Мистическая Москва. Башня Якова Брюса - Ксения Рождественская

В кабинете следователя было душно. Саша тоскливо посмотрел на форточку, но та была плотно закрыта, и очевидно, открывать ее никто не собирался. Валерий Федорович молча листал тонкую папку и все время вздыхал. Наконец, дверь распахнулась, в кабинет вошел молодой паренек и молча положил ему на стол несколько листов бумаги.

– Результаты экспертизы, – пояснил следователь, немного оживляясь.

Но по мере того, как он просматривал документы, его лицо вновь принимало хмурый вид.

– Замечательно! – едко сказал он и отложил бумаги в сторону. – Кто бы сомневался!

– Ну, что там? – осторожно поинтересовалась Люда.

– Ничего! Известно, что смерть наступила в промежутке от трех до четырех часов утра. Но ни следов, ни отпечатков пальцев… Неизвестно даже, каким орудием пользовался убийца, чтобы расчленить Суслову.

Почему-то Сашу это совсем не удивило. Призраки не оставляют следов, пронеслось в его голове. Это ясно даже младенцу. Как бестелесное существо может оставить следы, если ему нечем их оставлять?

– Рассказывайте, – вдруг сказал Валерий Федорович и посмотрел сначала на Люду, потом на Александра.

– О чем? – удивился парень.

– О том, что у вас происходит.

Саша с Людой переглянулись. Ему вовсе не хотелось ничего рассказывать. С одной стороны, Саша считал, что говорить о Брюсе нет никакого смысла. Разве сможет полиция поймать призрака? Но с другой – он понимал, что дело серьезное. Убит уже второй человек, и оба трупа висят на Валерии Федоровиче. В принципе, если он расскажет эту историю, никакого вреда не будет. Вопрос в том, поверит ли ему следователь.

Приняв решение, Александр достал из кармана письмо, оставленное Владимиром Яковлевичем родственникам, и передал его Валерию Федоровичу. Тот пробежался глазами по бумаге и кинул на Сашу быстрый взгляд.

– А теперь послушайте то, что нам удалось раскопать о Якове Брюсе, – произнес Саша и, устроившись поудобнее, принялся пересказывать те истории, которые уже поведал наследникам Брюса.

Следователь слушал внимательно и ни разу его не перебил, хотя пару раз он порывался что-то сказать.

С каждым своим словом Саша все больше смущался и понимал, что в кабинете следователя его рассказ звучит совсем иначе, чем в гостиничном номере. И если бы он был на месте Валерия Федоровича, то не поверил бы ни единому слову.

Под конец рассказа Люда тоже начала хмуриться. Очевидно, история и впрямь получалась недостоверная.

– И вы во все это верите? – спросил следователь, когда Саша закончил говорить.

– А мне больше ничего не остается, – пожал он плечами.

– Допустим. Но вы историк, вам положено копаться в архивах, собирать факты и легенды, но вы, Людмила Аркадьевна! – он перевел взгляд на Люду. – Неужели вы тоже поверили в подобную ерунду?

– Я видела того старца своими глазами, – вместо ответа сказала она.

– А потом он исчез?

– Исчез, – кивнула она.

Валерий Федорович хмыкнул.

– Но почему вы нам не верите? – удивился Саша. – Множество фактов говорят о том, что старец существует. Его видели многие люди. Он всегда появляется в одном и том же месте.

– А как вы себе это представляете? Даже если я поверю, как мне донести эту информацию до начальства? Да меня ребята засмеют! У меня на руках два трупа, а я буду им рассказывать о Якове Брюсе, который мстит своим родственникам.

– Но ведь это правда, – сбавил тон Саша. – И потом, почему вы решили, что Афанасия стала жертвой насилия? Есть документ, в котором описывается сцена опыта, который проводил Брюс. Он повелел своему слуге разрубить его на несколько частей, а затем окропить мертвой и живой водой.

– Зачем? – изумился Валерий Федорович.

– Чтобы потом ожить.

– Вы это серьезно?

– Абсолютно серьезно. Мы не стали забирать этот документ из квартиры Владимира Яковлевича, но вы можете в любое время с ним ознакомиться.

– Хм, – буркнул себе под нос следователь и зарылся в бумаги.

– Валерий Федорович, – подала голос Люда, – давайте лучше поговорим о вероятном убийце Сусловой, если вы считаете, что она стала жертвой маньяка.

– Давайте, – тут же согласился тот.

– Вы не будете отрицать, что смерти Андрея и его сестры связаны между собой?

– Пожалуй, не буду, – немного подумав, ответил он.

– И правильно, потому что это все звенья одной цепи. Тогда как вы объясните, что Андрей, возможно, погиб сам, упав непонятно откуда, а Афанасию убили?

– Не факт, что к смерти Андрея никто не приложил руку. Вполне вероятно, что его столкнули, а тело перенесли на площадь.

– Хорошо, пусть так. Но тогда кто приложил к этому руку?

– Пока не знаю, – развел руками следователь. – Есть вариант, что это сделали сестра или жена. Хотя, если честно, мне с трудом в это верится. Вытолкнуть здорового мужика из окна не так-то и просто. Тем более мы разговаривали с персоналом гостиницы – никто ничего подозрительного не заметил. На асфальте тоже нет никаких следов. Получается, что если его убили, то это было сделано в другом месте. Но тогда возникает вопрос – где? И кто его убил? Допустим, мужчина выбросился сам. Но кто его перетащил на площадь и зачем? В общем, одни вопросы и ни одного ответа.

– Вот видите, – сказала Люда и закинула ногу на ногу.

Валерий Федорович тоскливо посмотрел на девушку и с трудом отвел глаза.

– Теперь перейдем к Афанасии, – продолжила она. – Дверь номера была заперта. Ключ нашли?

– Нашли, в кармане ее халата.

– А в номере, кроме нее и Вероники, больше никого не было. Тогда следует предположить, что это она ее убила.

– Получается так, – промямлил он. – Но в эту версию я верю с трудом. На девушке не было следов крови. А они должны были быть. Она же не профессиональный мясник, чтобы так разделать свою золовку, чтобы нигде не наследить.

– У нее на руках была кровь, – заметил Саша.

– Это неудивительно, – бросил Валерий Федорович. – Если учесть, что она дотрагивалась до Афанасии, то кровь на руках должна была остаться. Кроме того, если она убийца, где орудие преступления?

– Значит, вы разделяете нашу точку зрения? – приободрился Александр.