Вставная челюсть Щелкунчика - Дарья Донцова

Пока Никита ходил за диктофоном, в комнате стояла тишина. Мне показалось, что воздух в гостиной сгустился и напоминал сильно накачанный матрас, который медленно и плавно опускается сейчас на мою голову. Может, хорошо, что у меня нет детей? Никогда не знаешь, что вырастет из очаровательного младенца, который со счастливой улыбкой тянет к тебе ручонки. Большинство женщин мечтает произвести на свет вундеркинда, который покорит мир. Но ведь может получиться такой, как Никита! Умный и гадкий.

– Вот, внимайте, – произнес он, кладя на стол плоскую крохотную пластинку.

– Это звукозаписывающее устройство? – поразилась я. – Оно размером со жвачку!

– Объяснить принцип его работы? – с издевкой осведомился Кит. – Мне это раз чихнуть!

– Видишь перед собой техническую идиотку, – смиренно произнесла я, – лучше включи прибамбас, мне даже с этой задачей не справиться.

– Там много ерунды сохранено, – деловито заметил подросток, – но два разговора весьма примечательны. Первый в адвокатской конторе. Вот.

В комнате зазвучал голос покойной Петровой:

– Добрый день.

– Здравствуйте, присаживайтесь. Я Родионова Марина Викторовна. Как к вам обращаться?

– Галина Сергеевна.

– В чем проблема, Галина Сергеевна?

– Меня обворовали.

– Вскрыли квартиру? В полицию вы обращались?

– Нет. На улице ко мне подошел юноша в костюме медведя и предложил отгадать загадку, – всхлипнула Петрова.

Я внимательно слушала рассказ пенсионерки о том, как она пару раз ответила правильно, заработала двести рублей, согласилась принять участие в суперигре и села в мини-вэн…

– Вы добровольно отдали им все свои накопления? – поинтересовалась адвокат, когда клиентка замолчала.

– Они меня загипнотизировали, – закричала мать Кати, – сначала у меня голова закружилась, затуманилась, я ничего не соображала, слабо помню, как поднялась в квартиру, достала все деньги, спустилась снова на улицу и отдала их мужчине в автобусе. Очнулась в подъезде дома, словно проснулась. С пустыми руками.

– Вас не подвергали насилию?

– Издеваетесь? Я давно на пенсии.

– Я имела в виду другое. Вас заставляли что-то выпить? Ударили? Требовали денег, угрожая вашей жизни?

– Нет. Мужчина был очень вежлив, я просто хотела получить три миллиона евро, столько обещали в случае выигрыша.

– Вы отдали сумму добровольно?

– Да.

– Без принуждения?

– Да.

– В этом случае вы ничего не вернете.

– Почему! – взвизгнула Петрова. – Они мои накопления забрали.

– Вы сами приняли решение расстаться с ними.

– Меня загипнотизировали.

– Это невозможно доказать. Помните марку машины?

– Автобус. Маленький. Без окон. Дверь в сторону отъезжает.

– Номерной знак?

– Не видела его.

– Цвет мини-вэна?

– Черный, нет, синий… хотя… серый или темно-зеленый… не помню. Темный он.

– Может, примета какая-то в глаза бросилась? Вмятина на кузове? Наклейка, надпись.

– Нет. Смеркалось уже, я не видела ничего такого.

– А внутри что?

– Сиденья друг напротив друга, столик, компьютер, – перечисляла Галина Сергеевна, – там полумрак был, экран ярко горел, у меня прямо глаза заломило.

– Мужчина как выглядел?

– Обычно. Глаза, рот, нос, очки, борода, кепка с большим козырьком.

– К сожалению, я вам помочь не могу, потому что…

– Вы с ними заодно! – зашумела Галина.

Никита остановил запись.

– Дальше неинтересно, бабка ругается и уходит.

– А вторая запись? – поинтересовался Степан.

– Она сделана в другой день в «Архимеде», – пояснил Кит, – вечером, когда все учащиеся ушли – москвичи домой уехали, а иногородние в жилой корпус уплюхали. Бабка тогда к Валентине Федотовне приехала.