам, полгода.

– Кем она работает, не сказала?

– Сказала: в стриптизе. И еще она студентка МГИМО.

Брови Андрея взлетели вверх, но он ничего не сказал.

– А теперь опиши мне ее внешность.